Приколы беременных и рожениц.)

(Разное)

Я с первым на слова акушерки" придется надрезать, очень крупный" кричала:" Тимофей втяни щеки, мы не проходим")) 36 недель. Мне 20 лет. Положили меня заранее. В то время не было столько доступной информации про беременность и роды. Сама ещё детский сад. Всю беременность угроза была. А тут ни в одном глазу. Вечером было подозрение на подтекание вод. Дали мне пелёночку, говорят: «Походи с ней, потом отправим на анализ». Время 12 часов ночи. Не спится. Пошла в туалет. И гляжу на этой пелёночке лежит что-то, похожее на червяка прозрачного с разноцветными прожилками. У меня начинается тихая истерика. Думаю – что-то у ребёночка отвалилось. Задаюсь вопросом: на что похоже? ГЛАЗ! – осенило меня. Я несусь в родзал. Дежурит замглавврача. Принимает роды. Я влетаю и ору: «Ольга Александровна, у моего ребёночка глаз вывалился!» У неё лицо так вытянулось. У роженицы схватки прекратились, акушерка роняет инструмент. Картина маслом. Она мне говорит: «Сюда иди». Я ей сую свою пелёнку. У них начинается тихая истерика: «Дурында – это пробка. Иди спать. Завтра рожать будем!» Потом весь роддом мне этот глаз ещё долго вспоминал.

Котёнка унесли, я лежу на каталке с капельницей и льдом, в руках телефон, отправляю всем смс. Приходят поздравления. И только часа в 2 дня, когда я хорошенько выспалась и поела, до меня доперло, что я сообщила ВСЕМ, кроме мужа... Он даже почти не обиделся)) 

Я беременная на работу устроилась – месяц-два на линии на телефоне отсидела. И все! Атас! В маршрутку заходила, и говорила: «Здравствуйте, меня зовут Анна….» Маршрутка как-то неохотно со мной в ответ здоровалась. 

Пришла к остеопату на 7-месяце, он сначала, как полагается, все расспрашивает, записывает… На вопрос: «Какой месяц?» я долго судорожно копалась в памяти и наконец выдавила – январь… Он растерялся в свою очередь и, удерживая смех, переспросил: «Месяц беременности?» 

Однажды жутко захотелось курицы. Купила курицу, сварила, съела. Всю. После этого мне было не очень хорошо и всю остальную беременность я не выносила даже слова «курица». По этому случаю в семье она была переименована в «барсука». Несведущих людей очень забавляли упоминаемые в разговоре супы из барсука, жареные барсучьи окорочка, но пуще всего барсучьи яйца! 

На одном из приемов: «Доктор, а когда у меня дата родов?» «А тебе зачем?» Действительно, чего это я вдруг интересуюсь? 

Схватки были сильные, между ними еще умудрялась звонить мужу со словами: «Я тебе в еду пургена налью и закроюсь в туалете, когда будешь ломиться, а я тогда буду тебе говорить, что нельзя, терпи!». Он смеялся. 

Трындец наступил на следующее утро после родов – скрипя всеми конечностями, аки несмазанный терминатор, я медленно, но верно, стала продвигаться в сторону туалета. 

Когда сынулю вытащили из живота – сразу увидела, стало так легко и спокойно, что потянуло в сон, от усталости явно. Я говорила: «Ребята, я посплю, а вы меня зашивайте!» Анестезиолог кричал: «Не смей закрывать глаза!» Я сговорилась, что буду лежать с одним открытым глазом, а вторым спать. 

У меня мама рассказывала, что когда она меня рожала, то в этой же палате была женщина, которая вставала на колени перед тумбочкой, засовывала туда голову и в нее кричала. Ей так видимо легче было схватки перенести. 

На зашивание наркоз все таки сделали, и я будучи под наркозом улыбалась во весь рот, слышу врач говорит: «Она там мультики, что ли, смотрит?» 

Меня после кесарева вывозят в коридор, смотрю – муж с сыном на руках стоит – довольный такой. Подвезли к нему, остановили. Он спрашивает: «Как чувствуешь себя?» Я: «Нормально, только трясёт сильно». Муж у врача спрашивает: «А почему её трясёт?». Тот так серьезно отвечает: «Заморозки скоро!» 

Две роженицы, порвались обе, зашивает врач, юморит. Девушкам не до смеха, не отвечают. В это время в коридоре крик: «Иваныч, ты где-е-е?!» Врач, не отрываясь от шва: «Ой, как я не хочу сейчас в рифму отвечать!» Ржали все… 

А я когда начала в операционной после кесарева отходить, открываю глаза, все плывет и кружится, обвожу мутным взглядом вокруг – никого! Думаю: «Сейчас громко крикну, позову врача али медсестру, узнать хоть, как ляля. На деле вместо громкого крика, как хотела, раздалось сиплое, тихое, и почему-то медленно слова выговаривались: «Люююдиии! Аууу, вы гдееее?!» Прямо над головой раздался смешок анестезиолога (наверх что-то глаза у меня не поднимались), так же протяжно: «Мы здееесь!»

А я, когда дочку рожала, схватки участились и не было сил расслабиться, меня трясло просто от боли и я начала причитать «Спасите, помогите! Спасите, помогите!» Акушерка заходит и говорит, что я прямо как Винни-Пух, когда он в норе у Кролика застрял. 

Пришел анестезиолог. В голубом костюме и маске. Поставил мне капельницу с наркозом и говорит: «Мы с тобой сейчас поговорим и ты уснешь». А я смотрю – глаза у него голубые-голубые, прямо, как небо… И я у него томным голосом спрашиваю: «А что вы сегодня вечером делаете?» И вырубилась. 

Время 4 утра. Бужу мужа, говорю, что «у меня выливается», а он: «Ну, описалась, с кем не бывает…», потом рывком садится, хлопает глазами, вскакивает и начинает нарезать круги по комнате и как заведенный: «А мне что делать, а мне что делать?!» Тут он вспоминает, что мой гинеколог живет в нашем подъезде на 3 этаже. Бежит туда, звонит, тот открывает. Муж его сонного «за грудки » и с воплем «там течет, помогите!!!» пытается вытащить из квартиры. Врач, когда понял у кого и что течет, расслабился: «Вызывай скорую!»

А потом у меня от усилий судороги начались. Крюгер отдыхает. Пальцы скрючило, рот приоткрыт, мышцы мелко так дрожат все и я через судорогу пыхчу акушерке: «Лееенннааа! У меня паралич! Спасайте меня!» 

В панике я начала запихивать все, что могло бы мне понадобится на родах и после, в рюкзак мужа, только что вернувшегося из похода. В состоянии аффекта вместе с ношей и животом наперевес я доскакала до роддома. В приемном покое даже не удивились, а просто мило поинтересовались, мол, зачем мне еще и палатка в роддоме, мест вроде хватает. А я и не заметила, что она была аккуратно привязана с другой стороны рюкзака. 

Ещё один папа в первый день выписки жены и дочки из роддома. Видит как то жена, то её мама носят малышку на руках и говорит: «Да выпустите вы её на пол, пусть поползает». 

У меня в качестве прикола – аудиозапись (спасибо муж) моего отходняка после наркоза, когда меня зашивали. В общем, лежу я на рахмановке, уже после того, как все кончилось, рядом ходит муж с новорожденной дочкой – ждет, пока я очухаюсь, врачи уже ушли. А у меня в это время глюки… Шикарнейшие – графика обалденная, как будто я летаю среди каких-то оранжевых кубиков. А летаю я, хм, на летальном аппарате… Мужу рассказываю: «Сашка, ммм, я в матрице. Тут ништяк». И тут у меня очередной вираж, я хватаю за боковые ручки рахмановки, а там правая есть, а левая отломана, и тут я как заору: «Саша, кошмар! Тут в корабле руль сломан!» 

После чистки отходила от наркоза – рассказывала всем про фильм КУБ и котопса, в коридоре приставала ко всем проходящим с вопросом: «Не показалось ли им, что я дура?» 

У меня роды вторые – стремительные. От начала схваток до крика малышки прошло 50 минут, я только слышала крик акушерки: «Не дыши, а то ребенок в форточку вылетит

Беременный мозг – это жесть. Никогда не думала, что на слова «С легким паром!» буду отвечать: «К черту!» 

Когда моя сестра рожала (ну если точнее, то в предродовой палате еще дело было), то вцепилась доктору в штанину. Ну типа молила о пощаде… Т.к. на пальцах ногти довольно длинные были, то сначала штанину она четырьмя пальцами проткнула, а потом от злости оторвала вообще (это за то, что он сказал ей, что еще рожать рано). Доктор ругался, пытался отобрать оторванное, но она его штанину так из рук и не выпустила. Только после родов смогли отобрать и то, уговаривали! 

А мой узист сказал: «Мальчик! Нууу, если девочка родится, то мне принесешь – за ошибки надо отвечать!» 

Начались роды. Вызвали скорую. Приехала. У меня уже третьи роды. Схватки за схватками. Скорая мигалку включила, пробка, а мы по встречке… с мигалкой! Меня крючит уже, а мой муж сидит в окно смотрит, радостный гад ещё такой и говорит: «Зай, а мы по встречке едем!” Оставшиеся 10 минут я красочно представляла, как его сковородкой бью! Легче становилось. 

Позвали меня на клизму на 3 сутки после кесарева. Ну, медсестра меня обработала и побежала к другим капельницы менять, потом на пост прибежала она, а я только иду вдоль стеночки, так тихонечко, еле-еле. Она меня спрашивает: «Демидова, ты уже в туалете была?» Я ей в ответ: «Неа, я бегу еще». А она как засмеется, выбежала другая медсестра на хохот первой. И спрашивает чего смеешься, а та ей: «Демидова кросс сдает по бегу» 

Перед Новым годом. Закупаю продукты к празднику. Только захожу в магазин – сразу же начинает пинаться ребенок (в магазине музыка громкая, душно). Поэтому покупки я делаю небольшими порциями и в полусогнутом состоянии (иначе идти невозможно). Повторяется это не один раз и очень привлекает внимание покупателей и персонала. Захожу в магазин ПЯТЫЙ раз за день, беру корзинку, иду к стендам и слышу сзади тихий голос охранника, который делает сообщение по рации: «Внимание охране! В магазине ТА САМАЯ беременная! Я веду до колбас, потом до овощей ведет Леха, далее по списку… Хе-хе, на ком рожать начнет, тот в роддом и повезет!» Так меня и вели по супермаркету, как шпиона. Правда, корзинку донесли до кассы заодно. 

Орала как оглашенная! Требовала… эвтаназии. В угаре схваток перепутала с анастезией! 

А я начинаю теперь понимать, зачем беременных в декрет отправляют – это не ради благополучия беременной, а ради спасения работы! 

Душа беременной – потемки! А желудок – ваще пипец.

А мы пеленать на кошке учились. Она была в восторге! Кстати, скажу я вам, ребенка легче запеленать, чем кошку… Ребенок хоть не убегает… 

Беременность для женщины – все равно, что армия для мужчины: время тянется бесконечно, тупеешь, толстеешь, все время хочется есть и спать. 

Однажды мне нужно было в аптеке купить тест на беременность. Делая заказ, я вдруг вспомнила, что мама просила купить валерьянки… Представьте теперь реакцию окружающих, когда я произнесла: «Мне, пожалуйста, тест на беременность… и валерьянку» 

Потуги пошли, сил нет… Врач говорит, чтобы я не кричала, а тужилась, как будто я в туалет по-большому хожу. Вдохнула полной грудью и начала рычать и кричать опять. Врач говорит: «Ты когда по-большому в туалет ходишь тоже так орешь? Соседи не боятся?» 

На стол операционный положили, а я спрашиваю: «А что вы с плацентой делаете?», врач отвечает: «Макароны по-флотски!» 

Пошли с мужем на УЗИ. Видимо, врач сканером придавила чуток малыша, естественно, ему это не понравилось – он начал буянить, и тут коронная фраза мужа, которую мы будем внукам, наверное, пересказывать: «А он что, лапами шевелить умеет?!» Все – медсестра, я и врач минут пять не могли остановиться… смеялись… 

Рожала первого с эпидуралкой. Подшивали. Я: Ой-ёй-ёй!!! Щииипет. Врач: И что ты предлагаешь? Я: Подуйте! Врач: Да? Может тебе ещё и полизать? 

А у нас врач такой мировой был на послеродовом. На обходе смотрит на одну пациентку и спрашивает: «А это не вы, случаем, кричали при родах, что лучше бы в армии отслужили и брились каждый день?» Девушка, смущаясь: «Да, я…», он подходит к ней, жмет руку: «Полностью с вами согласен!» 

У меня в обменной карте написано: «Вредные привычки – кошка». 

Был акушер у нас там, красавец – высокий, здоровый, темноволосый и с ярко-синими глазами. Когда он пришел, как раз очнулась соседка по интенсивке после кесарева и заорала на всю палату: «О, Господи! Ангел!» Акушер был польщён… Сказал, что это лучший комплимент, который он слышал. 

Передо мной рожала девчонка и она кричала доктору: «Доктор, я какаю!!!» На что ей доктор ответил: «Какать не какаешь, но пукаешь ты неплохо…» 

И представьте себе мое удивление, когда в палату зашел крокодил Гена с Чебурашкой на руках и широко улыбнулся, а из-за его спины выглянула старуха Шапокляк и спросила так осторожненько: «Ну как она?» Когда через минуту я пришла, наконец, в себя от кесарского наркоза, крокодил постепенно превратился в моего врача в зеленом халате, а в руках он держал Санечку – принес показать. А старуха Шапокляк видоизменилась в мою маму.