Сразу предупреждаю, писала этот текст 19го, просто сегодня перенесла в дневник. Хочется его сохранить....Последний раз я писала сюда 3 июля — в день, когда мы с мужем ехали в роддом. Сейчас 19-е. Прошло две недели с того самого события — 6 июля в 2:07 ночи на свет появился наш сын. 3900 г чистого счастья. Роды проходили в Ворохобовской больнице. Но всё по порядку.
Сказать, что роды были лёгкими, — значит не сказать ничего. Это был, пожалуй, самый сложный, мощный и незабываемый момент в моей жизни.
Меня положили в больницу в 39 недель по показаниям: повышенное давление. У нас был заключён договор с акушеркой, всё остальное — по ОМС. 3 июля, во второй половине дня, муж отвёз меня в приёмное отделение. Всё шло по плану. До УЗИ.
— Мальчик-то у вас не с пальчик, — говорит врач. — Под 3900, может и больше.
Осмотр на кресле подтвердил: церемонии закончились. Это была боль, которую трудно описать. Но, как выяснилось, это было только начало.
Муж передал сумки, меня встретила сопровождающая с тележкой и проводила в «патологию». Я была спокойна, настроена по-боевому: всё идёт по плану, я под присмотром, всё будет хорошо.
Мне повезло — нашлось свободное место. На следующий день я увидела в комнате ожидания множество девушек: коек не хватало. Лето, роддома на мойке, часть персонала в отпусках. Многих отправляли в 67-й роддом. Врачи и акушерки работали на износ.
Со мной в палате лежала девушка с такими же показаниями, мы быстро нашли общий язык, как то легко пролетело два дня. Но тревога нарастала, особенно на следующий день, когда мне пошли ставить катетер Фолея.
Это было невыносимо. Что-то с шейкой было нетипичное — катетер ставили три врача, 40 минут мучений, я кричала так, как не кричала никогда. Вспотели все. Но и это оказалось цветочками.
Утром 5го после завтрака за мной пришли. Часов в 10 отвели в родовую. Я написала акушерке — она тут же приехала. Муж тоже подъехал минут через сорок. Я лежу, жду. Прокололи пузырь, поставили катетер с окситоцином. Музыка играет, тишина, я представляю — скоро мы встретимся с нашим сыном.
Муж ходит туда-сюда, то посидит, то подойдёт:
— Ну чё, это уже оно? Где роды? Какая-то лайтуха. Обстановка уютная. В боксе прохладно. Окситоцин капает, схватки ещё не начались. Слушаю Прокофьева, Хачатуряна, Рахманинова, Грига. Потом — Кипелова, Валильева, Бутусова. Потом захотелось вспомнить детство — запела Таня Буланова. Полный чокнутый набор миллениала с консерваторским образованием 😂
И тут началось.
Примерно через два часа после начала капельницы пошёл адъ. До 4 см раскрытия я терпела этот ужас. Акушерка тёрла мне спину, я сидела на мяче, а передо мной — муж. При каждой схватке я вжималась в его руки и издавала не крик — рев преисподней. Схватка — минута, отдых — две, потом отдых сократился до минуты. Всё длилось около часа.
На 4 см решили ставить эпидуральную анестезию.
Пришла девушка-анестезиолог, поставила катетер в спину — и я, наконец, легла. Минут через 30 боль ушла, и я снова начала слышать музыку. Ела яблоко, слушала Буланову. Муж танцевал. Потом снова спрашивал:
— Ну что, когда уже мальчик?
К 19 часам началась вторая серия кошмара. Обезболивание стало отходить с правой стороны, я снова начала чувствовать схватки. Раскрытие — уже 7 см. К 21 часу поднялась температура — 37.5, потом 37.7. Меня трясёт, берут кровь — лейкоциты 19. Какое-то воспаление. Откуда? Ведь все анализы были отличные. Давление повышается. Малыш начинает вставляться в родовой канал — и тут у него тахикардия. КТГ — 170–180.
Полный комплект: схватки на окситоцине, температура, давление, 8–9 см раскрытия, и у малыша пульс зашкаливает.
Ближе к полуночи акушерка зовёт врача. Смотрят: раскрытие около 9 см, но головка не входит в родовой канал. КТГ не падает ниже 168. В 00:00 врач говорит: решайте, возможно лучше сделать кесарево.
Мы соглашаемся.
В 01:45 меня везут в операционную. Когда вкололи спинальную анестезию и боль ушла — это было истинное счастье. Тишина. В 02:07 я услышала крик. Наш сын! Громкий, сильный, живой.
Операция шла около 45 минут. Сына показали — крепкий, здоровый. Акушерка сказала, что с его крупной головкой и положением он бы не смог пройти родовыми путями. Если бы не кесарево, всё могло закончиться вакуумом или щипцами. А это уже совсем другая история. И я, и он могли бы сильно пострадать.
Отдельное человеческое спасибо нашей акушерке — Галстян Сюзанна Петиковна — была невероятной. Спокойная, тёплая, поддерживающая, но главное — абсолютно профессиональная. Всё объясняла: что делают, зачем, что будет дальше. Рядом с ней было спокойно. Без неё мы бы не справилась.
Хирург, Баиров Саян Сергеевич — профессионал с большой буквы. Всё чётко, по делу, аккуратно. Шовчик аккуратный. Всё по высшему разряду.
Третий этап — послеродовой.
Сыночка на 15 минут отдали мужу, в него были первые "золотые" 15 минут, потом передали сестре. А меня повезли в реанимацию. Ноги не чувствую, глаза закрываются, на часах около 4 утра. Ставят капельницы, уколы. Рядом женщины с детьми. Мой где-то там, я его вижу — с ним возится медсестра. А потом его подвозят ко мне. Вот он. Такой маленький. Но мы вместе. Муж шлёт их с малышом совместные фото и видео. Я рыдаю. Мы втроём — такая команда. Это было неописуемо.
Утром — капельницы, уколы, наркоз отходит, всё болит. Приносят завтрак — набрасываюсь как голодный волк. Потом врач — всех поднимать, всех ставить на ноги. Было страшно. Но я встала. Пошла. Мы с соседками ходили как зомбари — отёкшие, в белых сорочках, перекошенные 😂
Привезли тяжёлую пациентку без сознания — целый консилиум. Главный врач появился — фактурный, похож на доброго медведя. Узнала его, видела фото на сайте. Уверенный, спокойный. Задвинул шторы, раздал указания. Потом увидел меня, подбодрил:
— Молодец, что ходишь! Так держать!
Потом посмотрел на мои сползшие компрессионные чулки:
— Так нельзя, пережмут! Поднять надо.
— Да я не могу, больно, не нагнусь…
Он рассмеялся:
— Ну начинается… — и сам аккуратно мне их натянул.
Это был удивительный момент. Такой высокий человек, с таким добрым взглядом, и такая простота. Это любовь к своему делу. Потом уже через пару дней встретила его у кофемашины на первом этаже, похлопал меня по плечу, говорит мол за кофейком? Я говорю, что да, нужна доза 😂, говорит, только не перебарщивайте, а то знаю я вас таких...😂
В послеродовом я лежала с женщиной, которую оперировали прямо передо мной. Малыш был тихим, ел и спал. Я вся отёкшая, но было уютно. Кровати — шикарные, много режимов. Это очень помогало. Отдельное спасибо — еде. Вкусная, полезная, аккуратно поданная в контейнерах доброй женщиной феей Ларисой Ивановной, которая всегда на улыбках желала нам приятного аппетита. Прям лучик. Всё чисто, организованно, с заботой. Персонал — настоящие герои. Всё продумано: уколы, смена чистых пелёнок для малышей и чистая одежда для них же - все в отдельных пакетах, отлажено на пеленальном столе, чистые полотенца, чистые сорочки для роженец каждый день, уборка по расписанию, даже женщины, которые прибирали палаты с улыбкой и теплым разговором о том- о сем. Каждый работник — с добрым словом и открытым сердцем. Даже уроненное поднимали за нас, потому что мы не могли согнуться. Настоящие матроны. Больницей не пахло. Был обычный, нейтральный запах. Ощущение — почти как дома, но с заботой, лечением, уважением.
Малышу каждые три часа приносили смесь — я была на антибиотиках. Обход гинеколога и детского врача — каждый день. Детский врач, Парицкая Татьяна Алексеевна — словно добрая фея. Всё объясняет, показывает, отвечает на вопросы — с теплом и искренностью. Чувствуешь, как она любит своё дело.
Итог: да, роды были тяжёлыми. Но та забота, тот уровень ухода и внимания — полностью оправдали всё пережитое. И это — по ОМС.
Тут же в больнице оформили свидетельство о рождении, СНИЛС, всё отправили в нужные инстанции. Я приехала домой — и никаких бумажных головных болей.
Могу сказать только одно: огромное человеческое спасибо всем, кто трудится ради женщин в этот невероятно уязвимый, важный момент. Это — бесценно.
Если вы дочитали до конца — спасибо 🤗
