финансовой информации
Никогда не думала, что стану о таком писать. Это не моя тематика и не мой жанр. И все же я сочла, что написать об этом нужно. Я хочу рассказать вам произошедшую со мной детективную историю. Не такая уж она интересная, но я хочу, во-первых, предостеречь вас, чтобы вы не стали жертвами тех же преступников, а во-вторых, я хочу этих преступников найти и уничтожить. Мне сказали, что с их деятельностью сталкивались и пострадали от них многие. Об этом писали и вещали СМИ, но почему-то никто с ними не пытается бороться, а , на мой взгляд, ими должно заняться не только МВД, но и ФСБ. А история такая.
Однажды я клюнула на рекламу лекарственного препарата, которую услышала по Эху Москвы. Препарат был направлен в частности и непосредственно против моей болезни. Я его заказала за цену, какой я сроду за лекарства не платила, но уж очень мне болезнь надоела. Препарат был изготовлен на основе ламинарии, а ламинария в любом случае полезна. Моей сватье после инфаркта велели есть ламинарии побольше (у нее в крови было высокое содержание холестерина), при этом многие продукты питания ей запретили. Она сказала врачу «И что же мне есть? Прикажите питаться одной морской капустой?» Врач вздохнул и ответил: «Это было бы идеально». Я всегда хотела употреблять ламинарию, но в натуральном виде - просто есть морскую капусту - не получалось. А тут была паста, съесть ложку пасты просто. Словом, я пропила курс этого препарата, и он мне помог. До этого моя дочь, сама врач, показывала меня всяким светилам, и те говорили, что от многолетней хронической болезни излечиться нельзя. Назначали терапию, с помощью которой можно было терпимо жить и с болезнью. Но я излечилась, вернее, вот уже полтора года продолжается стойкая ремиссия. У меня ощущение, что ремиссия подходит к концу, и я повторила бы курс, но сейчас я уже не решусь купить этот препарат, потому что буду думать, что это подделка. По рекламе на Эхе Москвы я купила еще один препарат, также на основе ламинарии, но уже никакого положительного эффекта не ощутила. Последние несколько месяцев мне часто звонят из каких-то медицинских центров, но у меня такое ощущение, что, несмотря на разные названия, звонят из одного места и очень настойчиво предлагаю повторить курс того, второго препарата, а также другие средства. Я даже купила у них какие-то глазные капли (трехмесячный курс) и, проделав половину курса, заметила явные ухудшения, остатки я выбросила в мусорное ведро. Недавно мне позвонила женщина и сказала, что она представляет «Межрегиональный центр по контролю за медицинскими учреждениями». Она сказала, что поскольку я принимала тот второй препарат, я в большой опасности. В нем содержатся радионуклиды, они порождают вирус, а также синегнойную палочку. Сейчас я в инкубационном периоде, при этом я заразна, через 2 недели у меня начнутся эпилептические припадки, затем отслоение коры головного мозга и распад этой коры. В качестве симптомов инкубационного периода она назвала состояния и ощущения, которые есть у меня, также как у всех людей. Я хотела повесить трубку, зачем мне было слушать этот бред, но мне было интересно знать, чем она кончит. Кончила она тем, что они могут меня спасти, вот прямо сейчас приедут и привезут лекарства, и стоить этот будет каких-нибудь 52000 рублей. Я сказала, что не верю ни одному ее слову, даже не могу себе представить человека, который в это бы поверил, и чтобы она мне больше не звонила. В процессе разговора я попросила их телефон. Она мне дала их телефон и назвала номер своего кабинета. Я перезвонила, там мне назвали другое учреждение. А потом мы нашли в Интернете, зацепившись за номер этого телефона, множество жалоб на эти препараты, сведения, что этих "Центров" и "НИИ" не существует, и упреки в адрес Эха Москвы.
Но самое интересное было дальше. Мне позвонили из Сбербанка, обратились по имени-отчеству, как всегда там ко мне обращаются, и сказали, что у них что-то с компьютером и они утратили часть информации. Они назвали мне сумму денег, лежащую на моих счетах, и спросили, верно ли это? Я посмотрела книжки – это было верно, с разницей в несколько рублей. Я очень старый вкладчик своего отделения Сбербанка, вкладчиком была еще моя мама, и ее счет перешел ко мне. Я все оплачиваю через банк, начиная от квартиры и коммунальных услуг и кончая добровольными благотворительными пожертвованиями. Я провожу среди сотрудников этого отделения предвыборную агитацию, снабжаю их яблочной литературой, они за нас голосуют (во всяком случае так говорят, а на самом деле может вообще голосовать не ходят). Они мне советуют, куда мне деньги положить или переложить, и я их слушаюсь. Поэтому их звонок меня не удивил. Вообще так не делают, но ведь у нас особые отношения, они ко мне и домой заходили. На завтра мне позвонила очередная дама и сказала, что я не закончила курс их препарата, после этого препарата я должна была пропить еще один препарат, а если я его не пропью, то мне угрожает примерно то, чем мне угрожала вчерашняя дама в связи с тем, что я как раз пила этот препарат. Чтобы не затягивать разговор, я сказала, что если бы даже хотела не могу купить то, что она предлагает, их цены не для пенсионеров. И тут она мне сказала, что здоровье дороже денег, и, имея в Сбербанке такую-то сумму, я могла бы истратить даже половину ее для спасения своей жизни. Я спросила, откуда она знает о моих деньгах, кто нарушил тайну вклада? Она сказала, что все эти данные имеются в Интернете, я ответила, что в Интернете в, так сказать, открытом доступе их нет. Значит, либо утечка из Сбербанка, либо они незаконно вошли в компьютер Сбербанка. Тут она, поняв, что содрать с меня денег им не удастся, разозлилась и стала меня пугать. Сказала, что они могут войти в мой компьютер и запустить туда вирус, что они все знают о моих родных и близких, и оказалось, что действительно знают, перед ней как будто лежало мое досье, полноте которого ФСБ позавидует. Я сказала, что немедленно звоню в милицию. Она спросила, в чем же я могу их обвинить. Я объяснила, что их можно обвинить в том, что они владеют информацией, полученной незаконным путем, потому что законным путем такую информацию получить нельзя. Последовали еще угрозы. Я выслушала их с интересом. Дальше я спросила, есть ли у них в штате хакеры и киллеры, или они их нанимают для каждого отдельного случая. Сказала, что понимаю, почему не раскрыты многие убийства. Не могли понять причины, не могли найти тех, у кого есть мотив. Но никто не поинтересовался, не принимал ли убитый препаратов, распространяемых этой организацией. Может быть принимал и, также как я, разоблачил их, как преступное сообщество. Хочу сказать об особой роли радиостанции Эхо Москвы в деятельности этих организаций или, вернее, организации, они представляются как различные "НИИ" и "Медицинские центры", но потом оказывается, что таких "НИИ" и "Центров не существует". Все они дают чаще всего один и тот же телефон 792-59-50. За этим телефоном ничего нет. Это какой-то передаточный диспетчерский пункт, и по этому телефону обычно говорят: человек, который вам нужен, вам перезвонит, и этот человек, которого вы считаете представителем одного из «НИИ» или «Центров», действительно перезванивает вам в скором времени. В чем я обвиняю Эхо Москвы? В передаче «Без посредников» А. Венедиктова неоднократно упрекали в недобросовестной рекламе. На это он не очень вежливо, агрессивно, я бы даже сказала, хамовато (это такое советское учительское хамство, осталось у него с учительских времен), отвечал, что радиостанции не может исследовать качество рекламируемых товаров, если у рекламодателя есть лицензия на рекламу, то радиостанция эту рекламу дает. Формально все верно. Но господин Венедиктов на Земле живет, а не на Альфе Центавра, откуда действительно трудно в наших делах разобраться. На Земле и в России, и он прекрасно знает, что для организации, ворочающей такими огромными деньгами, получающей такие немыслимые сверхдоходы, лицензия - не проблема. И он ведь ни колготки, ни памперсы рекламирует, а лечебные препараты. Могли бы хотя бы поинтересоваться, существуют ли в природе те «Центры» и «НИИ», чью продукцию они рекламируют. Ведь все это панацеи от всех болезней. Если бы сотрудники радиостанции сами пользовались столь заинтересованно рекламируемой ими продукцией, они уже были бы бессмертными. Передачами Эха Москвы «Дневной (или утренний) обход» возмущается и над ними смеется все медицинское сообщество города. Я из медицинской семьи – мои дети (и их друзья), племянники, брат – все врачи. Я, клюнув на совершенно неотразимую рекламу (наверное, великие психологи над ней работали), принимала купленный препарат по секрету от своих. Даже если доходы от этой передачи и рекламы составляют половину бюджета радиостанции, от нее все равно нужно отказаться. Нельзя помогать мошенникам грабить пенсионеров. Мой знакомый купил аппарат или прибор, рекламировавшийся в «Дневном обходе». Применение прибора вызвало у него обострение. Он не винит прибор, а говорит, что дело вероятно в том, что он применял его на одну-две секунды дольше. Но если одна две секунды могут изменить эффект действия на противоположный, то такой прибор нельзя применять в домашних условиях. А он рекламировался именно для домашнего лечения, для всей семьи и соседям можно одалживать.
Что же все-таки делать? Я, конечно же, позвонила в милицию по «02», меня направили в наше районное отделение, там мне сказали, что я должна оставить заявление своему участковому, нашего участкового с собаками не сыщешь. Если бы это было несколько лет назад, когда у меня было немного больше физических сил, я бы собрала фракцию пенсионеров (у нас в партии недавно появилась такая фракция). Выявила бы пострадавших, обратилась бы в другие пенсионерские организации, мы вышли бы на митинг к ведомству Нургалиева с плакатом «Нургалиев, спаси пенсионеров от мошенников, покушающихся на их жизнь». И подобными, например, «… от преступников, отнимающих у них пенсию». Но сейчас я физически не в силах провести такую работу. А раньше бывало мы это делали. Можно было бы подать в суд. Предъявить им есть что: те «дипломы» и «сертификаты», которые они прилагают к своей продукции, и где каждое слово – ложь. Даже, если бы такое дело в суде не удалось выиграть, оно привлекло бы внимание общественности. Но на какого подавать? «Центров» и «НИИ» не существует. Их представители со своими покупателями–жертвами общаются только по телефону – неуловимы. Но у милиции есть возможность с ними бороться. Установить, где находиться телефон 792-59-50, добросить человека, отвечающего по этому телефону, это могло бы стать началом цепочки. А вы, дорогие френды, что об этом думаете?