Жили-были когда-то царь и царица. Ежели бы не жили, то и сказки бы этой не было. А было это в те годы, когда росли на тополе груши, а на раките - фиалки; когда медведи хвостами дрались; когда волки с ягнятами братались, обнимались-целовались; когда на подкову блохе уходило девяносто девять ок железа (око -мера веса, приблизительно 1,2 кг.) и прыгала блоха в небесную высоту да приносила нам оттуда сказки... Тот врать мастак, кто не поверил мне.
Жили-были великий царь и царица, молодые и красивые, но детей у них не было. Много раз обращались они к знахарям и лекарям, да все напрасно. Сколько они ходили по всяким звездочетам, просили их узнать по звездам, будут ли у них дети, а детей все нет как нет.
Наконец прослышал царь, что живет неподалеку в одной деревне старик знахарь, и послал за ним. Но старик ответил гонцам, что, если он кому нужен, пусть тот сам к нему придет. Собрались тогда в дорогу царь с царицей и вместе с боярами, солдатами и слугами отправились к старику в деревню. Старик, как только их увидел, тотчас вышел навстречу и сказал:
- Добро пожаловать! Только зря ты, твое величество, ко мне пожаловал. Исполнение желания твоего принесет тебе одно лишь горе.
- Не твоя это печаль,- сказал царь.- А коли есть у тебя такое зелье, чтоб у нас дети родились, дай мне его.
- Есть у меня такое зелье, но родится у вас только один сын - Фэт-Фрумос, и красив он будет, и всем хорош, и жалостлив - да не про вас.
Взяли царь с царицей зелье и радостные вернулись во дворец.
Вскоре царица понесла. Все царство, весь двор царский и все сановники, узнав об этом, возликовали.
Не пришло еще время царевичу родиться, а он уж стал в утробе матери плакать, и ни один лекарь не мог его успокоить. Отец обещает сыну все блага земные, а тот все плачет, заливается.
- Успокойся, мой дорогой,- говорит царь,- подарю я тебе любое царство; замолчи, сынок, дам я тебе в жены любую царевну.
Обещает он ему и то и се и всякую всячину. Наконец, когда увидел, что ничем его не утешить, говорит царь:
- Замолчи, дитя мое, дам я тебе молодость без старости и жизнь без смерти.
Тут мальчик перестал плакать и родился. Ударили слуги в литавры и затрубили в трубы, и ликовало все царство целую неделю.
Чем больше рос мальчик, тем умнее и отважнее он становился. Ходил он в школу и к философам; над чем другие дети год бились, он с тем за один месяц справлялся. Царь не мог на сына нарадоваться. Да и все в царстве радовались тому, что будет у них государь такой же умный и ученый, как царь Соломон. Вдруг неизвестно почему стал мальчик грустить, сделался он задумчив и печален. И вот в тот самый день, когда исполнилось ему пятнадцать лет, а царь пировал за столом со своими боярами и сановниками, поднимается Фэт-Фрумос со своего места и говорит:
- Батюшка, настало время дать мне то, что обещал ты при моем рождении.
Опечалился царь, услыхав такие его слова, и говорит:
- Да как же, сынок, могу я сдержать такое неслыханное обещание? Ежели я тебе и обещал, так лишь затем, чтобы тебя успокоить.
- Коли ты, отец, не можешь мне дать молодость без старости и жизнь без смерти, пойду я скитаться по свету, пока не добуду того, ради чего на свет появился.
Бояре и царь пали перед Фэт-Фрумосом на колени и стали упрашивать его не покидать их страну. Говорят ему бояре:
- Отец твой уже стар, скоро мы возведем тебя на трон и дадим тебе в жены самую что ни на есть красивую девушку на свете.
Но ничто не могло заставить Фэт-Фрумоса отказаться от своего решения. Он был тверд, как камень, и стоял на своем. Увидел царь его упорство, согласился и стал собирать ему в дорогу припасы разные и все, что требуется.
Пошел Фэт-Фрумос на конный двор, где стояли самые лучшие в царстве кони, чтобы выбрать себе коня по душе. Но только царевич руку на коня положит и за хвост его схватит, тот с ног валится. Один за другим все кони у него и попадали. Наконец, когда уже собрался Фэт-Фрумос выходить, окинул он еще раз конюшню взглядом и заметил в одном углу запаршивевшего, в болячках, лежащего коня. Подошел он к нему, и как только схватил за хвост, обернулся конь и говорит:
- Чего тебе надо, хозяин? Слава Господу, помог он мне дожить до того дня, когда прикоснулась ко мне рука богатырская.
Вздыбился конь и встал, как свечка. Рассказал тут ему Фэт-Фрумос, что он задумал, а конь ему в ответ:
- Чтобы исполнилось твое желание, попроси у отца саблю, копье, лук, колчан со стрелами и ту одежду, какую носил он, когда был молодым; и еще ухаживай за мной сам шесть недель и корми меня овсом, а овес на молоке вари.
Попросил Фэт-Фрумос у отца, что ему конь велел, и приказал царь управляющему открыть все сундуки, чтобы мог царевич выбрать все, что ему понравится. Три дня и три ночи рылся Фэт-Фрумос в сундуках и наконец нашел на дне одного из них старое ржавое оружие и одежду, ту, какую носил его отец, когда был молодым. Принялся Фэт-Фрумос очищать от ржавчины старое отцовское оружие, и через шесть недель заблестело оно, как зеркало. За конем он тоже ухаживал, как тот ему наказал. Нелегкая была работа, но он со всем управился.
Как сказал Фэт-Фрумос коню, что оружие и одежда начищены и блестят, словно новые, конь тут же встряхнулся, вся парша и болячки с него сошли, и стал он таким, каким родился: крепкий, статный, на спине четыре крыла.
Увидел Фэт-Фрумос, как его конь преобразился, и говорит ему:
- Через три дня в путь отправимся.
- Да по мне хоть сейчас, хозяин,- отвечает ему конь.- Только прикажи.
Через три дня весь двор и все царство поверглись в глубокую печаль. Надел Фэт-Фрумос доспехи богатырские, взял в руку саблю острую, вскочил на того коня, которого сам себе выбрал, и стал прощаться с царем, царицей, со всеми боярами, большими и малыми, с воинами и со всеми дворцовыми слугами. Все они слезно его упрашивали не уезжать, чтобы не приключилось с ним чего худого по дороге, чтобы не сложил он где-нибудь свою голову. Но Фэт-Фрумос только коня пришпорил и вылетел из ворот, как ветер. А за ним следом поехали возы с припасами и деньгами да сотни две воинов, что дал ему отец в провожатые.
Как выехал Фэт-Фрумос из царства своего отца и доехал до пустыни, раздал он все добро воинам и, попрощавшись с ними, отправил их назад. Себе он оставил припасов ровно столько, сколько смог увезти его конь. Направил царевич коня на восток и через три дня и три ночи доехал до большого поля, усеянного человеческими костями.
Остановился он здесь отдохнуть, а конь ему и говорит:
- Знай, хозяин, что заехали мы во владения ведьмы Геоноаи, а она такая свирепая, что еще ни один человек, который попадал сюда, не возвращался назад живым. Была она раньше, как и все женщины, но прокляли ее родители за то, что никогда она их не слушалась и вечно огорчала. Вот и превратилась она в ведьму. Сейчас она дома со своими детьми, но завтра мы встретимся с ней вон в том лесу. Прилетит она, чтобы тебя убить. Правда, страшна она, да ты не бойся, держи только лук наготове да саблю и копье под руками - пригодятся.
Легли они спать, но попеременно на часах стояли. На следующий день на рассвете собрались они ехать через лес. Фэт-Фрумос взнуздал и оседлал коня, подтянул потуже подпруги, и тронулись они в путь.
Вдруг слышат страшный грохот. Конь и говорит:
- Приготовься, хозяин, это ведьма приближается.
Ну и неслась же она, братцы, на пути ее деревья валились, так она мчалась. Но конь взвился над ведьмой, как вихрь. Фэт-Фрумос пустил стрелу и попал ей в ногу, нога и отвалилась. Приготовился он второй раз стрелять, но ведьма закричала:
- Погоди, Фэт-Фрумос, я тебе ничего худого не сделаю. А как увидела, что он ей не верит, расписалась в том своей кровью.
- Если бы не твой конь,- сказала Фэт-Фрумосу ведьма,- пришел бы тебе конец, а так ты сам меня чуть не убил. Знай, что до сей поры ни один смертный не смел вступать в мои владения. Те же безумные, которые осмеливались, доходили лишь до того поля, где ты видел человеческие кости.
Направились они к дому ведьмы. И надо было видеть, как она Фэт-Фрумоса за стол сажала, как радушно принимала. Сидят они за столом, угощаются; вдруг ведьма застонала от боли. Вынул тотчас царевич из своей сумы ее ногу, приставил на место, нога сразу и приросла. Обрадовалась ведьма, потчевала она Фэт-Фрумоса три дня и три ночи, а потом предложила ему в жены любую из своих дочерей. Хоть и были они красоты несказанной, Фэт-Фрумос все же от них отказался и признался старухе по чести, чего он ищет; на это ведьма и говорит ему:- Думаю я, что с твоим конем и твоей отвагой ты своего добьешься.
Через три дня снарядился Фэт-Фрумос дальше в путь-дорогу. Ехали они долго ли, коротко ли, проехали владения Геоноаи и выехали в широкое поле. Только с одной стороны того поля стоит трава высокая, а с другой все выжжено. Спросил царевич у коня, почему трава выжжена, а конь ему отвечает:
- Здесь владения другой ведьмы - Скорпии, старшей сестры Геоноаи. Обе они такие свирепые, что никак не могут ужиться друг с другом. Родительское проклятие обеих их обратило в чудовищ. Страшная вражда между ними: хочет одна у другой землю отнять. Когда Скорпия злится, изрыгает она смолу и пламя.
Видно, опять повздорила она с сестрой, ходила ее выгонять из своих владений, ну и выжгла траву на своем пути; Скорпия - ведьма трехглавая, она еще злее, чем сестра. Отдохни немножко, а завтра с утра готовься к бою.
На следующий день подготовились они, как перед схваткой с Геоноаей, и в путь тронулись. Вдруг слышат такой рев и шум, какого никогда до той поры и не слыхивали.
- Будь наготове, хозяин,- говорит Фэт-Фрумосу конь,- это приближается к нам Скорпия.
Мчится ведьма в ярости, изо рта пламя пышет. Примчалась она, словно вихрь, но конь взвился над ней и опустился рядом. Фэт-Фрумос пустил стрелу и снес ей одну голову. Как снес он ей голову, заплакала ведьма, пощады запросила, обещала ничего худого ему не делать, а чтобы поверил он ей, расписалась в том своей кровью.
Скорпия богатыря принимала еще лучше, чем Геоноая. Он ей отдал голову, которую стрелой снес, и, как только ее на место приставили, приросла она, как прежде.
Через три дня Фэт-Фрумос отправился дальше.
Проехал он владения Скорпии и - долго ли, коротко ли - доехал до цветущего луга, где царит вечная весна. Цветы там красоты невиданной, а запах от них такой сладкий, такой приятный, что и рассказать нельзя. Нежный ветерок над тем лугом веет. Остановились они отдохнуть. Конь и говорит:
- Много мы с тобой, хозяин, трудностей преодолели, но самые большие впереди; ждут нас теперь большие опасности, и если с Божьей помощью мы с ними справимся,- значит, мы с тобой и вправду богатыри. Неподалеку отсюда есть дворец, в нем-то и скрывается молодость без старости и жизнь без смерти. Окружен тот дворец высоким непроходимым лесом, день и ночь рыщут по тому лесу чудовища, страшнее которых на свете нет; тебе их никак не одолеть, пройти через лес невозможно,- ну да мы как-нибудь постараемся-поднатужимся, авось через лес и перескочим.
Отдохнули они денек-другой, опять к трудному делу приготовились. Конь весь напрягся и говорит:
- Хозяин, подтяни подпругу что есть мочи, сядь в седло покрепче, за гриву мою ухватись и ноги поплотнее к бокам моим прижми, чтобы лететь мне было легче.
Поднялся он и в один миг очутился возле леса.
- Хозяин,- говорит опять конь,- сейчас все чудовища собрались во дворе, где их кормят,- самое время нам через лес перелететь.
- Летим,- отвечает Фэт-Фрумос,- и да поможет нам Бог.
Поднялись они выше леса стоячего, выше облака ходячего и увидели дворец. Сиял тот дворец ярче солнца красного. Пролетели они над лесом, и только собрался конь опуститься у дворцовой лестницы, как задел копытом за верхушку дерева. Тут сразу весь лес зашумел, закачался, а чудовища зарычали, да так, что у Фэт-Фрумоса волосы встали дыбом.
В один миг Фэт-Фрумос с конем внизу очутились, и кабы не хозяйка дворца, тут бы им и конец пришел. А хозяйка дворца была волшебница, она как раз в это время кормила своих ребят - так она этих чудовищ называла.
Очень хозяйка обрадовалась, потому что до сих пор никогда человека не видала. Успокоила она чудовищ и на место их отослала. Ох, и красавица же была хозяйка - высокая, стройная, пригожая. Как увидел ее Фэт-Фрумос, так и замер на месте. А она ласково на него посмотрела и говорит:
- Добро пожаловать, добрый молодец! Чего тебе надобно?
- Ищу я,- отвечает ей Фэт-Фрумос,- молодость без старости и жизнь без смерти.
- Коли этого ты ищешь, - говорит ему хозяйка,- то нашел, чего искал.
Поднялись они по лестнице и вошли во дворец. Здесь встретили их еще две молодые женщины, и нельзя было сказать, которая из них моложе. Это были старшие сестры-красавицы. Поблагодарил волшебницу Фэт-Фрумос за то, что спасла она ему жизнь. Все три красавицы на радостях приготовили ему отменный ужин и подали на золотой посуде. Коню они разрешили пастись, где ему вздумается, а потом показали гостей всем чудовищам и крепко-накрепко наказали им царевича и коня не трогать, чтобы могли они спокойно ходить по всему лесу.
Попросили красавицы Фэт-Фрумоса у них остаться: скучно им было жить одним. Он не заставил себя упрашивать, поблагодарил, согласился и сказал, что ни о чем лучшем и мечтать не мог.
Мало-помалу попривыкли они друг к другу, рассказал им Фэт-Фрумос обо всем, что испытал, пока до них добрался. А через некоторое время женился он на младшей сестре. После свадьбы разрешили ему сестры гулять всюду, где ему захочется. Но одну долину показали они ему лишь издали и сказали, что называется она Долиной Слез, и запретили туда ходить,- от нее, мол, будет ему большое горе.
Прожил он там немало времени, но даже не заметил этого, потому что оставался таким же молодым, каким пришел. Гулял он по лесу, не знал никаких забот, жил-поживал себе счастливо в золотых хоромах, в мире и согласии с женой и свояченицами, радовался ярким цветам и свежему, чистому воздуху.
Часто ходил Фэт-Фрумос на охоту, и вот однажды увидел он зайца, пустил в него стрелу - мимо, пустил другую - не попал; рассердился Фэт-Фрумос, погнался за зайцем, пустил третью стрелу и убил его. Но не заметил, несчастный, что, гоняясь за зайцем, попал в Долину Слез. Взял он зайца, вернулся домой, но... что бы вы думали! Вдруг напала на него тоска по отцу с матерью. Не осмелился он признаться в этом хозяйкам дворца, но они, видя его грусть и печаль, сами обо всем догадались. Очень они тогда встревожились.
- Ах ты, несчастный,- говорят они ему,- ты зашел в Долину Слез!
- Да, дорогие мои, зашел, хоть и не нарочно. А теперь вот гложет меня тоска по родителям, но и вас я не в силах покинуть. Столько времени я с вами живу, а не могу ни на что пожаловаться. Пойду взгляну еще разок на родителей, а потом назад к вам вернусь и больше уж вас никогда не покину.
- Не уходи от нас, любимый! - говорят ему они.- Уж сотни лет, как твоих родителей и в живых-то нет. Боимся мы, что если ты отсюда уйдешь, то никогда уж больше мы тебя не увидим.
Не уходи от нас, потому что чуем мы беду неминуемую.
Но сколько ни уговаривали Фэт-Фрумоса и жена, и сестры, и конь, не смогли они унять его тоску по родителям. Вконец иссушила она Фэт-Фрумоса. Наконец конь и говорит:
- Раз не хочешь ты меня послушать, хозяин, то теперь, что бы с тобой ни случилось, пеняй на себя. Я тебя предупредил, а теперь, если согласишься на мое условие, отвезу я тебя обратно.
- Соглашусь,- отвечает Фэт-Фрумос с радостью.- Говори, какое твое условие.
- Как приедем мы во дворец твоего батюшки, то, если захочешь ты хоть часок там побыть, я тебя дожидаться не стану, а сразу же вернусь назад.
- Ладно,- говорит Фэт-Фрумос.
Приготовился он к отъезду. Обнялся Фэт-Фрумос с женой и сестрами, попрощался с ними и пустился в путь. Остались они одни, опечалились, плачут, убиваются.
Доехал Фэт-Фрумос до того места, где прежде были владения ведьмы Скорпии, а там - города возвышаются. Где прежде леса стояли, там теперь поля расстилаются. Поспрашивали они одного-другого о ведьме и о ее доме, а те им в ответ, что только деды слыхали от прадедов такие небылицы.
- Как же так? - говорит им Фэт-Фрумос.- Я ведь здесь на днях проезжал.
Рассказал он им все, как было. Только посмеялись люди над Фэт-Фрумосом, словно он бредил или грезил наяву, а он, удрученный, поехал дальше, не заметив даже, что волосы и борода у него за это время поседели.
Доехал Фэт-Фрумос до владений Геоноаи, расспросил о ней и получил такие же ответы.
Никак не мог он понять, как же могло все так сильно перемениться за несколько дней. Еще сильней Фэт-Фрумос опечалился и поехал дальше. Седая борода отросла у него уже до пояса, а ноги под ним подгибались. Достиг наконец Фэт-Фрумос царства своего отца. Здесь тоже - другие люди, другие города, а старые так изменились, что и не узнать.
Наконец доехал он до дворца, где родился. Слез с коня, конь руку ему поцеловал и говорит:
- Прощай, хозяин, я возвращаюсь назад. Коли хочешь ехать со мной, садись в седло и немедля в путь.
- Прощай,- отвечает ему Фэт-Фрумос,- надеюсь, что и я скоро вернусь.
Конь умчался, как вихрь.
Увидел Фэт-Фрумос, что отцовский дворец разрушился и зарос бурьяном. Вздохнул он, глаза его слезами затуманились. Стал он вспоминать, каким был когда-то этот дворец и как прошло здесь его детство. Обошел он дворец два-три раза, осмотрел каждую комнату, каждый уголок, напоминавший ему о прошлом, потом вышел и на конный двор, где коня себе выбрал. Спустился он в погреб, вход в который был завален всяким мусором. Стал Фэт-Фрумос шарить по всем углам,- а борода у него уж до колен доросла, веки приходится приподымать руками, а ноги еле двигаются. Нашел он только сундук ветхий, там в особой коробке хранились прежде драгоценности, - ничего в ней теперь не было. Поднял Фэт-Фрумос крышку коробки, вдруг чей-то слабый голос сказал ему:
- Добро пожаловать, Фэт-Фрумос, если бы ты запоздал еще немножко, пришел бы мне конец.
А это, оказывается, была его Смерть. Совсем она иссохла, так долго пришлось сидеть ей, скрючившись в коробке. Дала она Фэт-Фрумосу пощечину, упал он на землю мертвым и тут же обратился в прах.
А я на коня сел верхом
И рассказал вам обо всем.