Я боюсь собак. Боюсь панически до безоглядного дёру или боюсь до предусмотрительного перехода, как минимум, на другую сторону дороги. Если роковой встречи избежать не удалось, я замираю, повинуюсь страху, а колени сами сгибаются в глубоком реверансе, и лицо, будто само по себе - в масочке любви и смирения: «Соба-а-а-ачка». У меня нет поводов для страха, мне хватает собственных сценариев «фильмов ужасов». Так вот, нынешняя ситуация с коронавирусом - почти история с собакой. Я боюсь, я избегаю, и я живу в этом глубоком реверансе. Я не боец.
Видимо, Маша, не особо рассчитывая на такое слабенькое войско, безоговорочно приняла условия жизни. Хоть и не без выходов из согласия. Ограничения в контактах с детьми даются тяжелее всего. Подслушала о ее просьбах к Деду Морозу, где все больше звучало: «гурьбой», «толпой» и «день рождения, где много-много гостей». Удивляюсь, как про теннис промолчала, ведь скучает очень-очень.
Школа Малышка пришлась по душе. До ее закрытия удалось посетить несколько занятий, насобирать комплиментов и поставить новые задачи. Временно директорствует теперь бабушка, но с ней все по минутам и тут я спокойна, идем впереди графика. Достижения - без пиков особого таланта, но я радуюсь, когда Машка читает, считает или накапливает «английскую коробочку» новыми словами. И даже заяц длинной в 3 килограмма разве не чудо?
Я не могу понять, где промахнулась в своих мамских педагогических способностях, но Мария не умеет корыстно реагировать на мои наказания. Пыталась намекнуть ей, что покорность и классическое робкое «больше так не буду» способно кардинально изменить время непросмотра мультиков и прочих ограничений. Но она упорно строит из себя обиженку, дергает плечами и закрывается в своей комнате. Дальнейшие роли мне никак не распределить. Будем работать.
Машка совершенно лишена агрессии. Психологи видят в ней (агрессии) топливо для будущего лидерства. Возможно, этот режим пока отключен в механизме ее поведения, но дружбу она считает исключительно уравновешенными чашами. Познакомиться и подружиться - сейчас синонимы. Интересно, как долго продлится это.
Трусиха. Может и собственных снов бояться, где всего-то у колобка злое лицо было. Или темноты… Ну, да ладно, тут и взрослая я по вечернему парку как злой колобок.
Семейным анкетированием узнали о множестве новых Маруськиных пристрастиях. Оказалось, что ничего лучше нет, чем стоматология. Из кресла врача, конечно. И теперь это в мечте о будущем и в играх настоящих.
Из того же анкетирования: «Если бы я была президентом, то сделала бы себе памятник. Нет, много памятников. Как зачем?! Пусть все видят, как я несомненно красива. Ну, может и что … умна».
