Уже два вечера продолжается:
Укладываемся мы спать, книжку почитали, молочка попили и тут... Катя вдруг видит как будто впервые за день - у мамы есть волосы! В глазах загорается озорной огонек, ребенок рывком прыгает мне на шею и начинает с упоением выдирать мне последние волосинки! Улыбается, прямо удовольствие такое! Я говорю ей, больно маме, завязываю хвостик - все равно стремится, рвет от корней! Ладно еще когда после этих игрищ мы засыпаем. А тут недавно Катюшка так разошлась, что потом они еще с папой до часу ночи играли. И вот подкладывают мне, спящей, ребетенка, а Катя-то смотрит - опять можно за волосы подергать! Представляете как это - среди ночи на вас бросаются с индейскими воплями, еще и за голову дерут сильно и больно!
Укладываемся мы спать, книжку почитали, молочка попили и тут... Катя вдруг видит как будто впервые за день - у мамы есть волосы! В глазах загорается озорной огонек, ребенок рывком прыгает мне на шею и начинает с упоением выдирать мне последние волосинки! Улыбается, прямо удовольствие такое! Я говорю ей, больно маме, завязываю хвостик - все равно стремится, рвет от корней! Ладно еще когда после этих игрищ мы засыпаем. А тут недавно Катюшка так разошлась, что потом они еще с папой до часу ночи играли. И вот подкладывают мне, спящей, ребетенка, а Катя-то смотрит - опять можно за волосы подергать! Представляете как это - среди ночи на вас бросаются с индейскими воплями, еще и за голову дерут сильно и больно!