очень мне понравилась статья, решила сохранить в дневнике...
Каким должен быть настоящий мужчина? Как вырастить мальчика таким? Советами делится психолог и педагог Татьяна Воробьева.
Сегодня у меня на консультации был восьмилетний ребенок. Очень стеснительный, робкий мальчик сел в кресло, буквально вжался в него, а мама села рядом на низенький стульчик. Маме было неудобно, некомфортно, но видел ли это восьмилетний ребенок? Нет. Он видел и слышал только свое состояние. Неудобство мамы для него было незначимо, оно мальчика не волновало.
Влюбляйте в себя детей!
Этот момент — восклицательный знак.
Так с чего же начинать воспитание?
Я всегда говорю одни и те же слова – тяните одеяло семейного воспитания на себя, влюбляйте в себя детей! Поставьте себе задачу быть незаменимыми ни при каких обстоятельствах, будь то дружба, познания, забота, еда, одежда. Станьте для ребенка всем! Это не лживая, не гордынная, не лицемерная задача. При правильном воспитании ребенок видит, слышит, беспокоится, тревожится о родителях и не может, не хочет делать что-то, что причинит боль, страдания, переживания его маме и отцу.
Мы думаем: ведь мы же все даем, дети все видят, они ценят нашу заботу. Нет. Надо заявлять, проговаривать, чтобы душа ребенка услышала, и он научился хранить, беречь то, что у него есть. Вот тогда сформируется важнейший мотив в человеческой душе — волевая направленность на заботу, на переживание, на хранение, на оберегание, на благодарность.
Поговорим об этом.
Каким должен быть мальчишка?
Итак, каким должен быть мальчишка, какими качествами он должен обладать?
- Ответственностью
- Заботой
- Добротой
Совершенно верно – добротой. Доброта – это и есть: внимание, чуткость, жертвенность…
Доброта без этих качеств – это что-то совершенно непонятное, это лицемерие, угодничество, лицеприятие. Какие же еще качества?
-Мужественность
-Героизм
Да, именно! Дух героизма должен быть. Именно дух героизма позволяет нам иметь ближайшую зону развития, планочку — делать во имя отечества, во имя семьи. Это «во имя» — удивительное качество! Сделать то, что не могу и не хочу — «во имя». Не надо ждать поля боя – ты каждый день на поле боя. Каждый день – сесть за уроки или не сесть? Слукавить или нет? Каждый день мы стоим перед дилеммой, перед выбором, перед возможностью совершить подвиг-поступок.
Все качества, какими должен обладать мальчик, мы назвали правильно. Но ведущее качество – главенство. Чувство главенства с позиции ответственности.
И долг, и ответственность, и геройство, и доброта – все заложено в главенстве!
Мать отвечает за все?
Мальчики должны знать, что они пришли в эту жизнь главенствовать – отвечать за семью, за родителей, служить Отечеству.
Вот и встает задача – как же сформировать эти чувства?
Как же сделать так, чтобы в любой ситуации, в состоянии влюбленности, например, мальчик был ответственен? Первый постулат, первый закон, который мы должны дать нашим мальчикам: ты несешь самую большую ответственность за все, что будет в ваших отношениях с любимой девушкой, за все, что будет результатом ваших отношений.
Мы знаем, что в нашем обществе давно все перевернуто – мать отвечает за все: она вынашивает ребенка, кормит, волочит весь груз ответственности. И это значит, что кто-то не заложил в мужа то, что именно он отвечает за рожденного ребенка. Не заложил, не достучался, недодал. Результат – мать-одиночка.
Или вообще ребенка убивают. Я не говорю о нравственности или безнравственности, я говорю о поступке, который просто по сути своей недопустим. Удивительное качество ответственности, долга и подвига формирует не социальный статус, не уровень образования. Юноша должен не испугаться и сказать: «Это мой ребенок, я понесу за него ответ. Я никуда его не отдам. Я не умею ничего, я не знаю ничего, но я своего ребенка убивать не буду».
«Я услышал твои слова»
Мальчишки отличаются двумя удивительными особенностями – они все «ипохондрики», они боятся болезней и болячек, и вторая особенность – мальчикам свойственно чувство целомудрия. При всем том, что чувственность в них бушует гораздо раньше, гораздо больше их захлестывает, чем девочек, гораздо труднее им ее контролировать. Но, в то же время, каждый из мальчиков стремится иметь семью целомудренную, жену целомудренную. И это качество не эгоистическое, которое можно с мирской позиции объяснить, это качество духовное.
Зная эти особенности мальчиков, надо использовать это как метод и прием. Между прочим, «через плечо» скажите ребенку, что только у целомудренной пары рождаются удивительно талантливые и здоровые дети. Сказанное между прочим подчас ложится глубже в душе мальчишки, чем прямая сентенция о праведности. Пройдут годы, и дети вам скажут: «Я услышал твои слова».
Мальчишки готовы ждать сроки, установленные невестами, как бы ни хотелось им близости. Если родители в свое время сказали это им, то они готовы ждать, потому что страх переступить грань, за которой могут пойти страдания детей, — удивительная контрольно-сдерживающая рамка, которая позволяет перетерпеть, перенести всякое желание близости ради будущей семьи, ради будущих детей.
А несказанное, недоданное является причиной многих ошибок, поисков и, подчас, трагедий в жизни наших детей. Не в сентенции и нотации, а между прочим сказанное слово о чистоте и целомудрии ложится таким пластом, такой охранной грамотой, которая потом поможет создать семью один раз и навсегда.
Слушать, истинно слушать!
В поступках наших детей мы часто сталкиваемся с эгоизмом, эгоцентризмом, — это тоже результаты нашего перекоса в воспитании, когда нам то некогда, то незачем общаться с детьми. В результате и дети не видят, не слышат родителей.
Всякий раз, когда ребенок к вам обращается, отложите все дела, повернитесь к нему лицом, действительно постарайтесь услышать его вопрос. Не делайте это ни на ходу, ни на бегу. Ваша искренность, ваша готовность поговорить, ваша ответность — это та самая необходимая защищенность, когда есть знание, что родители ребенка слышат, видят и понимают!
Не торопитесь с ответом, подчас, самое важное для ребенка — быть услышанным. Задал он вопрос – отвечайте. Не задал – просто утешьте словом или вниманием, прижмите к себе, приласкайте или просто вместе помолчите.
Задача родителей – слушать, истинно слушать! Не между прочим, с телефонной трубкой в руке, на ходу отвечая, в суете. Результат небрежности — это отчужденность детей и их откровенность где-нибудь и с кем-нибудь другим. Многие семейные трагедии происходят от недоданности, неуслышанности, невнимательности родителей к детям.
Постарайтесь в момент, когда к вам обращается ваш ребенок, стать слепоглухонемой для всего мира. «Мои глаза и мое сердце открыты для тебя. Я слышу тебя, сын, я переживаю, я вместе с тобой каждой клеткой! У меня ком в груди, я готова заплакать!» Главное – сопереживание того, о чем дети говорят. Соучастие, сострадание. Да, возможно, мальчик сам виноват и неправ, но в ситуации острой – не лечите, не воспитывайте, вас не слышат. Тут нужно не это. Мальчику надо одно – мама его слышит, мама его видит, мама хочет понять, мама сострадает ему!
Великое чудо иметь родителей, сострадающих своему ребенку! Это великая защита детей, которая тысячу раз потом вернется: «Мои родители всегда умели меня выслушать».
Мы — единственный источник всех страданий
Мальчишки, к сожалению, отличаются эмоциональной закрытостью, им труднее выразить чувства и переживания. Они стараются вогнать проблему вовнутрь.
И еще очень важно — не возвращаемся к проблеме. Спрашиваем только о чувстве, о том, что испытывает ребенок. Держим руку на пульсе его чувства, его страданий. «Я с тобой сынок, я за тебя переживаю!»
Пока ребенок не может понять причину переживаний и оценить свое поведение, то наша помощь заключается в том, чтобы подвести ребенка к пониманию, что во всех наших страданиях заложен только один фактор – мы сами. Мы сами! Мы — единственный источник всех страданий, которые с нами происходят! Но как мы можем сказать это страдающему человеку в острый момент, что он виноват сам? Ведь сейчас ребенок это не поймет и не услышит. Поэтому не торопитесь, дайте чуть-чуть зажить ране. А вот потом надо рассказывать и объяснять, как и почему происходят с нами неприятности. Надо учить детей быть внимательными, быть чуткими, быть осторожными и аккуратными в словах и поступках, следить за своими мыслями.
Когда нет сил
Хочу сказать еще об одном источнике, который оказывает огромное влияние на чувства наших сыновей, – наш внутренний родительский мир. Мы переживаем, негодуем, или, наоборот, радуемся. Наши эмоции не исчезают в никуда. Все возвращается к ребенку. Следите за вашим внутренним миром! «Я так устала, я так хочу спать, я так сердита…» Это сетование должно закрываться словами покаяния. Закрывайте его сразу, чтобы оно не повисло на душе ребенка!
Святые отцы часто в назидании о воспитании детей говорят: «Нельзя говорить – у меня нет сил, это плевок Творцу! Выше сил он ничего вам не дает. Все дает вам по силам»
И когда мы сетуем на милость Божию, на дарованного нам ребенка, мы сетуем на Того, Кто дал эту душу. Когда мы начинаем сетовать, мы отбираем силы у своего ребенка – запомните это!
У протоиерея Сергея Четверикова в беседе были такие слова: «Мы тяготимся мысленно, и пусть никогда ребенок не чувствует этого тяготения им, вроде мы заботимся и делаем все, но в последствии он будет тяготиться нами, нашим присутствием, нашим нахождением, мы будем его раздражать» .
Поэтому хочу сказать вот эти слова – будем аккуратны, будем осторожны и внимательны в наших сетованиях. Мы сами не знаем наших огромных духовных ресурсов. А дух женский огромен! Поэтому не надо сетовать на ребенка. Ни про себя, ни тем паче вслух. Я понимаю, как трудно сдержать себя. Но понимаю и знаю, как это отражается на детях.
Забудьте такие слова
Хочу сказать еще: пожалуйста, забудьте такие слова – «депрессия, комплексы»… Слово «гиперактивность» сейчас все используют, забывая, что это тяжелейшее психиатрическое состояние, которое в Америке, а теперь и в России стали лечить психотропными препаратами. А ведь с той же гиперактивновстью надо разбираться.
Может, это такой тип ребенка, который активно бодрствует, у которого высокая познавательная потребность. Он не может сидеть на месте, на вашем месте, на том месте, на которое вы хотите его определить. У этих детей более трудное подчинение, но это же не предмет для психотропных препаратов. Поэтому уберите неведомые вам диагнозы, не лепите их своим деткам. Этого делать нельзя.
Возвращаемся к сегодняшней консультации. Мама мальчика сказала, что у нее депрессия, потом уточнила — стресс. Т.е. от психиатрического диагноза спустилась к психопатии. Нет, у мамы состояние оставленности.
Я всегда говорю, что от детей идет очень мощная информация, всегда можно понять, что происходит в семье. Я понимаю, что причина состояния мамы в ее одиночестве. Некогда маме заняться сыном, она вся сосредоточена на себе. Плохо это или хорошо, я не берусь судить. Мама ушла в себя, в свои переживания, а ребенок ушел дважды в свои переживания. Проблемы рано или поздно кончатся, будет еще она женой, возраст молодой, все в ее жизни будет! Но будет только в том случае, если на сына она будет смотреть с радостью.
Нельзя смотреть с унынием, иначе отбивается любовь к себе, яркость вашего истинного проявления. Какая бы коллизия в жизни ни была, необходимо помнить – не должен страдать тот, кто с нами вместе находится. Это закон, закон духовный, и его еще никто отменить не смог. Выполняем мы его плохо, но вот изменить, отказаться от него никому из нас не удастся. Выполним плохо – плохой результат и получим. Выполним с терпением – и получим хороший результат, особенно на мальчишках.
Поговорить о девочке
Повторим, так какими же качествами должен обладать мальчик? Главенством! Это и есть: ответственность, доброта, мужественность. И эти чувства помогут ему во всех коллизиях, во всех ситуациях — оставаться сыном по отношению к родителям, отцом по отношению к детям, мужем по отношению к жене, гражданином по отношению к Отечеству.
А нам не думать, с хорошей девочкой он встречается или плохой, а надо думать о том, что сейчас я, как мать, сдаю экзамен. Захотел сын поговорить о девочке или о чувстве к ней, — хорошо, пошел звонить другу или к психологу побежал – двойка мне. Ко мне должен прийти, со мной должен говорить. Это не эгоизм материнский. Это значит, что я заняла то место доверия в его душе, которое только мне принадлежит как матери.
ВОПРОСЫ:
- Как воспитать в детях заботу о себе? Я чувствую, что старшие дети совсем сбросили меня с моего пьедестала, не ценят совсем.
- Время не уныния, а время понимания. У православных всегда есть и покаяние, и молитва о том, чтобы Господь спас моих детей. Время для уныния еще не пришло. Пока мы живы – будем стучаться: «Господи, вразуми и наставь, что сказать и когда сказать!» Нельзя бездуховно о духовном. Я призываю к ответственности за свои слова. Лучше промолчать, лучше оставить ситуацию нерешенной сейчас, лучше сказать себе – не время, но никогда не упрекать ребенка.
«Я есть у тебя!»
А малышу говорите, как бы между прочим: «Знаешь, сынулькин, если с тобой что-то произойдет, я все за тебя отдам!» Простыми материнскими, сердечными словами, без пафоса и назидания. Когда наши дети к нам прижимаются, глаза в глаза скажите тихонько: «Больше всех люблю тебя на свете». И сколько бы нашим мальчикам ни было лет, как для них важно знать, что они любимы! Как всем в любом возрасте важно знать из уст своих родителей, что они любимы!
Если родители не будут подтверждать словами свою любовь, дети почувствуем пустоту и оставленность. Поэтому сегодня и сейчас говорите слова – на ухо ли они будут сказаны, будут ли они сказаны спящему ребенку, будут ли они сказаны, когда он ревет… И только мать скажет: «Люблю тебя без меры и страдаю с тобой так же, как ты».
Если вы правильно задали в свое время тональность (хотя я не люблю такие мирские слова, они слишком плоские для понятий материнства и духовности), то вы увидите, как ребенок переживает, что вы страдаете за него. Он скажет: «Мама, ну что ты, не плачь, у меня все хорошо!» Значит, вы правильно воспитали, значит, вы сделали все правильно, теперь для него важнее, чтобы мама не страдала, чтобы мама не мучилась, чтобы мама не переживала.
И мама отвечает: «Все в порядке, сынулькин, мы рядом! Сейчас помолимся, сейчас тяжелую артиллерию выставим, свечу зажжем!» Как важно это и как нужно детям!
Говорите о своей любви, сострадайте, прижимайте к себе ребенка, говорите не о том, что вы для него сделали, а только одно – «я есть у тебя!» Подчас незаметно, привычно, но это то, что позволит человеку в самой трудной ситуации держаться.
На одну консультацию пришла мама, плачет: «Мои дети дерутся, бьются, меня не замечают». Когда вы разводите детей по разным углам, не начинайте с того, кто прав и виноват. Начтите с этого: «Кто из вас увидит, дети, что я переживаю, что я испытываю, тот, действительно, мой сын!» Нужно проговаривать все наши переживания за детей, но не с позиции сотрясения. Все, что сказано в злобе, гневе, отчаянии, раздражении, это все совершенно другим оттенком обрастает. Это обрастает оттенком бесконечных разборок. Научить видеть своих детей, как я страдаю от этого – должно и нужно. Это то, что мы подчас недоделываем.
Когда задаю вопрос – а для чего дети-то пришли? Все отвечают: для счастья, для радости, для продолжения рода… Ребенок пришел служить! Служить – это обязанность и долг, это и есть высшее предназначение человека, т.к. служить – это любить, т.к. любовь проявляется только в служении. Служить своим родителям в почитании и заботе о них, в упокоении их старости; служить своей будущей семье; воспитание в своих детях духовно-нравственных устоев, обеспечивая и направляя их образование для служения Отечеству; служить Отечеству по талантам, им данным от Бога и родителей.
Опыт чистоты и целомудрия
- У меня есть очень верующие подруги, которые для меня очень авторитетны, которые считают, что детям необходим сексуальный опыт до брака…
- Когда я слышу — очень верующие подруги и потом такое…
Для православного человека есть один авторитетный источник – это Евангелие. Откройте Послание Апостола Павла к Титу (гл.1 стих 6,7,8) и к Тимофею (гл.3, стих 2-4).
Иначе мы скатимся к сексологии. А почему бы не начать сексуальный опыт с детского сада? Да и в чем заключается сексуальный опыт? Надо знать одно – в Таинстве Венчания удивительным образом дается гармония. А если встает вопрос подбора партнера, то подбор под какие такие мерки, под какие антропометрические показания?
Опыт должен быть только один – опыт чистоты и целомудрия. Это единственный опыт, на котором зиждется благополучие семьи и здоровье детей.
- Надо это говорить сыновьям?
- Обязательно! Не бойтесь говорить о целомудрии! Неважно, кто скажет – отец или мать, тот, кто сможет сказать с правильным акцентом чистоты. Сохраняйте детскую чистоту и целомудрие. Умейте сказать о чистоте в двенадцать, в семь, умейте сказать в семнадцать.
В двенадцать – это когда у мальчишек, именно у мальчишек, идет становление личности. Двенадцать лет – удивительный возраст! Он и трудный, и колючий, но столь благодатно-фундаментальный, потому что именно в этом возрасте мальчишки делают выбор ценностной ориентации – чего я хочу, чего я не хочу и чего я не должен. Если мы заложим правильно полноту истинных ценностей, то от многой грязи мы детей своих спасем. Надо говорить! Ищите тон, ищите тональность, ищите слово – оно может быть большим и емким, а может быть маленьким и коротким.
Семья со всеми коллизиями, со всеми трудностями зиждется на чистоте! Чистота не дает уязвить нас, не дает разлететься, развалится, в самых трудных позициях переступить, т.к. всегда есть понятие только одно – такой чистоты уже больше не будет!
Дети взрослеют, любовь остается
- Как говорить ребенку, что я его люблю больше всех, если в семье много детей?
Каждому отдельно, прикровенно. А что он будет думать о моей любви к другим детям? Это великая тайна — чужие мысли. Любовь родительская принадлежит всем членам семьи. А помогать я буду тому, кому будет хуже всех, потому что я – мать.
- Сыну шестнадцать, и он очень закрыт…
- В любом возрасте надо стучаться и говорить: «Я так переживаю за тебя!»
Наша основная задача – дать детям знать, что они любимы, безмерно дороги, что они никогда ни на одну секунду не оставлены. «Я все вижу, сын, и я люблю тебя!» Конечно, часто к ним подойти невозможно, совсем не значит, что они будут задавать вопросы.
Дети взрослеют, воля наша уходит, но любовь остается. Что удивительно, чем взрослее наши дети, тем больше мы их любим. Пока мы живы, мы будем говорить: « Я люблю тебя, ты – мой мальчик!» И эти слова в трудную минуту будут держать наших детей. Что-то произойдет, но он будет думать: «Есть человек, который меня вот такого – удачливого, не удачливого, престижного, не престижного, счастливого, не счастливого, — любит всеми силами своей души!» Говорим о своей любви! Что исповедуем – то и получаем. Не исповедуем – не получаем.
Если отец не прав
- Можно ли корректировать поведение отца? А если он не прав?
- А кто сказал, что именно вы правы? С чего вы решили, что знаете – как правильно? Апостол Павел в послании к Тимофею (гл.3, стих 11-15) ясно и просто указывает на поведение и место жены. Мальчик, он — кто? Он вырастает в мужа, в главу семьи. Но мы считаем, что должны откорректировать поведение мужа, меру его воздействия, его словарь, стилистику и т.д.
Если муж не прав, дайте ему пострадать от неверности шага, воспитание – это интимный процесс, он принадлежит двоим родителям. Когда мама разбирается с воспитанием ребенка, отцу должно воздержаться, когда муж воспитывает – маме надо воздержаться. Каждый из нас решает самую главную задачу: воспитать детей в почитании родителей.
«Чти отца своего и матерь свою! Злословящий отца или матерь свою, того должно предать смерти!»(Исход 21-17) «Делом и словом почитай отца твоего и мать, чтобы пришло на тебя благословение от них (Сир.3,8) Запомните эти святые слова! Их никто еще в этом мире изменить и отменить не мог. Этот закон прописан однажды для всего человечества. Почитание родителей! И в этой иерархии кто впереди? Отец! Уважайте его и дайте ему стать отцом.
Отцовство прорастает по мере участия отца в воспитании ребенка. Когда мы его отодвинули – умные, добрые, настоящие, любящие — вот мы отца и потеряли. Отец – глава семьи. «Как отец скажет, так и делай!» Когда у тебя спрашивают разрешения, надо же сообразить, надо включиться, о чем тебе говорят, смотришь – папа от газеты оторвался, от телевизора отошел, глаза на ребенка поднял, услышал вопрос – и ответ пошел! Отец должен быть включен в процесс воспитания, иначе, когда он в параллели, он становится просто партнером, а не мужем, не отцом.
- А если папа вообще с утра до вечера на работе?
- Семья – это труд. У архимандрита Иоанна (Крестьянкина) есть такие слова: «И монастырь, и семья – крест, но крест спасительный». Крест, тяжелый крест.
Вечером подробно расскажите мужу все, что произошло с детьми за день. «А как ты думаешь? Давай решим, что делать?» Дайте мужу возможность включаться в процесс воспитания. «Без тебя не могла решить вот это…» Дайте ему услышать вопрос. И тогда он становится отцом.
- А если все же пришлось вмешаться, и ребенок говорит: «А папа сказал по-другому, папа что – не прав?»
- Очень хороший вопрос. Лучше оставить ситуацию неправильной, нежели осудить отца.
Надо ответить так: «Папа был прав». Отец никогда не подлежит осуждению в глазах ребенка. Это самое страшное разрушительное начало, которое мы часто несем в семье. Об отце – или достойно, или никак. То, что мы сейчас имеем в семьях, как правило, маму-одиночку при живом папе, — это результат того, что мы взяли на себя то, что не должны брать. Мудро и правильно – отец не осуждается. Как только мы развенчали авторитет отца, мы развенчали семью. Сколько бы лет ни прошло, всегда просматривается отсутствие мужского начала. Без отца сына воспитать нельзя, без отца воспитать дочь нельзя. Оставьте эту иллюзию. Это всегда однобокое, куцее воспитание.
Дети должны нас видеть
- Можно плакать при детях? Мою старшую дочь мои слезы раздражают.
- Реакция дочери – это защитная реакция. Она по-другому не может выразить свои переживания. Это позиция неумения помочь. Потом, отдельно дайте ей урок, как надо утешить, что мама ждет: «Я плачу от боли, погладь меня и мне сразу станет легче». Учите, говорите! Подчас, дети не умеют не потому, что они жестоки, они действительно не умеют в этой ситуации быть сострадающими.
- Можно после того, как отец отругал ребенка, пожалеть его?
- Почему нет? Мы всегда остаемся родителями – не лицемерами. Прижать, поцеловать… Но папа – прав! Мы не обсуждаем ситуацию, а демонстрируем жалость, любовь. Не слушаем, что он говорит. Пройдет время, надо обязательно разобрать эту ситуацию. И это главная задача – учить ребенка видеть свою неправоту в том, что папа накричал, шлепнул… Ты что-то не то сделал. Но это должно пройти время, немного отодвинуть разговор.
Во время конфликта никто этого не видит. Все обижены, рычат, ругаются. Мамина задача – прижать, утешить, успокоить. «Муж гневлив истины не соделывает!» В гневе нет правды. В состоянии гнева – не воспитывайте, просто утешьте! А потом уже будем разбираться, что нужно делать, чтобы папу до такого состояния не доводить. «Жизнь папы при этом сокращается». Видите – не про ребенка любимого, а надо говорить об отце. Отец понервничал, накричал. «Поверь, это не дало ему силы».
Сначала надо утешить, а потом разобрать неправость ребенка по отношению к отцу. Запомните, не мы просим прощения. Наше прощение – перед Богом и перед совестью. Ребенок должен понимать, что он сделал не то, что реакция родительская была такой. Запомните этот закон! Дети должны нас видеть! Не научим мы детей нас видеть, если не научим их этому правилу! Ребенок должен понять – почему я кричала, почему я негодовала, почему я шлепнула его, ведь при этом сократилась моя жизнь. Дети, которые очень любят нас, они этого очень боятся.
И никогда не укладывайтесь спать, не помирившись. Услышите – «мамочка, прости!», отвечайте — «Очень хорошо, на сто лет вперед!»
- Никогда не просить прощения у детей?
- Во всякой ситуации – научить ребенка видеть свою неправость. Научим этому великому делу, тогда весь мир будет хорошим, а ребенок научится все проживать правильно. Тогда не будет озлобленности, гордыни, зависти. Тогда не будет саможаления и обиженности. Тогда будет умение увидеть ситуацию разумным умом. Понять: а что я сделал не так, хотя вроде бы меня обидели? Тогда действительно получится сохранить у ребенка здоровую душу. Это очень трудно, но это бесконечно нужно. Так идет человеческое духовное развитие.
Надо научить ребенка видеть себя первопричиной нашего гнева, нашего негодования. А нашу собственную неправость мы проживаем как? Это вопрос духовный, вопрос совести. Я в простоте сердца скажу: «Господи, прости меня!» Положу поклоны.
Конечно, гораздо проще попросить у ребенка прощение, нежели страдать той внутренней любовью и тем внутренним раскаянием, которое происходит в наших сердцах.
- А взрослость наступает когда?
- Когда они покидают наш дом. Пока они живут под нашей крышей, они наши дети, и должны подчиняться устоям семьи.
И о мытье посуды
- Мой сын часто делает что-то, чтобы казаться хорошим.
- Это очень тонкий вопрос. Когда ребенок делает что-то в заботе о маме, это одно. Забота о маме – это служение маме. Или может быть просто демонстрация своей хорошести. Тогда закладывается оттенок будущего тщеславия. Поэтому когда вы хотите похвалить, вы обязательно говорите – за что. «Я увидела твою заботу, спасибо». Поворачивайте на истинное служение. Оно у него есть, надо, чтобы только это служение не ушло в другую крайность. Хвалите за служение вам, потому что служение вам – это служение Богу. Повторяйте – это и есть служение Богу – служить другому.
- Как решать бытовые вопросы?
- Постарайтесь понять: послушание – это самая большая воля. Когда ты делаешь как лучше или как хочешь, это не воля, это своеволие. Если мама сказала, что надо помыть посуду, это не обсуждается. Это служение. Это и есть та воля, которая потом распространится на все человеческие качества.
- А если он скажет: не хочу мыть посуду!
- Он действительно так скажет. Ничего не говорите, не вступайте в дебаты. Встаньте к раковине, начните мыть.
Я помню, как на меня этот урок подействовал так сильно! Я росла в детском доме и старалась быть очень исполнительным ребенком. Никогда не могла отказать в помощи в уборке. Как прогулка – зовут меня убирать огромную столовую. И я всегда себе говорила: ничего, руки не отвалятся. Я всегда старалась все сделать.
И один раз, в летнем лагере моя любимая воспитательница попросила меня помочь, а в это время дети играют в казаки-разбойники. И я говорю ей: я потом! И воспитательница молча берет таз с полотенцами и молча уходит. У меня настроение сразу испортилось, играть уже не хотелось. Запомнилось на всю жизнь!
Надо спокойно, без злости начать мыть посуду. Без слов. И ему станет совестно. Я не говорю, что он сразу побежит отталкивать вас от раковины, но что-то там у него «щелкнет». У вашего ребенка «щелкнет» обязательно.
- Спасибо за встречу!
- Храни Вас Бог!
