"Территория"
Недурная рецензия (взято с просторов интернета):
На экраны вышла картина «Территория» по знаменитому советскому роману Олега Куваева. Фильм, действие которого происходит в 1960-1961 гг., посвящён сильным мужчинам-геологам, ищущим золото на крайнем северо-востоке страны. Не бешеных нулей, не пошлых бумажек, но натурального, жёлтого и тяжёлого злата взыскуют они всей романтической душой. И не для себя, а для страны! Смотрите кино, о фрилансеры и мерчандайзеры, и умирайте от зависти и тоски…
Первые полчаса фильма проходят в ощущении, что тебе льют бальзам прямо на раны. По бескрайним северным просторам, где летом бегут быстрые ледяные реки, а зимой расстилаются белоснежные природные инсталляции божественной красоты, расхаживают твёрдой походкой невероятные мужчины. Это первые красавцы нашего кинематографа: Константин Лавроненко, Егор Бероев, Григорий Добрыгин, Евгений Цыганов… не хватает разве что Пореченкова. Все они одеты в дизайнерские свитера крупной вязки, притом художник всё продумал так, что по цвету свитера ни разу не повторяются. Мужчины эти - чистые герои, даже несколько фантастического оттенка. К примеру, они постоянно зачем-то бросаются в реки, идут по пояс в воде или плывут прямо в одежде, погружаясь целиком, причём с неизвестной целью. Отсутствие логических связей - очевидный признак поэтического кино, поэтому не будем притворяться, что не поняли создателей картины: отлично поняли.
Это время творили совершенно необыкновенные мужчины, чем-то напоминающие племя, которое когда-то водилось на Евразийском континенте под именем «русские православные». «Русские православные» форсировали Альпы, могли в одиночку съесть гуся, пели протяжные грустные песни и называли своего царя «батюшкой». Им на смену пришло племя «советские настоящие»: эти штурмовали космос, искали золото и нефть, пели бодрые песни и своих вождей называли «товарищами». Нам и предлагают посмотреть на «советских настоящих» в условиях душераздирающих красот Севера с целью эстетического и морального удовлетворения. Северный мужской триллер! Давненько не встречались мы с ним, со времён, наверное, «Неотправленного письма» Калатозова и «Дерсу Узала» Куросавы. (Хотя в последние годы и было несколько попыток вернуться к теме.) И пусть на лица наших охотников и геологов всегда ложится отсвет золотой лихорадки кисти Джека Лондона, это не беда: Джек Лондон тоже, по сути, настоящий советский писатель, его читали умирающему Ильичу, кто помнит…
Мы смотрим на суровое и прекрасное лицо геолога Чинкова (Лавроненко) и вспоминаем знаменитый портрет Хемингуэя, а также Евгения Урбанского в фильме «Коммунист». Слышим, как Чинков каменным голосом уверяет, что на Территории есть золото и он его найдёт, верим: да, найдёт. И если бы он его нашёл через полчаса и фильм закончился, то никаких вопросов к режиссёру Александру Мельнику не возникало бы. Но сложение фильма таково, что он постоянно как бы заканчивается, но никак не может закончиться - и на третьем часу картины понимаешь, что в её сложении предусмотрена бесконечность. Всё нашли: и героев, и место действия, и атмосферу, и даже стиль. Забыли про сюжет. Не построили драматического действия, развития отношений между героями. И «Территория» распалась на длинную цепь эпизодов, зачастую вообще ничем не связанных. В целое фильм объединяет только изысканно печальный голос Ксении Кутеповой (журналистка), читающей закадровый текст. Эта журналистка почему-то целый год торчит на базе, но даже возможных битв за женщину в духе того же Лондона не возникает. Её влёгкую прибирает к рукам геолог-авантюрист с постоянно ироническим выражением лица (естественно, Евгений Цыганов). Но и здесь отношения никак не развиваются, геолог в экспедиции зачем-то ломает обе ноги, и его в виде кричащего свёртка везут в центр. Везут на оленях, потому что возле геологов хронически маячат старик-эскимос и его, разумеется, дочь (бывают ли сыновья у эскимосов, тунгусов и других представителей малых народов в кино?). Мохнатые глазастые олени - настоящие, бескрайние снега - настоящие, красота немыслимая… Однако из ста кроликов не может составиться лошадь, а из ста эпизодов не получается кино, ежели оно ничем не «прошито», никаким драматическим действием. Эпизоды «Территории» можно поменять местами, перетасовать, как колоду карт, и снова перед нами будет бессвязный набор сцен. Эффектных, отлично снятых, но не составляющих никакого целого!
Некоторые эпизоды я вообще не поняла - к примеру, ближе к концу кто-то в кого-то зачем-то стреляет, а другой кто-то пытается этого кого-то спасти. И вроде бы спасает. Но кто были эти люди? С замёрзшими бородами и в куртках с капюшонами их не разглядеть и не идентифицировать… Ещё один геолог с молодой женой едут в бульдозере, лёд подломился, он с трагическим спокойствием закрывает глаза и говорит жене: «Хорошо бы тебя нашли». Так нашли или нет?? Времена года меняются с какой-то сказочной быстротой и в живописном беспорядке; то и дело фильм превращается в клип на закадровую песню под виды природы. Актёры хороши, когда молча позируют, их портреты можно продавать отдельно, как поздравительные открытки к 8 Марта, но играть-то им почти что нечего. Нет конфликтов, нет столкновений, нет развития отношений и характеров. Поэтому на исходе первого часа «Территории» у зрителя может начаться томление, которое к исходу второго часа рискует сделаться невыносимым. Фрилансеры и мерчандайзеры, которые поначалу было загрустили и стали думать, глядя на мужественных героев, правилен ли их жизненный выбор, постепенно укрепляются в мысли, что он был правилен. Их жизнь - тоска зелёная, а в фильме - тоска белая, велика ли разница? Создатели картины хотели было оказать сопротивление своему времени и потратили на это немало труда и таланта, а победил всё равно самодовлеющий дизайн.
А вот когда на свете жило племя «советские настоящие», таких безобразий с драматическим действием в сценарии быть не могло. У настоящих советских кинематографистов были настоящие сценаристы и настоящие редакторы. Кроме идеологии ещё был такой зверь - профессионализм. Поэтому и в космос полетели, и золото нашли, и недурной кинематограф отстроили.