Наш «кризис 3 лет» медленно, но верно начался в васины 2,5 и длится по сей день, с небольшими возрастными трансформациями. Сначала характер истерик был связан с невозможностью выразить словами то, что она думает. А потом рождение сестры и, сразу, садик.
Если к рождению Варвары я готовила Василису пол года, то к садику не готова была именно я. Поэтому Василиса получала от меня абстрактные сведения о садике в позитивном ключе.
Водить в сад начали через 2 недели как родилась Варя. Хотели через месяц, но в саду нас уговорили пораньше (так как документы все были готовы, ну и это всего лишь адаптация). И хорошо. Потому что первые 4 дня она ходила туда сносно… на 2 часа. А потом ОРВИ на 2 недели. А потом она туда больше не захотела. Утром были истерики начиная с пробуждения, заканчивались в группе. Ну как заканчивались… поднывала понемногу. Я по этому поводу не страдала, потому что дома она мне периодически устраивала жесткач похлеще. Не ходя в садик. У нее в голове просто и ясно уложено, что мама и она сама не могут быть по-раздельности, никогда не оставит, не потеряет, не бросит, поэтому у нее даже мысли нет, что ее не заберут. У нее одна беда - коммуникации. Она мне так и говорит, я хочу в садик ходить с мамой и папой. Чтобы мы были в группе тоже. Потому что она там ни с кем не хочет разговаривать, не знает/не умеет/стесняется. 
И вот наша адаптация заключается именно к развитию привычки общаться со сверстниками. Она разговаривает только со взрослыми - воспитателями, нянечками (даже когда ревет). Т.е. дети если плачут, то плачут. А наша Ярославна еще и причитает и всем объясняет почему ревет. Вот примерно так у нее все: «Ой, извините меня!... Извините!... Меня тут все юбят!... Меня все юбят!.. Мама за мной пидёт!... Скойо пидёт!... Извините меня, позаиста!... Я босе не буду пакать!... Я маенько-маенько попачу и упакоюсь!...». Где многоточия - это ее всхлипы. Ну это я просто так ее приучила. Всегда говорила ей, чтоб она озвучивала что ей нужно, потому что мне не понятно, когда она просто ревет.
Во время адаптации в нашем саду разрешают приносить любимые вещи ребенка. Вася сначала для моральной поддержки носила рюкзак с какой-то мелочью. Но оставляла его всегда в шкафчике. Потом она стала носить шарик (не надутый, а такой прям как есть, из упаковки), и в те дни она мне напоминала грустного ослика Иа 
. Потом шарик она носить перестала, потому что дети у нее его забирали и пытались надуть (привет вирусы 
). И потом мы перешли на носовые платочки. Пять платочков, каждый день с новой зверюшкой. Его она мнет в руках, вытирает свои слезы/сопли. И он ее бодрит. Без платка не идет.
Есть у них одна помощница воспитателя, взрослая женщина, они ее называют «баба». И кажется она Васькина «подруга». Она общается с моей дочкой наравне. Вася мне рассказывает все что узнала от нее. Что собачка у нее есть маленькая. Что она тоже домой всегда хочет. И что за васей придет мама сразу, когда и она домой отправится. Я забираю ее пораньше, в 16:00, после полдника. Потому что после сончаса ее плач носит затяжной характер.
Один раз забираю Васю, а она ревет и причитает что ее неправильно одели (так-то она всегда ревет, когда я прихожу за ней, говорит, что от радости, но что-то ее лицо всегда не радостное). Причем так отчаянно мне жалуется! Ее на сончас положили в носочках. А когда проснулась, то одели на нее колготки прям поверх носков. Второпях думали, что ребенку пофиг. Но это же Вася, она все эти часы страдала от нелогичного поведения нянечки.
А вообще я ее всегда забираю оттуда с косами. Приводим с простыми хвостами, а забираем с красотой на голове. И мне даже немного стыдно 
. Надо практиковаться почаще с ее волосами.
Негатива к саду у нее нет. Дома она играет в садик. Так я узнаю чем они там занимаются. Вася расставляет свои игрушки в обруче на полу или в манеже по периметру и начинает с ними играть (она - воспиталка). Учит своих игрух зарядкам всяким, песенкам. Я потом по обрывкам ее стишков в интернете ищу полный текст, так прикольно 
. Меня она тоже заставляет скакать, наклоняться, махать руками.
Варю она не обижает, защищает от всех (в первую очередь от бабушек-дедушек): «Моя Варя! Уйдите отсюда. Не смотрите на неё!». А когда ее называют «Варюша» или другими уменьшительно-ласкательными, она кричит грозно: «она не Ваюся, она Вая!». Подгузы приносит, заклеивает липучки. Подтирает ей тряпочкой ротик (слюни, срыгивания). Трогает пальчики, ручки, ножки. Гладит по головке. Целует в лобик, щечки. Если залазит на пеленку, на которой Варя, то ногами никогда не наступает, только на коленках подползает к ней. В общем ревности нет особой. Она знает, что если Варя спит, то мама в её распоряжении.
Но бывает жесть. Это ее истерики. Которые возникают на ровном месте. Если я дала ей не ту ложку, которую она хотела (а она этот нюанс даже не озвучивает, у нее в голове ее желания созвучны моим, а в действительности это оказывается не так). Иногда истерика бывает, что я ей не подала руку, когда она слазила с кровати и что за ручку не вывела ее из спальни. Если папа пришел вечером с работы и съел кусок засохшего варёного желтка (который у нее с утра в тарелке лежит и она не разрешает мне его убрать), что я ее не так обняла после дневного сна. Истерика такая, что прям не подойти. Подойдешь - выгоняет, орет. Не подойдешь - орет и зовёт. Аж до отрыжки ревет. И даже слез почти нет, зато рот со звуком «Аааа!» открыт настолько, что можно туда белку жить запускать. Еще биться на полу может в истерике. В такие моменты она получает по заднице разок-другой (ну не по щекам же ее в себя приводить). Когда я выхожу из себя, то я резко ухожу в другу комнату от нее. Крайность - поставить в угол. Пугала ее соседями, скорой помощью с успокоительными уколами 
, полицией. Не работает ни что. Работает только пофигизм (выдержать паузу до того, как она сама начнет в реальность возвращаться). А тут она мне сама выдает: «Пойдем к врачу…. Аааааааа…. Пусть меня уколом успокоят! Аааааа!». Вот что с ней делать - и смех, и грех.
Ночью спит не от заката до рассвета. Она очень часто просыпается. То ей надо массаж попы (пардон), то ножек, то живот погладить, то голову почесать, то глаза помассажировать. Она прям в наглую орет и переманивает папу к себе. А потом ей может папа надоесть и ей надо маму. А иногда она вообще залазит к нам (4-ой) ложится между мной и отцом прям поверх одеяла и тогда нам всем не хватает чем укрыться. Потому что если васю накрыть одеялом, то она лягается как молодая кобылица. И мы можем получить по фингалу. А иногда ей «неубобно» и она залазит в подушки над нашими головами поперек и так дрыхнет враскоряку.
А Варя спит как ангелок. Она просыпается на кормления, но она это делает деликатно, в отличие от сестры. Господи, дай мне сил! 
Один раз, папа наш задержался вечером у стоматолога на 1,5 часа. Ну как вечером, он там пробыл до пол десятого. Вася завелась с 8 вечера, проснулась и давай сходить с ума. А если Вася сходит с ума, то она пугает Варю, и та тоже плачет (особенно если я на нервах). А тот день как раз такой и был, потому что папа с собой не взял телефон, мне звонят родители, которые, после того, как узнали, что их сына все еще нет от стоматолога, начали мне названивать через каждые полчаса. А дети орут, а я психую. И вот что Вася делала. Она наревела себе так, что у нее все волосы стали мокрыми, а лицо липким. И она зачем-то пошла в нашу комнату (свет там выключен, только фонари в окне горят), встала перед порожком под дверью и начала лепить свои волосы себе на глаза, которые она почти не открывала, так как они у нее красные и опухли. СтоИт, лепит волосы на глаза и воет. Меня зовет, а за порожек не выходит. Вот жуть, капец. У меня Варя на руках ревет. Я беру ее за руку и тащу в зал. Она орет сильнее. Опять убегает в комнату за порожек и опять лепит волосы себе на глаза. Прям прядки мокрые, которые у лица накручивает лепешками и лепит! Вот такие страсти-мордасти. Хотя сейчас я ржу над этим. Короче в тот день вся наша женская часть семьи наревелась от души, Вася от своих бзиков, Варя от царящей атмосферы, я - от безысходности. А папа получил люлей, когда пришел. И пофиг что у него был опухший рот после операции. Его это спасло только в том, что пи…дячки были непродолжительными. 
Когда Вася полностью успокаивается я с ней веду доверительные беседы. Она все понимает, улыбается и говорит: «Мама! Ты у меня такая хаёсая! Извини меня, позаааиста!». Хватает мое лицо и целует. Обнимает меня или мою ногу (если Варя на руках). И вот так заканчивается наша очередная воспитательная беседа.
И кажется, что мои беседы дают свои плоды. Последние три дня (тьфу-тьфу-тьфу), она стала немного другой. Я давно ее такой не видела. Как котенок ластится постоянно, целуется. Ночью даже не орет, а просто зовет папу/маму. Сегодня утром правда поревела, но как только я накормила младшую и пришла к Васе в кровать, та сразу успокоилась. В общем, что-то меняется. И она даже пытается стебаться над собой. Уронила качалку свою, всех перепугала в доме и смеется, типа «ооой! Я унанила каселю!». Муж ей говорит, что плакать надо, а не смеяться. На что Вася ему отвечает: «Папа, ты сё! Я не могу пакать! Я узе упакоилась! Вот видись?!». И засмеялась.
И в эти дни она научилась завязывать узелки и застегивать молнию с нуля. Правда не на себе, а на вещах перед собой. Вчера научилась. Я так радовалась))). Моё колье с завязочками завязала и на себя напялила. Потом несколько раз нам еще продемонстрировала свои умения.
А вообще Васька часто болтает всякую смехоту. Ржем каждый день. Я в сравнении с ней бездельница. А она по дому хлопочет, достает папу, почему он свои варежки не посушил. Все посушили, а папа не посушил. Час доставала! Вышли на улицу все в варежках, кроме папы. Потому что Вася вытащила его перчатки и положила сушиться на батарею))). Порог убирает, всю обувь в шкаф складывает. А мне некогда. Золото, а не ребенок.
Спрашиваем во время купания, как поет крокодил Гена? Она купается с чебурашкой и крокодилом Геной, у него гармошка в руках. А она: «Папа, ты сё, совсем?! Он не поёт! У него рот закрыт, видись?!». И ведь правда же закрыт…
А еще, как все дети, она очень любит красную икру. Без меры любит. Ест с бутера только икру, но требует, чтоб ей намазали хлеб, как положено, с маслом. И вот слижет она только икру и масло. И с таким счастливым лицом бежит ко мне и вручает зализанный кусок хлеба, масло прям в дырочках хлебных застряло от того, как она вдавливала языком масло, со словами: «Мама! Это тебе подаёк! Я с тобой деюсь! Надо деииииться!». А глаза такие счастливые-счастливые от того, что мне такой подарок задарила. И вот так хорошо, что она есть у меня… и нафиг мне эта красная икра?! 