Так случилось, что бракоразводные и все сопутствующие им дела я вела исключительно на стороне женщин. Мужчин консультировала, могла составить документы, но дела их не вела. Встречалась с ними только в судах и на переговорах. И всё же некоторые закономерности мужского восприятия развода, причиной которого явилось обычное «загулял», мною были отмечены.
В семейных делах, когда сталкиваются два самолюбия, особенно, когда мужчина «гуляет», взывать к его совести (жене особенно) – дело совершенно неэффективное. Иногда помогает папа (особенно мужа, если в хороших отношениях), мужской голос может быть услышан, но далеко не всегда.
Женщины же делятся для мужчин как правило на «группу поддержки», в которую может входить его мама, его «лучшая подружка» и главное, новая, как правило не обремененная заботами пассия, и на «дур набитых, которые уже достали», в которую можно включить жену, свекровь и всех тех, кто разделяет позицию жены. И как это ни странно, в момент, когда произошла такая дифференциация, так получается, что женщина, испытавшая предательство, как правило сама того не осознавая становится «дурой набитой», которая только и делает, что достает, тем самым подтверждая свою принадлежность к данной группе.
Очень-очень-очень редко я встречала женщин, которые себя в группу «дуры набитые» не ставили. Они либо отпускали гулящего на все четыре стороны, затаив обиду очень глубоко в себе, тем самым выходя для него из «игры». Как правило это вело к возвращению мужа, и как правило такие женщины их обратно уже не принимали. Либо женщины воспринимали измены мужа «философски» и, облачившись в образ заботливой матери или лучшей подружки, продолжали с ним жить, оставаясь в числе «группы поддержки». Но таких примеров меньшинство.
Каждая семья, каждое дело – это отдельная история, в которой у каждого героя свой характер и эмоциональный задел. Покой для женщины, как правило, наступает тогда, когда игра заканчивается. А вот каким способом из неё выйти, она уже должна решить сама исходя из своих возможностей.