Русская Речь...
МОНСТРЫ В ТРАНСЕ
Если часто употреблять какое-нибудь сильное, эмоциональное слово, то оно, как известно, теряет и для говорящего, и для слушателя большую часть своего значения. А в русской речи такие слова звучат постоянно: кругом «монстры», все «в шоке», «в трансе» и «в депрессии», включая томных сериальных героинь и цветущих телеведущих. |
Многие из нас уже забыли, что на самом деле значат такие, порядком обтрепанные ежедневными разговорами, слова. Например, «шок» - это медицинский термин, а вовсе не синоним «удивления», изумления» или, тем паче, «восторга». Термин «шок» обозначает тяжелое расстройство функций организма вследствие физического повреждения или психического потрясения. Поэтому радостные восклицания «Я в шоке!» героев «Квартирного вопроса», вошедших в свои отремонтированные апартаменты, кажутся страшной нелепостью.
То же самое относится к выражению «быть в депрессии», которое стало в последнее время чуть ли не самой распространенной светской отговоркой: «Наташа в гости не придет – у нее депрессия». Часто еще добавляется, какая именно депрессия, согласно текущему времени года – зимняя, весенняя, летняя или осенняя... Причем психиатров-самоучек, которые ставят себе и другим подобный диагноз, не смущает тот факт, что депрессия не может быть вызвана дождем, а также не может длиться пару часов или в течение рабочей недели, испаряясь к выходным. Депрессия – это угнетенное, подавленное психическое состояние, спровоцированное, как правило, каким-либо неврозом. Перед тем, как врач точно установит, что человек страдает именно депрессией, такое безобразие должно беспрерывно продолжаться не меньше месяца. Иначе речь идет о банальном плохом настроении, сплине, тоске, скуке или головной боли.
Кстати, раньше, в XVIII-XIX веках, именно мигренями дамы из общества оправдывали свое недоброе расположение духа или нежелание куда-либо идти, что-то делать. Тоже, конечно, преувеличение, но по сравнению с нынешней повальной «депрессией», звучало это менее трагично и более правдоподобно.
Однако наиболее диким кажется популярный сейчас оборот «быть в трансе». Почему-то большинство русскоговорящих людей представляют себе такое состояние как вялое, апатичное, но в чем-то даже философское. Человек в трансе, по мнению тех, от кого мне довелось услышать эту фразу, - это временно разочарованный в жизни мыслитель, лежащий на диване и думающий о смерти. Этакая смесь Байрона с Обломовым. Но если бы мои собеседники заглянули в Толковый словарь, то без труда обнаружили бы, что состояние транса характеризуется повышенным нервным возбуждением с потерей самоконтроля, а также помрачением сознания при гипнозе или экстазе. Ничего общего с апатией и думами о вечном, которые многие современники приписывают себе в моменты обычной скуки.
К ряду таких же изначально «страшных», но прирученных русским языком слов относится и «монстр». Происхождение у него, правда, не медицинское, а книжное, но появился «монстр» в нашей речи тем же путем, что и остальные «кошмары» - из английского языка. Теперь нередко можно встретить выражения вроде «Кобзон – монстр российской эстрады». Имеется в виду, конечно, артистическое долгожительство певца. Но буквально эта фраза аналогична утверждению, будто Кобзон на сцене – урод и страшилище. Потому что значение у слова «монстр» исключительно такое.
Как и почему чудовища, герои американских фильмов ужасов, превратились в нашем сознании в аксакалов, непонятно. Возможно, причина в картине Спилберга «Парк Юрского периода», где динозавры впервые были показаны так натуралистично и пугающе. После этой ленты игрушки, изображающие древних ящеров, стали любимой забавой мальчишек наряду с фигурками вымышленных чудовищ – вампиров, гоблинов, инопланетян. Для всей этой пластмассовой серии у детей начала 90-х появилось общее название – «монстрики».
Хотя Кобзона такое объяснение вряд ли утешит. Все-таки можно подобрать для образного описания карьеры исполнителя другое слово – даже «мамонтом» и «динозавром» слыть, по-моему, приятнее, чем монстром.
Точно так же легко подобрать замену английским заимствованиям и в случаях мнимой депрессии, транса и шока. Например, говоря о тоске, крайнем возбуждении и изумлении. Важно помнить, что чужестранные слова не должны вытеснять все уже имеющиеся родные. Тем более, когда их точное значение известно совсем немногим.
Кстати, говоря о неверном употреблении латинских терминов, нельзя не вспомнить и о самой навязчивой ошибке последнего десятилетия, о путанице со словами «патронаж» и «патронат». Однажды мы уже писали о принципиальном различии между ними, но, судя по количеству официальных заявлений, начинающихся с фразы «Мероприятие прооходит под патронажем Президента», стоит сказать о них еще раз. В случае, когда речь идет о содействии, руководстве, покровительстве и постоянном наблюдении, следует употреблять термин «патронат». А «патронаж» - это всего лишь оказание медицинской и лечебно-профилактической помощи на дому, например, новорожденным и некоторым категориям больных. Сомнительно, что глава государства, а также губернаторы и разнообразные комитеты и министерства будут непосредственно заниматься такими делами...
Алла Шарандина