В субботу мы вернулись в Питер. Как же мне не хотелось в этот раз уезжать из Тулы. Почти две недели, проведенные там, были по-настоящему теплыми, уютными.
Мой Новый год...
Запах родного дома, новогоднего дома.
Беседы ни о чем с моей бабушкой, уже очень старенькой, все путающей, забывающей, теряющей, не понимающей большую часть того, что я ей говорю. И лишь фраза: "Мне с вами хорошо", прозвучавшая вдруг и единожды, подарила ощущение настоящей близости с моей дорогой бабушкой.
То и дело гости. Или в гостях. Самые близкие, самые любимые мои люди.
Сон. Много сна. Такого крепкого и обновляющего, как это бывает только дома.
Заснеженные и суровые рассказы Джека Лондона.
Рядом, много и долго рядом (после непрерывно рабочего декабря) муж.
И Андрюша: исследователь новых закоулков бабушкиного дома, покоритель новых высот и шкафов.
Нет, конечно, в Питере мне тоже хорошо. И было бы еще лучше, если бы наша семья жила отдельно. Мечтаю... Буду мечтать. Чтобы сбылось.
Немного нового об Андрюше.
Ежедневная моя радость, ежедневный мой восторг - его новые слова. И пусть половина неправильных, сказанных и повторенных по-своему. Но их становится все больше и больше. С каждым днем. Бука (булка), тюдида (чудеса), таа (стайка), бан (банан), ка (елка), вик (снеговик), дядя Тепа (дядя Степа), пак (парк), тасса (трасса)... Стараюсь записать на память все. Но уже не всё успеваю.
Сегодня вспомнили давно не читанного "Сонного слона". Неожиданно читаем вместе:
Динь-дон. Динь-дон.
В переулке ходит сон (сон).
Старый, серый, сонный сон (слон).
Динь-дон. Динь-дон.
Стало в комнате ой (темно):
Заслоняет слон око (окно).
Или это снится сон?
Динь-дон. Динь-дон.
Еще одна радость - наш распорядок дня начал меняться. А может, подстраиваться под меня, отсыпающуюся за бессонный декабрь. Но мы встаем не позже десяти. И не позже одиннадцати сынишка уже спит. Чаще всего и я тоже. И дневной сон обязателен. И так хорошо, когда не приходится днем будить (из-за моей боязни совсем позднего засыпания).
Много и с удовольствием сейчас гуляем. Андрюша очень-очень полюбил горки. И уже почти не просит моей страховки при спуске. Лишь иногда протягивает руку, если очень высоко и круто.
Вернувшись домой, немного подостыл к железной дороге (играем раз в день теперь, а не почти весь день). Строим что-нибудь вместе из кубиков, прячемся в сооружаемых из всего, чего только можно, домах, достаем не много забытые за полмесяца игрушки. И читаем.