Совершенно не могу пройти мимо обсуждения этой книжки. Хотя по прошествии времени страсти заметно поутихли.
Я знала о существовании этой книги давно, но не покупала её, считая безделушкой. Не купила и до сих пор. Но мы с сыном 6 лет прочли и посмотрели её в интернете. Вспомнить об этой книжке меня заставили многочисленные шутки сына (взращенные на благодатной почве детского сада) о «жопках» и «какашках». Ни то, ни другое слово меня не коробит само по себе. Но поначалу удивил тот драйв, с которым мой (вполне, кстати, воспитанный и покладистый ребёнок) произносил различные фразы с этими словами, отчего они приобретали поистине раблезианский размах. Я не ругалась, боже упаси. Просто призадумалась и поняла, что всё это свойственно ВСЕМ нормальным детям и свидетельствует о каком-то новом витке психического развития. А кто пишет о том, что в их доме дети не произносят «гнусных» слов, тем я попросту не верю: либо всё ещё впереди, либо это уже, увы, уходит в область комплексов. Вот тогда-то мы и прочитали про крота-бедолагу.
Я внимательно прочла многичисленные отзывы на эту книжку и просто поражена, насколько в нас самих сильны комплексы и однобокость восприятия действительности. Многие (почему-то) воспринимают книгу как что-то заоблачно-прекрасное, не уставая всякий раз упоминать при этом Пушкина и компанию. (Забывая почему-то, что тот же Пушкин был большой баловник по части экспериментов с обсценной лексикой). Книга - это часть искусства, которое пытается осветить нашу жизнь с особой стороны, типизировать её. А ещё искусство постоянно ищет новые области и возможности. Вспомните «Улисса» Джойса, постмодернистскую поэтику… Рабле тоже когда-то произвёл духовную и эстетическую революцию. Он - великий гуманист эпохи Возрождения, а ведь тема обжорства, фекалий, других физиологических процессов представлена у него обширно. Или вспомним Гриммельсгаузена, герои романа которого с завидной регулярностью «пускают ветры». Да что там говорить…
Вернёмся к какашкам. Преувеличенное отношение к этому процессу не может пойти на пользу. К таким естественным процессам и нужно относиться естественно. Неужели мы воротим нос, когда меняем пелёнку или подгузник младенцу?? Зачем мы тщательно рассматриваем содержимое горшка, а в следующий момент грозим пальцем, если ребёнок употребил какие-нибудь НЕ ТЕ слова?? Да, мы не должны употреблять этих слов повсеместно. Понятно, что есть нормы поведения и пр. Но это не значит, что мы должны вздрагивать от слов «грудь/титя», «попка» и др. И это не деградация отдельной личности. В какой-то степени это уровень личной свободы и собственного самосознания.
Я считаю, что книга про крота имеет право быть. Как и анекдоты и истории на соответствующую тему, над которыми смеются тем самым раблезианским смехом ОСВОБОЖДЕНИЯ. Об этом писал и Дж. Родари в «Грамматике фантазии», указывая на мощный психический прорыв и облегчение, когда дети говорят «запретные» слова.
По моему глубокому убеждению, намного больший вред приносят те шлепки по заду, которые мы обильно выдаём своим детям. Даже не подозревая о том, что запускаем мощнейший сексуальный момент, ломая и травмируя ребёнка. А какашки… Ну что какашки? Они вон на улице лежат толстым слоем (к сожалению).
Могу уверить: деградация общества тут ни при чём. Дело в другом. Насколько мы принимаем самих себя и других, где лежат наши собственные границы дозволенного. И напоследок приведу очень знаковую цитату из «Грамматики фантазии» Дж. Родари:
«Если я когда-нибудь напишу эту историю (про какашки одного мальчика), я вручу рукопись нотариусу с завещательным распоряжением опубликовать её году этак в 2017-м, когда такое эстетическое понятие, как «дурной вкус», претерпит необходимую и неизбежную эволюцию. В то далёкое будущее время «дурным вкусом» будет считаться эксплуатировать чужой труд и сажать в тюрьму ни в чём не повинных людей; дети же, напротив, будут иметь право придумывать «про какашку» поистине нравоучительные истории.» (1978 г.)