Я рыдала...

Я вчера ошиблась этажом В здании тридцатой гор.больницы - (Это ветхий, очень старый дом, Где скрипят тоскливо половицы) - Как пройти отсюда на массаж? - Выше. Выше, прямо и направо. Лестничный пролет. Второй этаж. За стеклом хирурги-костоправы. Все не то: А это что за вход? (осторожно дверцу открываю) - Девушка, у нас сейчас обход. Не мешайте! - (я и не мешаю). - Вы к кому? - Да, в общем, ни к кому: - Ах, наверно, Вы из меценатов? - Из кого? Простите, не пойму! - Проходите в первую палату! Ладно: Отчего бы не пройти, Раз уж так активно приглашают? Господи, куда твои пути Приведут сегодня? Я не знаю. В коридоре сумрачная тишь, Ожиданье придавило плечи. Вдруг, смотрю..: застенчивый малыш Осторожно вышел мне навстречу. (Гoда два ему, а, может, три): Застеснялся...поспешил обратно. - Стой, хороший мой. Не уходи! Но мальчонка убежал в палату. - Девушка, не стойте у дверей! Проходите и располагайтесь. Здесь пятнадцать отказных детей. Поиграйте с ними, не стесняйтесь. - Что сказали Вы? Мне не понять... "Отказных"? Что значит это слово? - Господи, ну бросила их мать! (надо ж быть такою бестолковой!) - Бросила? Как это? - Да вот так! Вы как будто первый день на свете! Ведь в России форменный бардак - (Все мы в чем-то брошенные дети) Надо мной разверзлись небеса - Как во сне я шла по коридору, И упрямо горькая слеза Застилала свет, мешала взору... Пять кроваток к ряду у стены - (В них лежат трехмесячные крошки). Дети спят: возможно, видят сны; Тихо солнце льётся из окошка. Медленно на цыпочки встаю: Кто там плачет? - Ладушка проснулась? Успокойся... Баюшки-баю. Ах, как сладко-сладко потянулась! Я беру на руки малыша: - Так... штанишки мокрые! Бывает! Ну не плачь, - шепчу я чуть дыша, - Мы сейчас пеленки поменяем. - "Доченька", хорошая моя: - Подношу к губам твои ладошки, - Мама здесь... сегодня мама - я... Всё по правде: всё не понарошку... Девочка глядит в мои глаза, И в улыбке растянулся ротик... Я молчу: не знаю, что сказать, Робко глажу спинку и животик. Маленькими ручками дитя Обхватило вдруг меня за шею И прильнуло с нежностью, любя. (я собою больше не владею) Не могу сдержать горячих слёз, Поправляя сбитую подушку, Задаю бессмысленный вопрос: Где же мать - беспечная кукушка? Милая, ну, как же ты могла?! Как? Ребенка подарила миру, Чтоб затем, лишив его тепла, Укатить транзитным пассажиром? Не виню... Поверишь??? Видит Бог, Знаю все о женской трудной доле. Мир безумен. Мир порой жесток - (сердце разрывается от боли). Вот вошел в палату карапуз, Ножками едва передвигая: - Стоп! Не падать! Господи Иисус! Что мне делать с вами? Я не знаю. Сколько здесь печальных добрых глаз! Как согреть вас всех, помилуй, Боже. - Я иду, бегу к тебе... сейчас... - Как его зовут? - Его? Сережа... - Ну, Сергунька, ты уже большой. Нам ходить давно пора учиться! Дай мне ручку: шаг, теперь второй. Так, еще, а ну-ка не лениться! Молодец! Серега, ты герой... Скоро будешь бегать - не догонишь! Леночка, не плакать: я с тобой... Не вертись! - бутылочку уронишь. Пей, моя родная, молочко. Подрастай, и будь всегда здорова. Знаю-знаю: это не легко, Ну-ка пей! - уважь труды коровы. Я вчера ошиблась этажом В здании тридцатой гор.больницы. Ночь. Гроза. И первый майский гром. (мне сегодня слишком плохо спится) Автор неизвестен