Лежу на диване, читаю слепца многомудрого повесть,
об Одиссее, известном богам и ахейцам, как муж хитроумный.
Поскольку не знаю я сладких напевов великой Эллады,
книгу читаю я в переводе на русский Жуковского, славного слогом кудрявым.
Час почитала, другой, в путь Телемах уж пустился,
а меня потянуло говорить и писать гекзаметром...
