Рассказы о юных героях
Авторы: Валерий Воскобойников, Надежда Надеждина, Борис Никольский
Иллюстратор: Анатолий Пустовит
Издательство: Махаон, 2015
Серия: История Отечества
ISBN: 978-5-389-03646-8
Страниц: 144 (Офсет)
В моем отрочестве это были рассказы о пионерах-героях :) Каждого-каждого запомнила, потому что читала многократно: Зина Портнова, Марат Казей, Леня Голиков, Володя Дубинин, Валя Котик... Как будто мальчишки и девчонки из нашего двора, как будто СВОИ. И вместе с тем - недосягаемые, величественные в своем героическом подвиге, навеки юные...
О пионерах там и сейчас упоминается, но едва-едва, когда речь заходит, например, о пионерском лагере "Артек". Примета времени, что поделать... Современным детям пришлось бы для начала объяснить, кто такие пионеры.
Книга объединяет рассказы трех разных авторов, это обозначено и в содержании, и в тексте - в начале каждой главы. Большая часть написана Валерием Воскобойниковым и по одной главе - Надеждой Надеждиной ("Лара Михеенко") и Борисом Никольским ("Саша Бородулин").
У Надежды Надеждиной ("Лара Михеенко") повествование более лиричное: "Она любила одуванчики - самые простые цветы городского пустыря. Тяжело болея скарлатиной, Лара сказала матери:
- Мама, чего ты плачешь? Боишься, что я умру? А я стану пуховочкой одуванчика и буду летать по всему свету, к тебе прилечу, и ты вспомнишь меня.
Она любила и лепестки одуванчиков, яркие, как солнце. В ней самой было солнце. Казалось, что золотистые искры вспыхивают в ее карих глазах, в кудрявых каштановых волосах".
Бросилось в глаза, как по-разному описывают финальную сцену - гибель своего героя - Борис Никольский и Валерий Воскобойников. Борис Никольский: "Потом наступила короткая передышка. Кольцо замкнулось. Немцы что-то кричали. Наверно, они предлагали сдаваться.
Саша поднял голову и посмотрел в небо. Солнце уже стояло высоко, над самой головой. Значит, он все же продержался не так уж мало времени...
Он вдруг подумал, что, может быть, в последний раз видит солнце. Пока шел бой, он совсем не думал об этом.
А теперь наступила тишина. Как это - все останется, а его не будет?
Хоть бы скорее кончилась эта тишина!
Он вытер рукавом пот со лба, вынул гранату и стал ждать.
Граната его не подведет. Пусть только они подойдут поближе.
Немцы были уже рядом. Они совсем осмелели. Саша уже видел их сапоги. Один немец наклонился и что-то сказал.
В ответ раздался взрыв...
Отряд уходил все глубже и глубже в лес. Все слабее становилась там, позади, далекая перестрелка. Выстрелы звучали все реже. А потом их не стало слышно совсем. Двадцать пять человек молчали и продолжали упорно идти вперед". Вот это ПОНИМАЮЩЕЕ молчание, по-моему, сродни молчанию военного летчика, по которому в "Вот как это было" Юрия Германа главный герой Мишка понимает, что погибли все, кроме них двоих.
У Воскобойникова практически нет таких сцен. Вот, например, про Володю Дубинина:
"- Сынок, может, не пойдешь? - робко спросила мать. - Навоевался уже! Хватит.
- Кто же, если не я, им поможет?! - горячился он. - Без меня там не обойтись.
Это были последние слова, которые мать услышала от своего сына. Быстро собравшись, Володя выскочил из дома. А мать словно чувствовала надвигавшуюся беду. И когда раздался страшный взрыв, вновь взбудораживший Керчь, а спустя некоторое время в дом вошел командир и за ним - несколько партизан с потемневшими от горя лицами, она мгновенно все поняла.
Разведчик Володя Дубинин вместе с одним из саперов подорвался на мине 4 января 1942 года. Юный герой был посмертно награжден орденом Красного Знамени".
Помню, как ревела в детстве над этими историями про пионеров-героев, как невыносимо, как мучительно жаль мне их было... А тут, признаться, ком в горле не встал. Какое-то спокойное, повествовательное стремление донести факты. Хочется немного больше теплоты, сострадания к юным мальчишкам и девчонкам, в общем-то еще детям. С другой стороны, это все-таки не художественное произведение.
Так или иначе, я глубоко убеждена в том, что сейчас такая литература нам нужна как никогда - чтобы ветер перемен ненароком не унес с собой нечто очень важное - нашу национальную память, нашу общую боль и общую гордость. Чтобы дети знали, как это было, и сумели передать своим детям и дальше - в будущее.
Корешок:
Шрифт крупный, традиционного начертания, хорошо различим на белом фоне, читать комфортно. Иллюстрации не на каждом развороте, но их довольно много - через один, через два разворота.
