Она поступала, наверное, мудро,
Что в ночь за аэродромную гладь
Ходила гулять,
возвращалась под утро,
И было ей на дисциплину плевать.
Радистка. В уме ее тайные коды.
Девчонка. Давно ли жила среди вас?
Мы ждали приказа. Ждали погоды.
И злились.
И спали, не раздеваясь.
Как вызвездило!
Значит — вылет близко...
А где-то, во мглу, замедляя шаг,
Уходит
в обнимку с любимым
радистка —
Накинув на плечи его пиджак.
Земляк? Или просто особенный кто-то
Из группы, что улетает вослед?
Влюбилась она —
за день до отлета,
Впервые
в свои девятнадцать лет.
Как будто предчувствуя,
что больше нет ей
Счастья, что больше уже не встать.
Как будто стараясь в денек последний
Свое за целую жизнь наверстать...
Росою волосы ее унизаны,
Взор ее синий разгорячен.
Но, полон восторженного аскетизма,
Прогулок
я ей не прощал нипочем!
И в голосе —
«не отлучаться ночами!» —
Гремела командирская медь.
В ответ —
презрительное молчанье.
Ведь ей все едино —
лететь.
Отчитывал.
И у машины ребята,
Простое веселье свое гася,
Смолкали смущенно и виновато
И в сторону отводили глаза...
Когда мы прыгнули,
когда нас предали,
Когда — не выскользнешь из кольца,
Она, одна, во тьме неведомой,
Она
отстреливалась до конца.
Когда закричали,
когда застрочили,
Уже в лицо ей картаво сипя,
Она, как в спецшколе ее учили,
Пулю —
В рацию,
Пулю —
В себя!..
Плывут облака, исчезая в безбрежность
Плывут и года, уже далеки.
И спать не дает мне
горькая нежность.
И где-то живут ее старики.
И, всю дисциплину сейчас отвергая,
Мне хочется крикнуть, года превозмочь:
— В обнимку пойди, поброди,
дорогая!
Ступай,
догуляй свою первую ночь!
1955
Источник: Великая Отечественная. Стихотворения и поэмы в двух томах. Том 1. Москва, издательство "Художественная литература", 1970 г. С. 388-389.