Итак, ехали мы вот сюда. 
Это место, где воевал мой дед, начиная от строительства батареи и почти до конца 1945 года.
В годы Великой Отечественной Войны поселок Кабардинка оказался всего в двадцати километрах от линии фронта, поэтому недалеко от него была выставлена укрепленная артиллерийская батарея, корабельные орудия которой контролировали всю акваторию Цемесской бухты, помогая тем самым защитникам Новороссийска. Ее строительство началось 15 июля 1941 г. в 300 м к северу от мыса Пенай на небольшой возвышенности.
Место для строительства было выбрано военными специалистами не случайно. С высоты м.Пенай Цемесская (Новороссийская) бухта просматривается как на ладони.
В конце августа 1941 года была выполнена первая пробная учебная стрельба, и с этого момента 394-я стационарная батарея Новороссийской военно-морской базы вошла в строй. На батарее были установлены четыре корабельных орудия калибром 100 мм прицельной дальностью стрельбы 22 км, дальномер, построены командный пункт, химический пост, артиллерийские погреба, хозяйственные и жилые помещения для личного состава.
Командный пункт.
Внутри. На стенах рисунок-проекция бухты. Что значат метки сверху, мы выяснить не смогли.
Но противник шел не по берегу, а с тыла батареи. Пришлось спешно учиться стрельбе по сухопутным целям. Отрабатывались одиночные и групповые действия личного состава во всех видах боевых действий, днем и ночью, по различным целям, в комплексе с задачами на самооборону от воздушных и морских десантов, от атак с суши, в условиях пожаров и разрушений, в условиях выхода из строя материальной части и личного состава. В очень короткий срок личный состав был готов к выполнению боевых задач.
Война неотступно приближалась к Новороссийску. Наши войска оставили Ростов-на-Дону, Краснодар. 22 августа 1942 года батарея вступила в бой, открыв огонь на дальних подступах к Новороссийску, через горный перевал, по вражеской мотомеханизированной колонне, двигавшейся от станицы Неберджаевской к морю. Бой был напряженным, но успешным. Фашистская колонна была разбита, было уничтожено несколько автомашин.
Так, в апреле 1943 года, в период отражения немецкой операции «Нептун», ставившей своей целью уничтожение плацдарма советских войск на Малой земле, на батарею был обрушен авиационно-артиллерийский удар колоссальной силы. В течение недели с 17 по 24 апреля немецкая авиация непрерывно бомбила позицию батареи, совершая ежедневно по 17 и более налетов, а 19 апреля - 39 налетов (!), в каждом из которых участвовало по 10-12 самолетов в группе, а всего только за этот день отбомбилось около 400 «Ю-88» и «Хе-111». Более обычного неистовствовала в этот период и немецкая артиллерия, выпустившая по батарее около 500 крупнокалиберных снарядов.
До сих пор такая ямища, а ведь 75 лет уже прошло...
Это дерево еще помнит войну...
Вот как эти события описал в своей книге воспоминаний «Вечный огонь» командир Новороссийской военно-морской базы адмирал Г.Холостяков: «…Как ни доставалось за последние месяцы артиллеристам на Пенае, самое суровое испытание настало для них теперь. Наши истребители и зенитчики не могли рассеять такую массу штурмовавших холм бомбардировщиков. Орудия, стоявшие там, скоро умолкли. Связи с зубковцами не было. Жив ли там хоть кто-нибудь или погибли все, в штабе базы уже не надеялись узнать до наступления темноты, когда можно было послать на высоту людей. Но прошел час-другой, гитлеровцы перестали бомбить этот мыс, уверившись, должно быть, что с нашей батареей покончено. А оттуда снова ударили орудия! В этот момент я был на командном пункте начальника артиллерии Малахова. Услышав голос зубковских стомиллиметровок, который ни с чем другим нельзя было спутать, мы с Михаилом Семеновичем на радостях крепко обнялись. Живы наши гвардейцы, живы и бьют по врагу!…».
Дед рассказывал, что как-то отправился восстанавливать поврежденную связь, а когда возвращался, начался артобстрел. Он в попытке укрыться прыгнул в какой-то колодец, где и пересидел бомбежку. Когда она закончилась, дед озадачился, как выбраться - колодец выше его роста и с очень уж ровными стенками. И тут он вспомнил, что когда прыгнул, подковки сапог цокнули обо что-то металлическое. Как он выбрался оттуда, он не помнил, но выбрался мгновенно, когда понял, что пережидал бомбежку в воронке с неразорвавшейся бомбой...
Благодаря постоянному прицельному огню этого подразделения немцы не могли воспользоваться причалами новороссийского порта. Неслучайно в годы войны капитана Зубкова прозвали "диспетчером Новороссийского порта".
Враги обстреливали батарею беспрерывно: днем и ночью, плотность огня была такой, что несколько раз вражеские снаряды попадали в жерла советских орудий. За время военных действий на территории батареи разорвалось около семи тысяч авиабомб и примерно пять тысяч артиллерийских снарядов. На батарейных орудиях не успевали менять броневые щиты и стволы, не говоря уже о солдатах - выжила только половина. Однако для немцев батарея Зубкова так и осталась не пройденным рубежом.
Внутри:
Вражеская листовка:
Схема бухты. Андрей показывает расположение батареи.
Вот этот молоденький морячок - мой дедушка. Впрочем, на тот момент ему было уже 30 лет.
Сколько крови здесь пролито! Говорят, что десятилетия трава не росла, потому что все было усыпано железными осколками...
Все ради того, чтобы вот такие мордашки жили и радовались жизни....
В общем, побывали мы на дедушкиной батарее и двинулись в обратный путь по другой дороге, через Джубгинскую трассу. По дороге пообедали поужинали на берегу в Геленджике, Андрей с Настей окунулись в холоднющую воду, и наши морские приключения в этом году закончились) Впрочем, на море мы не были уже года три, больше по лесам. Но об этом дальше)
