Всё, что я чувствую по отношению к ней, это усталость и злость. Нормально это? Нет. Хочу ли я, чтобы так продолжалось и дальше? Нет. Нужно было что-то делать. И я начала читать книжки по детской психологии. Сначала было сумбурно: как это можно «активно слушать» когда хочется придушить? Что значит «мягко ставьте границы», когда ребёнок орёт и не слушает? Но постепенно все в голове стало проясняться. За полтора года я прочла около четырех десятков книг по детско-родительской психологии, потратила много часов на психотерапию и размышления и поняла вот что: с ребёнком делать вообще ничего не надо. Что-либо делать нужно только с собой. Как только ты сам начинаешь разбираться с собственными детскими обидами, недовольством и виноватостью, тут же и ребёнок твой из капризного чужака превращается в весёлого и счастливого близкого человека. А ты вдруг по-настоящему начинаешь ощущать не раздражение, а сочувствие, когда ребёнок плачет из-за пятой конфеты, которую ему не купили. Дошла я до этого постепенно, просто читая и анализируя прочитанное, свои эмоции, своё поведение и свои воспоминания. И теперь очень хочу этим опытом поделиться.
В самом начале, ещё толком не понимая, как именно нужно действовать, я решила начать с самого очевидного: разобраться с постоянным раздражением. Ты повторил уже пятнадцать раз, а ребёнок тебя словно не слышит. Он орёт, потому что ему дали тарелку не того цвета. Старший нарочно выхватывает игрушку у брата или сестры, малыш рыдает. Ребёнок поёт одну и ту же песню заунывным голосом уже полчаса. Кричит «я сам» и немедленно разбивает тарелку с кашей об пол. Всё это - нормальные истории из детской жизни, и именно они могут вызывать дичайшее раздражение, злость и досаду. У меня этой досады было хоть отбавляй, в иные дни я орала постоянно. С самого утра, будя Киру в школу, я начинала ворчать, нудеть и критиковать. И с этим нужно было что-то делать. Мой метод был таков: ощущая прилив раздражения, я, прежде чем начать орать, пыталась понять, почему я его в данный момент почувствовала. Выяснились пять основных причин, причём ни одна из них отношения к личности ребёнка напрямую не имела.
1. Я плохо объясняю и ребёнок не может меня понять
Пример. Меня страшно раздражало, что Кира после чистки зубов так сильно сплёвывает пасту, что постоянно забрызгивает зеркало в ванной. Мелочь? Ну да, но меня это доводило просто до тряски. Я каждый день утром и вечером орала: «Сколько можно! Опять свинство! Я же сто раз уже сказала, что нужно быть аккуратнее!»
Решение. Если из раза в раз ты повторяешь человеку одно и то же, но изменений не возникает, вероятно, проблема в том, как именно ты это объясняешь. В одно утро я начала чистить зубы одновременно с Кирой, но прежде чем прополоскать рот, сказала: хочешь, я покажу, как плюёт настоящий профессионал? Прицелившись, я аккуратно плюнула в самый центр раковины и сказала: «Давай, ты тоже можешь стать профи!» Она радостно повторила, и всё вышло отлично и аккуратно. Теперь после чистки зубов мне нужно лишь сказать: «А теперь - профессионал!». Мы обе смеёмся, зеркало чистое, настроение хорошее.
2. Я устала / плохо себя чувствую
Пример. Днём я забираю из сада младшую, потом иду за старшей и к подъезду подхожу после полуторачасового непрерывного пешего хода, нагруженная коляской, рюкзаком и пакетами из супермаркета. Кира без умолку болтает, лезет под ноги и виснет на коляске. Обычно я зверела и перед самым заходом в подъезд срывалась на неё. Она рыдала, обед проходил напряжённо.
Решение. На подходе к подъезду я говорю: «Малыш, давай ты сейчас помолчишь и быстро поднимешься к квартире, а я втащу коляску, и дома мы продолжим играть в слова. Я немного устала и могу злиться: не на тебя, а на ситуацию». Она спокойно принимает этот маленький тайм-аут, я получаю свои две минуты тишины в момент усталости. Теперь, даже если моё раздражение все же вырывается наружу, Кира сразу спрашивает: «Мама, ты злишься на меня или на ситуацию?» Я отвечаю: «На ситуацию, малыш, извини, с тобой всё в порядке».
3. Я злюсь на саму себя
Пример. Выходной день, дети спокойно играют, я переписываюсь в фейсбуке с заказчиком. Он внезапно, сию минуту, когда у меня нет никакой возможности сесть за компьютер, требует внести правки в текст. Я начинаю злиться на себя: за то, что написала неидеальный текст, за то, что не сумела выстроить с заказчиком отношения так, чтоб он не дёргал меня среди выходного дня. Я погружаюсь в саможаление и саморугание. И тут Кира говорит: «Мам, хочу яблоко». И получает в ответ: «Ты же только что ела! Сколько можно! Почему тебе всё время нужно меня дёргать?»
Решение. Почувствовав, что настроение падает, а рядом дети, я убеждаю себя: моя обида не имеет никакого отношения к детям. Вот прямо проговариваю в голове: «Ты расстроена из-за переписки с заказчиком, тебе обидно, что твой текст не приняли с первого раза, ты злишься, что у тебя нет достаточной уверенности в себе, чтобы сообщить ему, что в данный момент сесть за работу тебе неудобно, ты чувствуешь себя виноватой перед ним и злой на него. Это очень обидно, но дети тут ни при чем». Если мне сложно быстро прийти в себя, я говорю вслух: «Малыш, у меня тут небольшие проблемы по работе, пожалуйста, дай мне 10 минут, и после этого я опять смогу с тобой быть». Говорю это ещё даже до того, как дети что-то захотели, чтобы дать им понять, что у мамы напряжённый момент. Беру тайм-аут, выпиваю чашку кофе и снова могу быть в строю.
4. Я злюсь на собственные детские воспоминания
Пример. С тех пор как Кира в пять лет решила отрастить длинные волосы, каждое утро мы скандалили. Я пыталась расчесать эту паклю, она ужасно орала. В конце концов, я выходила из себя, кричала: «Тогда причёсывайся сама!» Она начинала плакать. В какой-то момент я решила написать об этом в мамской группе фейсбука. Я хотела моральной поддержки, мне стало бы легче, если бы все написали, мол, да, меня тоже бесит причёсывание! Но нет, почти никто так не написал. И тогда я подумала: видимо, у меня лично есть какая-то проблема с этим. И вспомнила. В детстве у меня была толстая коса до попы. Каждый раз мама так сильно дёргала меня за волосы во время причёсывания, что я начинала плакать, она кричала на меня, и это продолжалось каждое утро. Причёсывание в моём детстве было пыткой. И именно это ощущение я перенесла на свою дочь, воспроизведя эпизод из прошлого.
Решение. Тут всё выровнялось само собой. Как только я осознала, в чём корень проблемы, моё отношение к ней изменилось. Я вспомнила себя маленькую, свои ощущения, эмоции, боль и слезы, и вместо раздражения начала ощущать искреннее сочувствие. И к себе маленькой, и к своей дочери. В целом Кира не стала терпеливее, она всё так же ноет - как бы бережно я ни старалась распутывать колтуны. Но её возражения перестали меня раздражать. Теперь я не ору, а, наоборот, пытаюсь шутить, и за разговорами причёсывание проходит проще и быстрее.
5. Я злюсь на кого-то из близких
Пример. Утро, сборы в школу и в сад, младшая размазала по столу кашу, старшая ещё в пижаме, хотя через 15 минут нам выходить. Муж накануне до четырёх утра смотрел сериалы и теперь никак не может проснуться. Младшая, вся в каше, хочет сидеть только у меня на руках, я беру её и одновременно пытаюсь причесать старшую, младшая хватает старшую за волосы, та орет, наступает Апокалипсис. Я безумно зла на мужа: если бы он мог проснуться и взять на себя одну из девочек, мне было бы легче, но он спит! В итоге я срываюсь на детей.
Решение. Чувствуя, что раздражение возрастает, я, как и в предыдущих ситуациях, быстро определяю на что же именно я злюсь, и направляю свой гнев на объект, его вызвавший. Детский сумбур с утра - это нормально, и повода ругать детей здесь нет! Зато есть повод обсудить с мужем проблему утренних сборов и поделить обязанности. Если такая ситуация повторяется из раза в раз, он спокойно спит, пока жена в панике с орущими детьми мечется по квартире, возможно, проблема во взаимоотношениях с мужем, а дети тут опять же ни при чём.
Польза подобного анализа ситуации ещё и в том, что не только взрослый учится лучше понимать себя и свои эмоции, находить проблемные места. Дети, глядя на реакцию родителей, тоже начинают прислушиваться к себе. Вечером на днях девочки играли в детской, вдруг крик, шум, рёв: младшая схватила игрушки старшей, старшая их отобрала и зло накричала. Я уже хотела идти на помощь, но вдруг слышу, Кира говорит сестре: «Лида, извини меня, пожалуйста, за то, что я на тебя накричала. Я тебя люблю, но я очень зла, что ты сломала мой домик для пони. Мне неприятно и обидно».
Я в соседней комнате - натурально - расплакалась от гордости и умиления.
