Об ожидании и ожиданиях...

С семьей К. и В. мы дружим давно. Видимся не реже раза в месяц, а в остальное время перезваниваемся и (чаще) переписываемся. Таким образом, К. существует для меня исключительно в сопряжении с ее супругом В., с которым мой муж знаком еще со школы. По этой причине я не могу сказать, что знаю и понимаю К. лучше, чем саму себя, однако об одной истории, произошедшей с ней, хотела бы рассказать.

К. забеременела всего на месяц раньше меня, и так уж вышло, что наши семьи сообщили друг другу о желанном и в том, и в другом случае прибавлении в один вечер.

К. выглядела очень счастливой и очень организованной. Она показывала мне аккуратно разложенные по папочкам медицинские документы, скачанные из интернета статьи о беременности, родах и уходе за новорожденным, и флаеры со скидками из магазинов с детской одеждой. Глядя на все эти папочки, я все больше погружалась в растерянность. На тот момент я еще даже не выбрала своего врача, с трудом представляла себе, что и в каких количествах понадобится моему ребенку, и уж тем более, что я буду с ним делать, когда он собственно появится на свет и обретет статус новорожденного. То, что К. беременна недели на четыре дольше, чем я, меня не успокаивало, так как я прекрасно понимала, что и через четыре недели я не обзаведусь никакими папочками. На тот момент я знала только, что очень хочу кваса, который не так-то просто купить в Венгрии, где мы живем.

После этой встречи я еще очень долго думала о том, что, возможно, я недостаточно серьезно подхожу к процессу ожидания ребенка, однако ничего кардинально в своем поведении не меняла, у меня просто не было на это времени, ну, или я не умела это время находить.

Когда и К., и я благополучно миновали первый триместр беременности, К. начала скидывать мне ссылки на всевозможные курсы, семинары и вебинары для будущих мам, школы йоги, предлагающие занятия для беременных, и сайты по продаже детских товаров.

Я поражалась. К. и работала, и занималась домом ( они с В. только что переехали в новую квартиру), да еще и доучивалась в аспирантуре. Когда же, когда она успевала собирать и тщательно классифицировать всю эту информацию, ведь я, даже получая ее в уже готовом виде, просто не успевала всего этого читать.

Весной мы с К. стали вместе ходить на йогу. Каждый раз после йоги мы гуляли в парке и разговаривали. К. в подробностях расписывала мне свой план по воспитанию дочери, составленный, как мне казалось, лет на восемнадцать вперед. К. все прочла, все учла и закупила все необходимое. Она была готова и с нетерпением ожидала рождения дочери аккурат первого числа (в установленный ее гинекологом день).

И вот дочь родилась. Но не первого, а пятого...С первого по пятое число К. очень нервничала и жаловалась мне по телефону, что очень не любит, когда дела идут не по плану. "Но ты же не можешь спланировать каждый свой день от и до, особенно с маленьким ребенком", - отвечала я К. "Я смогу", - отвечала она.

И вот, К. родила и на пару месяцев пропала из виду. И ей было некогда, и мне хотелось побыть наедине с собой перед рождением сына. И вот, вскоре после того, как моему ребенку исполнился месяц, мы с К. снова встретились.

К. выглядела очень уставшей, что, собственно, неудивительно, я и сама выглядела не самым лучшим в своей жизни образом. Сына мучили колики, он плохо спал и часто плакал. Мы с мужем совсем не высыпались. Однако во внешнем виде К. было нечто, чего я совершенно не находила в себе. А именно - отчаяние. Я удивилась. В семье К. и В.родилась очаровательная здоровая девочка. Она (по рассказам К. и В.) хорошо ела и спала, только вот иногда по вечерам мучилась коликами. Ничего из ряда вон выходящего. Когда они с В. рассказывали нам, как проходят теперь их дни, мы с мужем только понимающе кивали :с незначительными поправками у нас было то же самое.

Закончив рассказ о ежедневных кормлениях, сменах подгузников, прогулках и вечерних купаниях, К. выдохнула: "Я уже записалась на прием к психологу. Иначе я просто сойду с ума."

Мы с мужем переглянулись. " У нас ничего, ничего не получается, - продолжала К. - Чуть что не по ней - она плачет. Иногда начинает кричать прямо на прогулке и нам приходится идти домой, не погуляв с ней и получаса. Я укладываю ее спать днем, но вместо положенных трех часов она спит всего час. Я не успеваю сделать и половины из того, что запланировано. Мы - плохие родители, я - плохая мать.

К. все говорила, говорила, говорила,и становилось ясно: К. принимала радужный мир книжек и семинаров о материнстве и воспитании за реальность. Ей чудилось, что с рождением дочери ее жизнь превратится в этакий рекламный постер на котором она - сияющая,бесконечно женственная мать в струящихся одеждах - держит на руках свое розовощекое смеющееся дитя...Между строк в книгах об уходе за детьми она отчего-то не прочитала, что скорее всего будут дни, когда из зеркала на нее будет смотреть уставшая всклокоченная женщина в одежде с пятнами от молока и еще бог знает чего...Когда времени не хватит даже на приготовление яичницы, не то что изысканного обеда из трех блюд...Когда ребенок будет не улыбаться, а плакать, а может, орать...И да, не всегда она будет знать, чем своему ребенку помочь...И самое главное, что все это совершенно нормально.

Казалось бы, в нежелании К. быть уставшей, замученной, плохо выглядящей женщиной нет ничего плохого, даже наоборот. Однако на практике вышло, что именно нежелание и превратило ее в эту самую измотанную рутиной женщину. К. настолько оказалась не готова видеть и принимать себя такой, что от неожиданности просто не находила сил изменить ситуацию... Когда ничего не шло по плану, она опускала руки, вместо того, чтобы быстро сменить план А на план Б, и пусть и не встретить вернувшегося с работы мужа с романтичной укладкой на голове и фаршированной уткой на обеденном столе, но хотя бы принять контрастный душ, собрать волосы в аккуратный пучок и попросить мужа купить по дороге с работы еды на вынос в их любимой китайской кафешке...

Усталость накапливалась, умножалась на ощущение собственной беспомощности и в результате все это вылилось в самую настоящую депрессию.

К. - умной, красивой женщине,матери чудесной девочки и жене толкового заботливого мужчины - пришлось пройти целый курс психотерапии, чтобы выйти из этого гнетущего состояния.

Мы встретились с ней снова через месяц после терапии. К. в удобном домашнем костюме спокойно улыбалась и пила чай на слегка неприбранной кухне. Мы тихо разговаривали о новом фильме, который они с В. смотрели на выходных, и их ожидаемой поездке на отдых. Больше К. не цитировала умных книг. Ее дочка спала в соседней комнате. Она проснулась через час вместо положенных трех. К. спокойно взяла ее на руки и вернулась ко мне на кухню допивать чай.

- Теперь ты такая же неорганизованная мамаша, как и я, - сказала я К.

- Ура, - ответила она.