Мысли вслух.

Крайний раз я была беззаботной летом накануне 11го класса. Я была юна, глупа (т.е. глупее, чем сейчас) и самой серьёзной проблемой для меня были разного рода пи..дострадания о несостоявшейся любви. А уже следующей весной я поняла, что нет ничего вечного и нет ничего важного, ведь когда-нибудь надо мной тоже раздастся глухой стук комьев земли по фанере, обитой тканью. Дело в том, что защитные механизмы детской психики не оставили в памяти чётких воспоминаний о смерти родителей, а вот бабушка являлась для меня фундаментом, на котором зиждилась моя уверенность в жизни, в том, что есть что-то вечное, прочное (хотя я этого и не осознавала). И когда её не стало, у меня случился классический экзистенциальный кризис с отчаянным поиском смысла жизни и попытками сбежать от реальности с помощью не самых здоровых средств (и приобретением зависимостей от этих средств). Я судорожно хваталась за разные книги, надеясь, что в них я найду ответ, но в итоге я понимаю, что помогло мне тогда только время.

Ну а спустя несколько лет я вернулась к вопросам жизни и смерти с абсолютно другой стороны: я взяла на хранение новую человеческую душу и поняла, что во мне теперь живёт иррациональный страх повторения сценария моего детства. И с этим надо что-то делать. Зато теперь я стою у окна на 23 этаже, сзади меня спят два живых существа, которых я привела в этот мир совсем недавно, а передо мной сияет огнями большой красивый город, которому уже много лет, он повидал много и много увидит и после меня. А над всем этим простирается огромная Вселенная, которая тоже когда-то появилась и однажды исчезнет, и слёзы наворачиваются на глаза от осознания себя частью всего этого огромного и непостижимого!

Вот так и живём. Тревога тревогой, но счастья тоже никто не отменял.