В этом году я ращу сына. И волосы. По задумке скоро буду выглядеть как-то так:
Волосы отросли длинные, струятся между пальцев. Их миллиметр - неделя моей жизни. Миллиметр за миллиметром мы проживали этот год. Иногда блестели, радостно развевались, полоскались на ветру, были полны сил, как морские канаты. Чаще - уныло висели вдоль щек, тускловато отсвечивали. Год был утомительный для меня, утомительно-однообразный, но все равно очень счастливый.
Сын ведь тоже вырос. 
Он бегает по дому, похожий на юного дайвера в темном облегающем слипе от Картерс (на каких глистов они рассчитаны? явно не на упитанных мальчиков российского розлива), говорит - "Мам, дай чай!" А дашь - уважительно протягивает: "Горяяяя..." Горячий, значит. И не пьет. Но главное, ему налили, как всем. Он взрослый, уважаемый член семьи. У него ангельские кудряшки, загнутые реснички и выработанный командный голос.
На Adme увидала милую идею: весь год складывать в баночку-жестяночку записки с хорошими событиями, эмоциями, мыслями - тем, что хотелось бы вспомнить. В новогоднюю ночь все это вытряхивается, перечитывается, улыбается пережитыми улыбками.
Неугодное тоже можно записывать, а потом без перечитывания сжечь, как обычно рекомендуют. Пепел вылить в унитаз, залить доместосом для верности, смыть три раза.
А потом подумала - и зачем мне это шаманство, когда я и так здесь все пишу. Осталось перечитать, посмеяться, волевым усилием забыть с концами все то, что не хочется помнить.
У детей со Временем совсем другие отношения. Вася пытается постичь суть адвент-календаря, не сдается, уговаривает меня отрезать по два-три носка или варежки в день. По одному - мало. И ее не волнует, что там на ленточке висят оставшиеся дни до Нового года, и это имеет сакральный смысл. Слопать сразу две шоколадки - вот ее цель.
К слову, у нас самый ленивый адвент-календарь на свете, мне даже неловко показывать его тут, где сплошные мастерицы через пост ваяют красоту рукотворную. Зато наш - теплый. Шерстяной, с акрилом и флисом. И смешной. В нем нашли себя и свое предназначение бесчисленные непарные носки и перчатки, плодящиеся у нас в доме на ура. Создавая его, мои две субличности - перфекционистская и пофигистская - разругались в пух и прах.
- Хоть даты присобачь, лентяйка! - корила перфекционистка. - Раз цветовую гамму соблюсти не можешь и снежные узоры не вышиваешь!
- Сойдет! - устало отмахивалась пофигистка. - Пошли спать, а?
И мы пошли спать.
Маруся и жить торопится, и чувствовать спешит. Ведь когда она вырастет, то сможет завести себе собаку! А заодно лошадь... нет, две лошади, козочку, ослика, цыплят, кроликов и мини-пигов. Похоронить свою красоту на ферме, выгребать сено, убирать стойла, ага. Пока же она учится играть на гитаре и озвучивает всякие мелодрамы от своей театральной студии. В последний раз это был какой-то проект Первого канала, фильм местного производства, роль девочки Танюшки. Напишу потом, когда нас слушать. Между делом она ходит в школу, получает свои пятерки, четверкам расстраивается. Ее отношения с уроками хорошо характеризует недавнее этимологическое:
Маруся садится за русский. Написала дату, задумалась...
- Мам, а слова "домашняя работа" произошли от слова "раб"?
- Эмммм... ну наверное, по крайней мере, корень там один...
- (мрачно) Воооот, я это давно интуитивно чувствовала, еще до того, как мы стали состав слова проходить!
Бог с ней, пусть лучше играет.
И - Бог со всеми нами в уходящем году! Заполним, что ли, даже отрастающие миллиметры наших волос любовью! Мне тут весь год в начале каждого месяца приходили по почте открыточки. По настоящей, древней почте! Настоящие, бумажные открыточки! Двенадцать штук, красивых. От анонимного доброжелателя. Давайте сделаем вид, что мы с вами его не вычислили, а? Милый доброжелатель, это было прекрасно. Как и все, что ты для меня делаешь. Пусть мы с тобой умрем в один день и очень нескоро, ага?
