- Обхвати мое тело ладонями,
- Начерти на запястьях мне линии...
- Задыхаюсь с тобой я в агонии,
- В лихорадке кричу я по имени...

- И не знаю: любовь или большее,
- Я, наверное, дальше не выдержу...
- Улыбаются вслед нам прохожие,
- Я с тобою счастливою выгляжу!

А может надо просто верить?
Ну просто так, без всяких НО!
Не теститься, БТ не мерить,
И делать вид, что все равно...
Ребенок – это все же ЧУДО,
И ошибиться может врач,
Лишь надо верить – мамой буду!
И не бояться неудач!
Но трудно ждать, уходит время,
И думаешь: не суждено…
А может надо просто верить?
Ну просто так, без всяких НО!

Перегорело. Уже не больно.
Сижу напротив, смеюсь, шучу...
- Как жизнь?
- Нормально
- И я довольна
- Давай за встречу?
- Давай чуть-чуть..

- Ты замуж вышла?
- Ну да. А что мне?..
- Да, ну, конечно. Что за вопрос. А помнишь?..
- Помню..
- Я тоже помню..
- Ну вот и ладно. Давай без слез.

- Ты стала жесткой.
- Прошло три года.
- Не так уж много.
- И это срок...
- Сегодня жарко.
- Ага, погода...
- Да, очень жарко, я прямо взмок.

- А он, твой этот...
- А, ты о муже? Хороший парень.
- А он...какой?
- Как муж - он лучше, любовник - хуже.
- Зато надежный и под рукой.

- Такой как надо?
- И что такого?
- И даже любишь сильнее чем?...
- Ты разве знаешь такое слово? А если знаешь, тогда зачем...

- Ну да, конечно. Прости.
- Не надо.
Перегорело...Одна зола.
Но только, знаешь, я встрече рада.
И даже лучше, что я пришла.

Теперь я вижу: перегорело.
А ветер пепел уносит вдаль.
Не шевельнулось, не заболело.
И я спокойна. И мне не жаль.

Как ты уходишь, ссутуля плечи..
Как в черно-белом немом кино.
И все же грустно от этой встречи.
Перегорело, а все равно...

Я хочу от тебя ребёнка,
Может сына, и даже дочь.
Я хочу им менять пелёнки,
Беспокоясь, не спать всю ночь.

Я хочу им лечить колени
После каждой игры в футбол.
Я хочу отучать от лени,
И ещё - разделять их боль.

Не устать от бантов, косичек,
И что тюль - это (ах!) фата.
Рассказать, что пожар - от спичек,
А детишки - из живота.

Я хочу успокоить: двойка -
Это мелочь из неудач.
И когда будут плакать горько,
Улыбнувшись, сказать: «Не плачь».

Я хочу не соврать, что с папой
Им и мне очень повезло.
И читать, присев рядом на пол,
Сказки Пушкина перед сном.

И в какао снимать им плёнку,
И завязывать шарф в метель.

Я хочу от тебя ребёнка,
Это больше, чем мять постель.

Татьяна Щербакова

Человеку нужен человек,
Чтобы пить с ним горьковатый кофе,
Оставаться рядом на ночлег,
И интересоваться о здоровье.

Чтобы улыбаться просто так,
Чтоб на сердце стало потеплее,
Чтобы волноваться, там сквозняк,
Одевай-ка тапочки скорее.

Чтобы был приятель, друг, сосед,
И еще сопящая под боком,
Без которой счастья в жизни нет,
Без которой очень одиноко...

(с) Даша Аттраверсьямо

Тише, тише...Не судите, это грех...
Вы порадуйтесь душою за успех...
Вы поплачьте над чужою - над бедой...
Сострадание - ручей с живой водой...
Тише, тише... Не ругайте сгоряча...
Чья -то жизнь, возможно, гаснет как свеча...
Не задуйте ненароком тот огонь...
Подержите, поднеся к нему ладонь...
Тише, тише...Не врывайтесь в жизнь людей,
Наблюдая с высоты судьбы своей...
Потому что жизнь - сплошные этажи...
Там, вверху, возможно, просто больше лжи...
Тише, тише...Ведь слова острей ножа...
Нужно жить, на сердце злобы не держа...
Много мнений, только помнить нужно впредь,
Что на всех свою рубашку не одеть...
Тише, тише...Там где слухи - правды нет...
Лишь Всевышний знает правильный ответ...
И от глаз его не скрыться, не уйти,
Вот поэтому живи и не суди.

ОНА:

Когда мне будет восемьдесят пять,
Когда начну я тапочки терять,
В бульоне размягчать кусочки хлеба,
Вязать излишне длинные шарфы,
Ходить, держась за стены и шкафы,
И долго-долго вглядываться в небо,
Когда все женское,
Что мне сейчас дано,
Истратится и станет все равно -
Уснуть, проснуться, или не проснуться.
Из виданного на своем веку
Я бережно твой образ извлеку,
И чуть заметно губы улыбнутся.

ОН:

Когда мне будет восемьдесят пять,
По дому буду твои тапочки искать,
Ворчать на то, что трудно мне сгибаться,
Носить какие-то нелепые шарфы
Из тех, что для меня связала ты.
А утром, просыпаясь до рассвета,
Прислушаюсь к дыханью твоему,
Вдруг улыбнусь и тихо обниму.
Когда мне будет восемьдесят пять,
С тебя пылинки буду я сдувать,
Твои седые букли поправлять,
И, взявшись за руки по скверику гулять.
И нам не страшно будет умирать,
Когда нам будет восемьдесят пять...

Нам кажется завтра мы будем прилежней
И лучше, полезней, добрей
Сегодня мы грубы, но завтра мы нежны,
Ведь завтра мы будем мудрей.

Мы завтра проведаем старого друга,
И завтра напишем родным.
И завтра кому-то окажем услугу,
Не только своим, но чужим.

Мы завтра друг другу простим без упреков,
И завтра друг друга поймем.
И завтра весь опыт духовных уроков
Применим, и в жизнь проведем!

Мы завтра покаемся в жизни бесплодной
В последнем предсмертном бреду.
Оденем раздетых, накормим голодных,
Разделим чужую нужду.

Так в планах на завтра, то скрыто в тумане,
За годом уносится год...
А что, если завтра возьмет и обманет?
Что, если совсем не придет?