Ну вы даёте!.. (с)

Так нас приветствовала в июле О.А.

— То сколько времени никак, а то подряд!

(Боже, сколько мне нужно всего вам рассказать, девочки, и нужно для себя это записать, чтобы не забыть потом, потому что забыть это будет обидно!)

...Эта история началась по классике: поехали мы с мужем в отпуск.

(Вот клянусь!)

Хотя, наверное, не с этого.

В общем, после нашей неудачи в марте и последовавшей за ней напряженности с фолликулами (которых из всегдашних пяти стало упорные два) и эндометрием (который не то чтобы не рос, но стал менее великолепен), я поняла, что дошла до той стадии, когда ты начинаешь пылесосить все БАДы, какие рекомендуют при подготовке в ЭКО, вне зависимости от степени доказанности их эффективности. Я пылесосила их почти два месяца и, когда перед отъездом заглянула к О.А. просто посмотреться, мы обе чуть не потеряли челюсти. За два цикла упорные два фолликула превратились в целых семь, причем офигенно ровных! Да я последний раз видела у себя ровные фолликулы до папиной смерти. (Я, кстати, убеждена, что это был эффект убихинола и DHEA и никто меня в этом не разубедит.) Эндометрий, на мой вкус, был чуть тонковат, но О.А. меня заверила, что он абсолютно соответствует размеру доминанта и растет с правильной скоростью.

После этого мы немножко душеспасительно побеседовали, я пролистала базу доноров клиники. Я не хочу знать их в лицо, сказала я. Хорошо, сказала О.А., я сама тебе подберу, но погоди, если осенью будет такой же хороший цикл, вдруг среди донорских и твоя выстрелит, да, возраст, но всякое бывает, а может, до осени у вас самих получится.

С этим я и поехала в отпуск.

Надо сказать, что с отпуском вышло смешно. Это должен был быть мой обычный летний отпуск на моей обожаемой малой родине, в бескрайних степях, под хакасском бешеным солнцем, когда ты как на сковородке, а вокруг ни намека на тень, цветут все эти эфедры, чертополохи, горечавки, подмаренники и чабрецы, синие стены гор на горизонте, и воздух можно пить, так он полон разнотравьем... (Но о том, как вечны и великолепны хакасские степи, я расскажу в другой раз. Возможно, даже с фотографиями.)

Внезапно муж собрался в отпуск вместе со мной, а на хвост нам упала моя подруга, которая уже несколько лет мечтала посмотреть мою землю пяти стихий и вот наконец-то все звёзды сошлись.

Ввалились мы к маме такой бурной компанией по очереди, офигенно провели время и так же по очереди уехали. (Может быть, однажды я расскажу, как прекрасен был этот отпуск, но точно не сейчас, иначе этот пост никогда не закончится.)

Муж уехал обратно первым, через два дня я провожала подругу и на автопилоте замочила тест. Он был, конечно, чистым, я не стала особо ждать, чо там высохнет-не высохнет, все и так понятно, проводила подругу в аэропорт, вернулась... и решила, что мне нужно снова посмотреть на тест.

А там, девочки, ОНА. Еле-еле заметная ОНА.

Хорошо, что я была дома в тот момент одна, потому что, не находя абсолютно никакого способа выразить нахлынувшие чувства, я заорала. Прям во весь голос, вот так: ААААААААААААААААА!!!

В голове одновременно взорвался миллиард мыслей и ни одной, я себе напомнила, что прошло гораздо больше положенных десяти минут и тест уже не информативен, что он вообще-то просроченный, я его покупала два года назад, когда муж ещё не был мужем... короче, через пять минут в ближайшей аптеке я уже расплачивалась за три теста трёх разных фирм.

И несмотря на то, что это был какой-то 9/10ДПО, середина дня, литры выпитой воды (а вы попробуйте не пить воду литрами в степную сушь!), на всех тестах нашлась ОНА.

(Как сказать мужу? Как НЕ сказать маме? Как я полечу в самолёте? Как отмазаться от маминых подарков в дорогу? Как вообще минимизировать вес чемодана? АААААААА!!!)

На следующее утро, само собой, я замочила тест (полоска больше не вызывала сомнений) и примчала к Хеликсу на второй космической скорости, а поскольку это вам не Москва и результата до завтра не будет, я сдала остальные свои двенадцать пробирок крови (потому что у меня подошло время очередного глобального чекапа), слопала две слойки с брусникой и спокойно поехала перед отлётом попутешествовать по родному краю.

Вечером, решив, что чемодан по Москве должен таскать муж, без комментариев сбросила ему фото теста.

Вот чо угодно ожидала, кроме вопроса: что это?

Тест, пишу я.

Дальше амурное (с), прям как у Алексея Толстого.

(Очень жаль, что я не видела его лицо в тот момент, но иначе мне бы пришлось тащить чемодан, а это был прямо не вариант! Но сказал, что не спал потом всю ночь. Бедный. Потому что самолёт у меня был НУ ОЧЕНЬ ранний.)

Маме наплела такой чуши про заклинившее бедро (поэтому, мамулечка, я ничего не возьму, отправь озоном, ладно?), что до сих пор удивляюсь, как она мне поверила. Вот уж воистину, ври толще.

Утром, как только мы сели в Домодедово, мне как по заказу упал результат ХГЧ — и с этого момента, вот по первому результату ХГЧ, я вдруг отчётливо поняла, что это совсем другая беременность, что нет смысла оглядываться на нашу потерю и что в этот раз все будет иначе.

Но я запретила нам обоим радоваться и чего-то ждать. Что-то планировать. Кому-то рассказывать. Мы договорились, что будем радоваться шаг за шагом и не будем думать даже на месяц вперёд. Сперва рост ХГЧ, потом каждое УЗИ, потом, Бог даст, НИПТ и положенные скрининги. Не знаю, придерживался ли этого запрета муж (и продолжает ли придерживаться), но я придерживаюсь.

И тут мы возвращаемся к началу этого поста.

— Ну вы даёте! — сказала наша О.А., когда мы в 8:00 в ближайший день после того, как ХГЧ пересёк заветную отметку 1000, ждали ее у кабинета. — То столько времени никак, а то подряд!

Лицо у нее, впрочем, было сосредоточенное, с радостью она не торопилась.

(Порадовалась, когда я написала ей про НИПТ!)

ХГЧ рос прекрасно, поэтому в положенные сроки мы увидели и ПЯ, и эмбриончик, и сердечко. Боже, я думала, мое собственное остановится, когда услышала нашу кроху. Муж просто рыдал.

На восьмой неделе наш малыш решил, что я какая-то слишком спокойная, и организовал гематомку. Небольшую, без особых спецэффектов, но, конечно, я слегка покровила и мы понервничали. Точнее, муж понервничал. Дежурный врач в ожидании «скорой» сказала: я смотрю, у вас муж прямо не в себе, а вы как танк, на расслабоне. Я не на расслабоне, доктор, ответила я, но если я сейчас впаду в истерику, то я вдобавок к гематоме организую себе давление и тонус, ну и кому станет хуже?

Врач посмотрела на меня с уважением.

(Про тонус, кстати, мне много кто из врачей сказал, что матка — мышечный орган, и лёгкий тонус для нее абсолютно нормален, на него реагировать не нужно. А вот гипертонус — нехорошо!)

Тогда я на себе узнала, что в Москве с угрозой давно уже не кладут (а в Питере кладут, между прочим!), только смотрят и отпускают домой. (Опустим завесу цензуры над реакцией мужа по этому поводу.) Ну, я пропила два дня транексам, состояние мое никаких ухудшений не демонстрировало и я с этим делом завязала, боюсь сгущения крови. Гематомка рассосалась примерно через полторы недели.

(Тут бы рассказать о моих скитаниях по гематологам, но эти похождения бравого солдата Швейка заслуживают отдельного поста.)

Надо, наверное, сказать про самочувствие. Так вот кроме постоянной сонливости, дичайшего жора и скатившегося в Марианскую впадину давления (87/56 при пульсе 62 — каково?), у меня в первом триместре была полная ничегошенька. Ни тошноты, ни дурноты, ни болей, ни каких-либо других проявлений, хотя вот Дипсик мне рассказал, что сонливость — это, оказывается, тоже симптом токсикоза. Ну вот ещё малость приболела на днях, к счастью, без температуры, ну и так мы с терапевтом и не поняли, что это было, потому что походило одновременно и на очень лёгкое ОРВИ, и на жёсткий приступ аллергии. На всякий случай меня выпроводили на больничный, ибо нефиг беременной с соплями (откуда бы они ни взялись) таскаться по общественным местам. Наша О.А. заметила, что обычная здоровая беременность, радуйтесь. Невестка бедная вон четыре месяца от белого друга не отходила. «А моя только ест и ест», — подумал на жалобы своего брата мой муж.

О, этот жор! Девочки, это ж страшно. Я никогда в жизни столько не ела, я вообще даже представить себе не могла, что я могу есть СТОЛЬКО! Мясо или рыбу три раза в неделю даже через не могу, сказала мне доктор при постановке на учёт. Доктор, засмеялась я, да я ем мясо три раза в день! Без серьезной внятной еды я просто неживая. У меня была одна попытка сделать разгрузочный от мяса день, к вечеру я стала сиреневенькая от голода.

(А как радостно в меня, возрастную беременную, вцепились московские врачи — это опять отдельная длинная история. Где я только не побывала за последний месяц, у каких только врачей не получила заключения, и это ещё не всё, и всех их мне ещё предстоит пройти по второму кругу как минимум... Но прикол в том, что в итоге все говорят: да нет у нас к вам претензий, плыви, сосиска!)

И я худею. Серьезно! Килограмм потеряла за три месяца, при том, что жор, девочки, круглосуточный жор, жор жора, жор за всю историю жора, ночью муж нередко застаёт меня с куском сыра или хлеба в зубах у холодильника, и это очень весело, но что делать, если я чувствую именно ГОЛОД. Я никогда и представить себе не могла, что нашему организму требуется столько энергии, чтобы сконструировать для начала хотя бы миллиметры человека!!! В какой-то момент я всерьез спросила мужа, как он думает меня прокормить. Он даже обиделся. Сказал, сам не будет есть, а я буду.

В таких настроениях (с еженедельными припадками паники посреди слоновьего спокойствия и тайными побегами на УЗИ, бедный наш семейный бюджет, не думайте, я тоже тот ещё тревожный сырочек) я ждала дня, когда наконец-то можно будет сдать кровь на НИПТ.

(Мы шутили насчёт дочки про бантики и берданки, но на самом деле, конечно, нам было глубоко пофиг, лишь бы здоровый ребенок.)

Результат пришел значительно раньше, чем я ждала (потом нагуглила у бывалых девочек, что это хороший знак), и я открывала его три раза. В первый у меня перед глазами плясали строчки и цифры, слиплись в единое нагромождение букв и линий таблицы, я даже не могла понять, в какую строчку надо смотреть, хотя я сто раз видела результаты других девочек. Со второго раза наконец-то до меня дошло слово НИЗКИЙ, после этого все немножко стало в тумане. С третьей попытки я нашла строчку «Пол плода: мужской».

Секунду я сидела, совершенно оглушенная, а потом меня кааааааак накрыло... Я звонила мужу, рыдала в трубку, кричала, что это от радости, у нас мальчик, у нас низкие риски, у нас здоровый малыш. Я думала, что свихнусь. Я до сих пор открываю иногда этот файл, смотрю в вывод «Риск низкий» и реву. Я даже пишу сейчас про это, а глаза на мокром месте.

(Вообще вот этот микрохимеризм матери и плода, когда в одних венах течет, ну, грубо говоря, не смешиваясь, две крови, это выше моего понимания находится, это какой-то надмозг, я не в состоянии его осознать!)

Мамой мальчика себя пока не представляю, но это челлендж, а когда я в своей жизни бегала от челленджа?! Ха! Но зато отлично представляю, как он там щас хихикает, что его почти три месяца называли девочкой и как он замечательно шутканул над родителями. Как мы будем справляться с этим сербско-татарским ребенком, я пока даже смутно не догадываюсь, но, считаю, мы достаточно взрослые и опытные, чтобы вырулить на виражах.

(Хотя я ведь хотела сына, когда только мужа встретила, я прямо до трясучки тогда хотела от него сына, — ну вот мне и сын! Хожу, пялюсь на маленьких мальчиков, кто во что одет, какая нынче мода у детишек, блаженно улыбаюсь.)

С результатами НИПТ ждать скрининга стало уже значительно проще. Собственно, со скринингом все прошло штатно. Перед УЗИ больше муж сходил с ума от волнения, по причине чего я выгнала его на улицу курить, потому что нечего делать жене нервы и поднимать давление, а то жена поднимет сердцебиение сыночку (а один раз я это уже сделала в приступе паники, по УЗИ сердцебиение выдало аж 176, потом успокоилось, и с тех пор я запретила себе приступы паники) и нам на ровном месте нарисуют лишние риски, ну и кто после этого будет сам себе злобный Буратино?!

Хотя ладно, кому я вру, как только врач — такая приятная внимательная женщина лет пятидесяти со следами былой красоты, как это принято называть, — поставила мне датчик, я сразу спросила: он живой?

Живой, рассмеялась врач, вон какой! Опережает!

А потом даже перепроверила в карте мой возраст. Уж не знаю, что ей показалось таким невероятным.

(Кстати, я пока ни разу не столкнулась с каким-то эйджизмом среди врачей, с каким-то косыми взглядами или комментариями из-за моего возраста, наоборот, почти всегда слышу — ой какие молодцы, решились! Может, это мне так везёт, потому что в целом знакомые девочки 40+ порой жалуются на некорректное поведение.)

Нет, правда, очень приятная женщина мне делала скрининг, даже любезно комментировала, сколько КТР, ТВП, визуализацию носовой кости, кровотоки и прочее. Обычно УЗИсты в госклиниках молчат как рыбы, а ты воспринимай эту тишину как хочешь. Ну, я все УЗИ тихонечко ревела и мысленно снимала крыжики со всех страшных пунктов :)

После результатов скрининга мы наконец-то сказали нашим мамам (их реакция снова потянет на отдельный пост), и ещё я сказала самой близкой своей подруге. А больше я вот никому и не говорю. Как оказалось, это ВООБЩЕ НЕ ТО событие, которым хочется делиться. Даже с самой лучшей мамой. Если бы не муж, честно говоря, я бы рот зашила (особенно ему) суровой ниткой до самых родов.

(Кстати, НИПТ от меня все равно хотели чисто по фактору возраста, несмотря на низкие расчетные риски. Но у меня, по счастью, НИПТ уже был готов, мой врач этим удовлетворилась. Хотя, судя по ее поджатым губам, не в восторге осталась от нашей оперативности :)

— Ой подождали бы немножко, сдали бы у нас бесплатно!

Да идти вы в пень, ваше бесплатно две недели готовится минимум, а я как должна себя эти две недели чувствовать?)

Живота пока нет, не знаю, когда появится. Был гормональный примерно с 8 по 11 неделю, а потом сдулся, и я почти плоская сейчас.

Я прекрасно понимаю, какой офигенно долгий впереди ещё путь, от него я прошла только треть. Поэтому по-прежнему радуюсь только фактам и не думаю намного вперёд. Всё идёт как идёт, это Божий промысел.

...Да, кстати, о возрасте. 31 августа мне стукнуло 44 :)