Рядом два дома, в одном доме круглые сутки крики, оры, скандалы, а в другом тишина. Вот в очередной раз муж с женой ссорятся, а она ему и говорит:" Ты когда нибудь слышал, ругань и скандалы из соседнего дома, нет.Сходи и узнай, как они так живут?" Спрятался муж около окошка соседнего дома и наблюдает. В соседнем доме каждый занимается своим делом, жена на кухне , муж за столом, что-то пишет. Зазвонил телефон, муж выскакивает в прихожую и пробегая зацепляет вазу, та падает и разбивается, мужчина опускается на колени и быстро собирает осколки. В комнату из кухни вбегает жена , опускается на колени и начинает помогать собирать осколки.Муж говорит жене, извини дорогая я спешил к телефону, зацепил вазу и разбил ее. Нет дорогой это я виновата, это я ее поставила так, что ты ее зацепил.Они поцеловались, до собирали осколки, и каждый занялся своим делом. Вернулся муж домой, жена у него интересуется, ну , что узнал секрет того тихого дома? Да узнал, у них в семье оба виноваты, а у нас оба всегда правы.

В доме притихли мыши, льнёт тишина к рукам…
Кошка идёт по крыше, словно по облакам.
Всласть от души зевает, с кошкой так хорошо,
Золотом отливает шерсти нежнейшей шёлк…
В храме и на помойке, от кисточек и до хвоста
Кошка всегда спокойна, кошка всегда чиста…
Может, прервав зевоту, прыгнуть, достав до звёзд!
А посмотреть – всего-то: лапы, усы да хвост…

Лапки бесшумно ставя, хвост приподняв трубой,
Пристально, не мигая, посмотрит перед собой,
Мол: «Полюби такою! Боязно ли, слабо ль?
Я о ладонь щекою с сердца снимаю боль…

Ты потерпи немножко, зверя во всей красе.
Всё-таки я ведь - Кошка, я ж не могу как все…
Мне не нужна обложка… Лишь ласковые слова…
Кошка ведь - это Кошка, Кошка всегда права.

Жизнь из ладоней Бога вылакаем до дна!
Кто сказал, кошек много? Кошка – она одна…»
Каждую душу слыша, пряча свою в усах,
Кошка сидит на крыше будто на небесах…
В шутку ли, понарошку, (к чёрту любой предлог!)
Не обижайте Кошку!!!... Скажет спасибо Бог…

Они с детьми погнали матерей
И яму рыть заставили, а сами
Они стояли, кучка дикарей,
И хриплыми смеялись голосами.

У края бездны выстроили в ряд
Бессильных женщин, худеньких ребят.
Пришел хмельной майор и медными глазами
Окинул обреченных... Мутный дождь

Гудел в листве соседних рощ
И на полях, одетых мглою,
И тучи опустились над землею,
Друг друга с бешенством гоня...

Нет, этого я не забуду дня,
Я не забуду никогда, вовеки!
Я видел: плакали, как дети, реки,
И в ярости рыдала мать-земля.

Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучу вышло на поля,
В последний раз детей поцеловало,

В последний раз...
Шумел осенний лес. Казалось, что сейчас
Он обезумел. Гневно бушевала
Его листва. Сгущалась мгла вокруг.

Я слышал: мощный дуб свалился вдруг,
Он падал, издавая вздох тяжелый.
Детей внезапно охватил испуг,
Прижались к матерям, цепляясь за подолы.

И выстрела раздался резкий звук,
Прервав проклятье,
Что вырвалось у женщины одной.
Ребенок, мальчуган больной,

Головку спрятал в складках платья
Еще не старой женщины. Она
Смотрела, ужаса полна.
Как не лишиться ей рассудка!

Все понял, понял все малютка.
- Спрячь, мамочка, меня! Не надо умирать!
Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,

Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо...
- Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Пусти меня, пусти! Чего ты ждешь?

И хочет вырваться из рук ребенок,
И страшен плач, и голос тонок,
И в сердце он вонзается, как нож.
- Не бойся, мальчик мой. Сейчас вздохнешь ты вольно.

Закрой глаза, но голову не прячь,
Чтобы тебя живым не закопал палач.
Терпи, сынок, терпи. Сейчас не будет больно.

И он закрыл глаза. И заалела кровь,
По шее лентой красной извиваясь.
Две жизни наземь падают, сливаясь,
Две жизни и одна любовь!

Гром грянул. Ветер свистнул в тучах.
Заплакала земля в тоске глухой,
О, сколько слез, горячих и горючих!
Земля моя, скажи мне, что с тобой?

Ты часто горе видела людское,
Ты миллионы лет цвела для нас,
Но испытала ль ты хотя бы раз
Такой позор и варварство такое?

Страна моя, враги тебе грозят,
Но выше подними великой правды знамя,
Омой его земли кровавыми слезами,
И пусть его лучи пронзят,

Пусть уничтожат беспощадно
Тех варваров, тех дикарей,
Что кровь детей глотают жадно,
Кровь наших матерей...

Разбитая вдребезги осень
Засыпала гул площадей.
И ветер холодный разносит
Охрипшую вязкость дождей.
И он же, озябнув, напишет
На ржавчине труб городских
Свои непонятные вирши,
Свой незарифмованный стих.
Осколок разбитого клена
До крови изрезал ладонь.
А ветер промокший, бессонно,
Мне в окна бормочет: " Не тронь!"

Что такое осень - это небо,
Плачущее небо под ногами....

О красном вечере задумалась дорога,

Кусты рябин туманней глубины.

Изба-старуха челюстью порога

Жует пахучий мякиш тишины.

Осенний холод ласково и кротко

Крадется мглой к овсяному двору;

Сквозь синь стекла желтоволосый отрок

Лучит глаза на галочью игру.

Обняв трубу, сверкает по повети

Зола зеленая из розовой печи.

Кого-то нет, и тонкогубый ветер

О ком-то шепчет, сгинувшем в ночи.

Кому-то пятками уже не мять по рощам

Щербленый лист и золото травы.

Тягучий вздох, ныряя звоном тощим,

Целует клюв нахохленной совы.

Все гуще хмарь, в хлеву покой и дрема,

Дорога белая узорит скользкий ров...

И нежно охает ячменная солома,

Свисая с губ кивающих коров.

Склонилась ночью мама над кроваткой :

'Ты только не болей, мой Зайчик сладкий,

Прошу тебя, ты только не болей…»

Когда болезнь к ребёнку подступает,

Рыдает материнская душа.

И мама до утра не засыпает,

К щеке прижав ладошку малыша…

И ни одно лекарство так не лечит,

Как мамина забота и тепло…

Прошли года… В кровати мать больная,

Ей шепчут двое взрослых сыновей:

«Ты только не болей, моя родная, Прошу тебя...ТЫ ТОЛЬКО НЕ БОЛЕЙ!!!

Дай БОГ всем МАМОЧКАМ ЗДОРОВЬЯ на долгие годы