Сдать кровь. Сохранить нервы

Нет, анализ крови из вены в Англии еще не научились брать по воздуху и без прокола. Но из «не дергайся, зажми ватку» его превратили в мероприятие без детских слeз и мамских нервов.

Прежде чем отправить маленького пациента на анализ крови из вены, ему выпишут рецепт на обезболивающий крем. Вcе лекарства для детей в Англии бесплатны, крем - не исключение. Заходим в аптеку - крем наш.

Натощаки тут почему-то не работают - анализ крови вам легко могут назначить хоть и на вечер (нам, например, назначено к трем). Дорожка из повторяющихся на полу госпиталя зверей доведет вас до Отделения Бегемота (общая терапия), Дельфина (анализы) и Зебры (травмпункт). Поход к доктору уже со входа в больницу - развлеченье, а не ничего-не-трогай-фу.

Нужное нам отделение Дельфина (у нас бы его назвали Пунктом забора крови) оказывается просторной игровой комнатой с игрушками, книжками и собственным внутренним двориком с игровой площадкой. Ожидая приема, дети рассекают по отделению верхом на машинках. Какая-то девочка тащит за ногу перевернутый детский стол. Кто-то лупит деревянным молотком по кубикам лего. Шум, скрежет, тарабам. В принципе, этих веселых децебелов хватило бы выбить кому-то серные пробки, но дама за стойкой изображает глухоту и негу.

Полчаса ожидания убито в игре.

- Хэлоу, мистер! Жму вашу руку. Вы нанесли на нее волшебный крем, не так ли? Отлично, пройдемте - нам в кабинет Мартышки.

В кабинете Мартышки (кабинет забора крови) нет ничего, что напоминало бы этот самый забор - ни шприцев, ни пробирок, ни запаха, ни ваты. В телевизоре - новые приключения Винни-Пуха, на кушеткe - книги про Свинку Пепу и Молнию Макквина. Порхают две медсестры, слегка под 60.

Одна декламирует Пепу (в лицах, с прихрюкиванием). Вторая из-под полы достает шприц, перетяжку для вен («Дай-ка измерим твой бицепс») и делает свое кровавое дело так незаметно, что ребенок даже не поворачивает головы.

Прокол заклевают пластырем с Пепой и вручают стикер «Я сегодня сделал кое-то на отлично! Хотите узнать что?»

Уже выходя из отделения, в общем коридоре мы натыкаемся на никем не охраняемую лошадь-качалку, выставленную на растерзание детям.

Лошадь оказывается античной - каких-то 160 лет, несмотря на моложавую внешность.

Английская медицина в здоровье лошади все же сомневается, о чем сообщает прямо с лошадиного зада: «Очень больная лошадь! Ожидает визита местного ветеринара».

Нужно ли говорить, что покончив со всеми «кровавыми» процедурами, ребенок просит поиграть тут еще, ну немнооожечко..