МАМА, ПОИГРАЙ СО МНОЙ!
Почему-то разом ко мне на прием (я - психолог) пришли три мамы, которые беспокоятся, что они не играют с детьми. И поэтому считают себя плохими матерями. Хотя все остальное они делают исправно, детки у них вполне себе развитые и здоровые, но вот «поиграть с ребенком» - проблема. В чем дело?
Я начала спрашивать, что они вкладывают в понятие «поиграть». Речь идет о буквальных действиях: сесть рядом с ребенком и долго, час-полтора, играть в «дочки-матери», в кубики, собирать конструкторы и пазлы. У мам не хватает терпения, им скучно, дела опять же стоят. Начинает нарастать раздражение, они сердятся на малыша, стараются смыться, как со скучного урока.
Вот тут стоп. Пошла тема агрессии и вынужденных действий. Как будто занятия с ребенком - это скучная обязаловка, приговор суда и тяжкий крест, который хочешь-не хочешь, а нести надо.
Кто и когда сказал этим мамам, что играть и развлекать малыша - обязательное условие «правильного материнства»? С чего они решили, что должны?
«Но он же просит!» - обычно говорят мамы. «Везде написано, что с ребенком надо играть, а то вырастет (аутистом, социально неразвитым, дураком, дебилом, чужим - в зависимости от того, чего мама больше всего боится).
Не знаю, как вы, а в нашей немаленькой семье с детьми играть было не принято. Все мамы всегда были настолько загружены хозяйством, что присесть рядом с дитятком минут на десять, поучаствовать хоть в одном раскладе детского лото, поставить пару кубиков на верх башни почиталось за отдых и раслабуху. То же самое и с гулянием: торчать часами на детской площадке было некогда, разве что языками с соседкой зацепишься, тоже передышка.
Но! С детьми всегда разговаривали, их не прогоняли из-за взрослого стола, когда начинали обсуждать сложные проблемы, по дороге играли в словесные игры, использовали любой способ, чтобы чему-то научить между делом.
Вчера сижу с учеником (11-й класс, в МГУ собирается поступать). Накидала ему однокоренных, но не очевидных слов, типа «авангард, гвардия, гардемарины, аванс, авансцена, авантюра», и прошу вывести значение корней. Мальчик сидит, не въезжает, глазами хлопает. А я думаю: откуда же мы все это знали? А вот дедушка, когда мы в метро ездили, всегда играл с нами в нечто подобное, когда мне было лет восемь, а брату - пять. А папа нас учил считать на примере игры в 21 очко. Очень быстро научились.
Я с детьми редко играю (игровая терапия на приеме не в счет, там совсем другие задачи и процессы). Мне и правда скучно. Так, на бегу могу что-нибудь показать, подтолкнуть в направлении, подкинуть идейку. Дальше сами. Не больше пяти минут за один присест получается. Но такое впечатление, что им больше и нужно.
Итого. Делюсь своими наработками.
Совсем малышам-ползункам лучше быть на «вольном выпасе» на полу в кухне, куда можно сбрасывать различные предметы, но при этом постоянно комментировать и называть их действия, чтобы пополнялся пассивный словарь. Не таскать ребенка за собой, если выходите из кухни, а побуждать его ползти или ковылять за вами. В возрасте примерно до полутора лет физическое развитие тянет за собой умственное, не забывайте об этом.
Тоддлеры-топтуны уже в состоянии что-то изображать, если им дать игрушечный аналог, максимально похожий на настоящий предмет. То есть, двухлетке нужны кастрюли, молотки, швейные машинки - игрушечные, но «как настоящие». И учтите, что время для них течет иначе, пятнадцать минут - это очень долго. Им нужно минимум предметов в поле зрения в единицу времени. Один молоток и четыре гвоздя. Все остальное убрать и выдавать через пятнадцать минут, в обмен на молоток. Да, суетно и мешкотно, зато на улице они уже играют вполне автономно.
Примерно с трех лет у детей начинает работать фантазия, предметы для игры становятся все более абстрактными, а для игр нужны партнеры. Мамино участие требуется все меньше и меньше (в норме, если предыдущие этапы благополучно освоены). Освоение фантазийного мира продолжается лет до пяти, потом мама уже совсем не нужна, разве что как подавальщица и уборщица.
Это совершенно не означает, что мама не может получать удовольствие от совместных игр с дитями. Просто пусть это будут те игры, которые мама любит. Я люблю Скраббл, подвижные игры с мячом, Сет и всяческие карты. Не люблю дочки-матери и «строить домик под столом». Ну и не играю в них никогда, только тарелки с едой мечу под стол.
После шести лет дети полностью переселяются во внутренние миры, для игр не нужен никакой реквизит вообще, одна и та же палочка может быть градусником, палкой регулировщика, волшебной палочкой и так далее. То есть в четыре года кухня Барби со всеми причиндалами - хит сезона, а в семь лет лучше дарить что-то для самостоятельного творчества.
Самое главное, что я хочу донести до мам: играть с ребенком не обязательно! И заниматься предметно тоже. (Кажется, я это уже говорила?)
Разговаривать, брать на руки, подсовывать странные, не предназначенные для детей предметы, побуждающие включать фантазию - да. Но не сидеть и вымучивать из себя задания и занятия, потому что «так надо».
Катерина Демина
Почему-то разом ко мне на прием (я - психолог) пришли три мамы, которые беспокоятся, что они не играют с детьми. И поэтому считают себя плохими матерями. Хотя все остальное они делают исправно, детки у них вполне себе развитые и здоровые, но вот «поиграть с ребенком» - проблема. В чем дело?
Я начала спрашивать, что они вкладывают в понятие «поиграть». Речь идет о буквальных действиях: сесть рядом с ребенком и долго, час-полтора, играть в «дочки-матери», в кубики, собирать конструкторы и пазлы. У мам не хватает терпения, им скучно, дела опять же стоят. Начинает нарастать раздражение, они сердятся на малыша, стараются смыться, как со скучного урока.
Вот тут стоп. Пошла тема агрессии и вынужденных действий. Как будто занятия с ребенком - это скучная обязаловка, приговор суда и тяжкий крест, который хочешь-не хочешь, а нести надо.
Кто и когда сказал этим мамам, что играть и развлекать малыша - обязательное условие «правильного материнства»? С чего они решили, что должны?
«Но он же просит!» - обычно говорят мамы. «Везде написано, что с ребенком надо играть, а то вырастет (аутистом, социально неразвитым, дураком, дебилом, чужим - в зависимости от того, чего мама больше всего боится).
Не знаю, как вы, а в нашей немаленькой семье с детьми играть было не принято. Все мамы всегда были настолько загружены хозяйством, что присесть рядом с дитятком минут на десять, поучаствовать хоть в одном раскладе детского лото, поставить пару кубиков на верх башни почиталось за отдых и раслабуху. То же самое и с гулянием: торчать часами на детской площадке было некогда, разве что языками с соседкой зацепишься, тоже передышка.
Но! С детьми всегда разговаривали, их не прогоняли из-за взрослого стола, когда начинали обсуждать сложные проблемы, по дороге играли в словесные игры, использовали любой способ, чтобы чему-то научить между делом.
Вчера сижу с учеником (11-й класс, в МГУ собирается поступать). Накидала ему однокоренных, но не очевидных слов, типа «авангард, гвардия, гардемарины, аванс, авансцена, авантюра», и прошу вывести значение корней. Мальчик сидит, не въезжает, глазами хлопает. А я думаю: откуда же мы все это знали? А вот дедушка, когда мы в метро ездили, всегда играл с нами в нечто подобное, когда мне было лет восемь, а брату - пять. А папа нас учил считать на примере игры в 21 очко. Очень быстро научились.
Я с детьми редко играю (игровая терапия на приеме не в счет, там совсем другие задачи и процессы). Мне и правда скучно. Так, на бегу могу что-нибудь показать, подтолкнуть в направлении, подкинуть идейку. Дальше сами. Не больше пяти минут за один присест получается. Но такое впечатление, что им больше и нужно.
Итого. Делюсь своими наработками.
Совсем малышам-ползункам лучше быть на «вольном выпасе» на полу в кухне, куда можно сбрасывать различные предметы, но при этом постоянно комментировать и называть их действия, чтобы пополнялся пассивный словарь. Не таскать ребенка за собой, если выходите из кухни, а побуждать его ползти или ковылять за вами. В возрасте примерно до полутора лет физическое развитие тянет за собой умственное, не забывайте об этом.
Тоддлеры-топтуны уже в состоянии что-то изображать, если им дать игрушечный аналог, максимально похожий на настоящий предмет. То есть, двухлетке нужны кастрюли, молотки, швейные машинки - игрушечные, но «как настоящие». И учтите, что время для них течет иначе, пятнадцать минут - это очень долго. Им нужно минимум предметов в поле зрения в единицу времени. Один молоток и четыре гвоздя. Все остальное убрать и выдавать через пятнадцать минут, в обмен на молоток. Да, суетно и мешкотно, зато на улице они уже играют вполне автономно.
Примерно с трех лет у детей начинает работать фантазия, предметы для игры становятся все более абстрактными, а для игр нужны партнеры. Мамино участие требуется все меньше и меньше (в норме, если предыдущие этапы благополучно освоены). Освоение фантазийного мира продолжается лет до пяти, потом мама уже совсем не нужна, разве что как подавальщица и уборщица.
Это совершенно не означает, что мама не может получать удовольствие от совместных игр с дитями. Просто пусть это будут те игры, которые мама любит. Я люблю Скраббл, подвижные игры с мячом, Сет и всяческие карты. Не люблю дочки-матери и «строить домик под столом». Ну и не играю в них никогда, только тарелки с едой мечу под стол.
После шести лет дети полностью переселяются во внутренние миры, для игр не нужен никакой реквизит вообще, одна и та же палочка может быть градусником, палкой регулировщика, волшебной палочкой и так далее. То есть в четыре года кухня Барби со всеми причиндалами - хит сезона, а в семь лет лучше дарить что-то для самостоятельного творчества.
Самое главное, что я хочу донести до мам: играть с ребенком не обязательно! И заниматься предметно тоже. (Кажется, я это уже говорила?)
Разговаривать, брать на руки, подсовывать странные, не предназначенные для детей предметы, побуждающие включать фантазию - да. Но не сидеть и вымучивать из себя задания и занятия, потому что «так надо».
Катерина Демина