Об угрозе биологической безопасности страны и о коклюше, которого нетОпубликовано 31/01/2013 16:56 | Медицина, Прививки
Американская академия педиатрии опубликовала новые рекомендации, согласно которым все (!!!) беременные женщины должны в обязательном порядке прививаться от столбняка, дифтерии и коклюша — вне зависимости от того, как они прививались ранее.
На фоне шабаша антивакцинаторов, на фоне постоянной и планомерной борьбы с прививками большинства отечественных СМИ, на фоне наших постоянных скандалов, связанных с закупками вакцин (то не закупили вообще, то закупили непонятно что), так вот, на фоне всего этого, там, за океаном, принимают решение — прививать всех беременных (!!!) подряд!
Ну вот только представьте себе ситуацию: завтра в новостях вы читаете о том, что Министерство здравоохранения постановило: всех беременных прививать от коклюша, дифтерии, столбняка. «А кто не согласен — отключим свет» (вариант — не выплатим пособие по рождению). Я прямо вижу заголовки статей, и самое мягкое слово в них — это геноцид…
Попробуйте представить: некий кандидат в депутаты предлагает прививать всех беременных! Какие у него шансы быть избранным? Никакие, еще и морду набьют! Поскольку здоровье беременных — наше все…
На первый взгляд ситуация непонятная. Ну неужели они там, в мире капитала, настолько обезумели, что готовы прививать всех подряд, даже беременных, даже не интересуясь — когда они прививались ранее?
Они готовы! Но для того чтобы их понять, надо захотеть кое-что узнать, захотеть услышать!
Так вот, у них там регулярно умирают дети от коклюша. В некоторых штатах говорят «вспышка заболеваемости», в других вообще кричат — эпидемия!
Коклюш — это инфекционная болезнь, которая проявляется приступами кашля. Коклюшем болеют все — и новорожденные, и пожилые. Коклюш у взрослых — это несколько месяцев мучительного кашля, но все проходит само по себе, даже без лечения. Коклюш у детей — намного опаснее. Приступы кашля заканчиваются остановками дыхания, возможны опасные осложнения: воспаление легких, тяжелые поражения нервной системы.
Коклюш у детей первого года жизни — смертельно опасен. Осложнения скорее правило, нежели исключения. Нередко даже приступов кашля нет — дыхание останавливается и все…
Абсолютное большинство детей, которые умирают от коклюша, — это младенцы первых шести месяцев жизни. Обратите внимание: даже при самом лучшем оснащении клиник, даже при высочайшей квалификации медицинских работников сделать зачастую ничего не получается. Еще раз повторимся: коклюш у грудного ребенка — болезнь смертельно опасная.
Именно поэтому в странах с передовым уровнем здравоохранения стараются начать вакцинацию от коклюша как можно раньше, по крайней мере, в Великобритании, Германии, Израиле, Франции, США ее проводят детям, начиная с 2-месячного возраста.
Отечественный календарь вакцинации рекомендует прививать от коклюша с 3-х месяцев, но и этот возраст нещадно критикуется доморощенными борцами за детское здоровье, которые взывают к тому, что имеет смысл до года подождать, а там видно будет…
Теперь главный вопрос: как может заразиться коклюшем грудной ребенок?
Ответ: инфекция передается воздушно-капельным путем при довольно-таки тесном контакте, поэтому заражаются младенцы в большинстве случаев от членов семьи: от родителей, от старших братьев и сестер. И действительно, всегда, когда приходится беседовать с родственниками заболевшего малыша, выясняется, что в доме кто-то уже давно кашляет: мама, папа, старший брат…
Не хочется сейчас углубляться в тонкости, но принципы профилактики смертельной болезни у маленьких детей выглядят вполне очевидными: своевременно вакцинировать всех, кто окружает младенца и не подпускать к нему никого, кто кашляет.
Еще один способ профилактики — вакцинация беременных — тогда мама сможет передать ребенку защитные антитела, которых хватит, чтобы «продержаться» до начала вакцинации.
Вот именно поэтому американцы суетятся — у них эпидемия, у них дети умирают.
А у нас? У нас все хорошо!!! Эпидемии — нет. От коклюша дети не умирают!
А вам не интересно, почему так? Почему в США с их передовой медициной и эпидемия, и смерти, а у нас все прекрасно?
Интересно? Тогда я попробую объяснить.
***
От чего может умереть ребенок с коклюшем? Во-первых, от остановки дыхания, во-вторых, от осложнения болезни — от воспаления легких.
От остановки дыхания сейчас умирают относительно редко: есть реанимационные отделения, есть возможность дышать через маску с помощью специального мешка, если остановки дыхания очень частые и длительные — подключают аппарат искусственной вентиляции легких (ИВЛ). ИВЛ нередко приходится проводить длительно (несколько недель, а то и месяцев), на этом фоне возникает тяжелейшее воспаление легких. Лечить его очень трудно, поскольку вызывается оно бактериями, которые живут в реанимационном отделении (т. н. «госпитальная флора»). Бактерии эти к большинству антибиотиков устойчивы, поэтому ситуация, когда ребенок с коклюшем оказывается на ИВЛ, крайне опасна для жизни.
С тем, что выше описано, я столкнулся буквально в тот момент, как начал работать в детской реанимации. Сценарий всегда один и тот же: мама кормила грудью и кашляла; или пришли из роддома, а здесь старший ребенок кашляет, потом малыш вдруг стал синеть на несколько секунд, поступили в больницу, через несколько дней посинел надолго, перевели в реанимацию, там дышали маской минут 20, но самостоятельное дыхание не восстанавливалось, подключили аппарат ИВЛ. Через 2 недели ребенок умер от воспаления легких.
И я как самый молодой оформляю медицинскую документацию — сочиняю т. н. «посмертный эпикриз» и пишу окончательный диагноз. Пишу, как в мединституте научили, совершенно не подозревая, что окончательный диагноз — это особое искусство! Дело в том, что есть три стандартные графы, которые надо заполнить. Во-первых, основной диагноз, во-вторых — его осложнения и, в-третьих, — сопутствующие заболевания.
Т.е. основной диагноз — коклюш, его осложнение — пневмония, ну а сопутствующие заболевания всегда можно найти, и чем больше найдешь, тем легче объяснить причину смерти, поэтому пишем — анемия, рахит, энцефалопатия и т. д.
Отношу написанную историю болезни заведующему, тот смотрит на меня как на умственно отсталого санитара, а потом произносит много нехороших слов, поскольку все совсем неправильно и теперь из-за меня придется переписывать титульный лист истории болезни, а это весьма хлопотно…
Так как же правильно?!!!!
Правильно так: основной диагноз — пневмония, сопутствующие диагнозы — анемия, рахит, энцефалопатия и… — коклюш!!!
ПОЧЕМУ???
Объясняю (объясняю так, как объяснили мне, а мне объяснили правильно).
Коклюш — это управляемая инфекция. Именно управляемая, поскольку количество больных регулируется вакцинацией и санитарно-эпидемиологическими мероприятиями.
Каждый случай смерти от управляемой инфекции — это чрезвычайное происшествие! О каждом таком случае больница сообщает высокому медицинскому начальству в области, те информируют министерство здравоохранения, а министерство в своих отчетах информирует ВОЗ. ВОЗ приводит вашу страну в пример: вот вам государство, которое не в состоянии выполнять своих функций, которое не может управлять управляемыми инфекциями.
Что будет, если поставить основной диагноз — коклюш? Во-первых, одну копию истории болезни в Облздрав, а вторую копию — в Минздрав. Во-вторых, ждем: больница комиссию Облздрава, Облздрав — комиссию Минздрава. Комиссии поим, кормим, дарим подарки, договариваемся, но все равно все получаем выговоры.
Что будет, если поставить основной диагноз — пневмония? Не будет ничего! Патологоанатом в любом случае на нашей стороне, поскольку на вскрытии никакого коклюша увидеть нельзя, а пневмонию — очень даже можно!
Комиссий не будет, выговоров не будет, морального ущерба государству не будет.
Всем, короче говоря, будет хорошо…
Я работал в отделении реанимации 10 лет. Каждый год несколько детей умирали от коклюша. Никогда диагноз «коклюш» не был основным. Если ребенок выздоравливал — коклюш был, если умирал — не было никогда. Т.е. заболеваемость коклюшем была, смертности — не было. И все это происходило в те далекие советские времена, когда от коклюша прививалось не менее 90% детей.
Сейчас уровень вакцинации от коклюша (реальной, а не бумажной) не превышает 50%. Коклюшем болеют тысячи детей. Другие тысячи тоже болеют коклюшем, но поскольку статистика — это самое главное, диагноз им не ставят, а придумывают другие болезни — бронхиты, фарингиты и т. д.
От коклюша дети по-прежнему не умирают (на бумаге)! Эпидемии — нет (на бумаге)!
Повода для волнений — нет. Оснований прививать беременных — нет. Адекватной (честной) статистики — нет. Возможность сократить санитарно-эпидемиологические станции — есть!
***
Обо всем этом я уже неоднократно рассказывал. Перед вами еще одна попытка хоть каким-то образом повлиять на ситуацию.
Реальная заболеваемость управляемыми инфекциями неведома в нашей стране никому. Но тот факт, что заболеваемость и смертность от коклюша для нас не менее актуальны, чем для США, не вызывает сомнений.
Но общество не информировано. О том, что дети умирают от коклюша, журналисты не знают. И о лукавстве медицинской статистики не знают тоже.
И активно борются за «народное счастье» (как они его понимают), планомерно уничтожая вакцинацию.
Уже, кажется, ни одного телеканала не осталось, где бы не рассказали о том, как вакцины убивают детей.
А коклюш, корь, дифтерия, полиомиелит — это СМИ неинтересно.
С коклюшем бороться сложно. С прививками — легко!
Да только болезни убивают в десятки тысяч раз больше детей в сравнении с вакцинами.
Поэтому, мамы, будьте бдительны.
Поэтому, журналисты, будьте ответственны. Изучайте тему, а то создается впечатление, что, по мнению редакторов отечественных СМИ, главными экспертами в области вакцинопрофилактики являются врачи-гомеопаты… Стыдно!
***
Всем нам, прежде всего, следует задуматься и осознать, что имеются две глобальные проблемы, ставящие под угрозу биологическую безопасность страны: во-первых, продолжающееся уничтожение вакцинопрофилактики и, во-вторых, бездумное и в большинстве случаев нерациональное использование антибиотиков (об этом еще поговорим).
Что, собственно, надо именно сейчас?
— информационное письмо Минздрава врачам с разъяснениями и категорическими требованиями правильно формулировать диагнозы;
— предупредить каждого врача, каждого организатора здравоохранения касательно того, что реальная статистика заболеваемости — настоятельная потребность времени;
— повысить ответственность за сокрытие диагнозов (напомнить, в конце концов, врачам, что коклюш — диагноз клинический, и он не требует никаких дополнительных анализов);
— ввести уголовную ответственность за сознательную фальсификацию данных и за продажу «липовых» справок о вакцинации (депутаты, ау!!!);
— информировать общество об истинном положении дел, сообщать в СМИ о реальном количестве заболевших и умерших, о том, чем все эти болезни заканчиваются. Никто почему-то не реагирует на число 12 500 — именно столько человек заболело в Украине корью за 11 месяцев 2012 г. А вы не просто скажите 12 500, вы поподробнее: у скольких была пневмония, у скольких энцефалит, сколько потеряли зрение — может быть, тогда поумолкнут все эти эксперты, которые аж заходятся от криков, дескать «корь — легкая болезнь»…;
— обучать медработников правилам вакцинации и обучать родителей: как подготовить ребенка, как действовать после прививки, в каких ситуациях обращаться за медицинской помощью;
— всему обществу (и особенно СМИ!!!) перестать бороться с вакцинацией и начать бороться за качественную, современную вакцинацию! Интересоваться возможностью выбора вакцинных препаратов, создавать независимые организации, контролирующие закупку, хранение и распределение препаратов.
***
Вас по-прежнему удивляют рекомендации Американской академии педиатрии касательно вакцинации беременных или вас начало удивлять другое?
P.S. Подробное описание того, как ставится диагноз коклюш, и как к этому относится вышестоящее начальство участкового врача, читайте в разделе "Письма".