Он, конечно, хотел, как лучше. Но не спрашивал, что ей нужно.
Он готовил паэлью, суши, делал вафли и сыр сычужный,
Фуа-гра, канапе, ризотто, приправляя всё жгучим карри.
Пёк эклеры, безе и торты в исступлённом чумном угаре.
Из пяти перемен обеды, каждый ужин безмерно ёмок.
Тошноту вызывала следом мельтешня голубых каёмок.
Но прижав по-кошачьи уши, ела вежливо… И однажды…
Он, конечно, хотел, как лучше. А она умерла от жажды.
