Сейчас по дороге на работу в метро читаю книгу стихов Пастернака, взятую в библиотеке.
Прочитала роман в стихах "Спекторский", ничерташеньки не поняла. Съездила специально в другую библиотеку на Чистых прудах, взяла там комментарий к этой книге. С комментариями стало гораздо понятнее.
И вот вчера, читая комментарий, натолкнулась там на знакомое имя.
Александр Осипович Гавронский.
Сразу вспомнила, что уже встречала это имя в книге Тамары Петкевич "Жизнь - сапожок не парный". Только там этот человек был учителем и духовным наставником Тамары Петкевич.
Этот факт меня заинтересовал. Вот что удалось выяснить , погуглив информацию в сети.
Связь Бориса Пастернака с братьями Гавронскими (Дмитрием и Александром) относится к юношескому, «марбургскому» периоду жизни поэта и во многом определила его судьбу — как в личной жизни, так и в творчестве.Семья Гавронских состояла в близком родстве с богатейшей династией чаеторговцев Высоцких (мать братьев Гавронских, Любовь Васильевна, была дочерью «чайного короля» Вульфа Высоцкого). С Высоцкими и Гавронскими тесно дружила семья художника Леонида Пастернака, отца поэта.
Ключевые точки пересечения Пастернака с братьями Гавронскими:
1. Дмитрий Гавронский и Марбургский университет
Дмитрий Осипович Гавронский (кузен Иды Высоцкой, первой глубокой любви Пастернака) учился в Германии на философском факультете Марбургского университета.
Именно от Дмитрия Гавронского и сестер Высоцких молодой Борис Пастернак впервые услышал о знаменитой Марбургской неокантианской философской школе и ее профессорах Германe Когене и Пауле Наторпе.
Вдохновившись рассказами Дмитрия, Пастернак весной 1912 года уговорил родителей отпустить его на учебу в Марбург. Эта поездка стала переломной: именно там, пережив отказ Иды Высоцкой и глубокий кризис, Пастернак окончательно оставил философию ради поэзии.
2. Александр Гавронский: дружба и прототип в творчестве
С родным братом Дмитрия — Александром Осиповичем Гавронским (в будущем — философом, режиссером театра и немого кино) — у Пастернака в юности сложились очень близкие, но сложные и эмоциональные отношения.
Сохранились неотправленные письма Пастернака к Александру этого периода, в которых поэт пытался предостеречь друга от юношеского цинизма.
Литературный след:
Личность Александра Гавронского оставила яркий след в поэзии Пастернака. Именно он послужил основным прототипом персонажа Сашки Бальца в знаменитом пастернаковском романе в стихах «Спекторский».
Судьба Александра Гавронского сложилась трагически: в советское время он был репрессирован и провел в сталинских лагерях и ссылках в общей сложности более 20 лет, практически исчезнув из истории раннего советского кинематографа.
Связь между Гавронским и Тамарой Петкевич
Они познакомились в ГУЛАГе. Их знакомство переросло в глубокие духовные отношения, которые они пронесли через всю оставшуюся жизнь. Тамара Петкевич называла Гавронского своим «первым и главным Учителем», человеком, который спас ее личность от разрушения в лагере.
1. Лагерная встреча и спасение искусством
В 1943 году Тамара Петкевич, осужденная на 7 лет лагерей по политической 58-й статье, попала в Коми АССР (Севжелдорлаг). После тяжелейших работ на лесоповале и цинги она была комиссована по инвалидности в лазарет. Именно там ее заметили и зачислили в Театрально-эстрадный коллектив (ТЭК) заключенных, руководителем и режиссером которого был Александр Гавронский — к тому времени уже много лет находившийся в заключении.
Гавронский разглядел в истощенной, пережившей личные трагедии девушке глубокий актерский и человеческий потенциал. Он стал обучать ее актерскому мастерству. Лагерный театр под руководством Гавронского ставил Чехова и Островского. Благодаря Гавронскому она вышла из лагеря профессиональной актрисой, а театр стал делом всей ее жизни.
2. Пожизненная дружба и «эпистолярный роман»
Их духовная связь не прервалась и после освобождения. Они продолжали переписываться и изредка видеться, когда Гавронский находился в ссылке.Их общение носило характер высочайшего интеллектуального и эмоционального родства:
Гавронский, человек блестящей европейской культуры (ученик Марбурга и Сорбонны), стал для Тамары главным ориентиром в мире литературы, философии и этики.
3. Литературный памятник: «Шепот пепла»
Впервые широкая публика узнала об Александре Гавронском именно из культовой лагерной мемуарной книги Тамары Петкевич "Жизнь - сапожок не парный".
А на исходе своей жизни, весной 2017 года, незадолго до смерти в возрасте 97 лет, Тамара Петкевич опубликовала книгу писем Гавронского к ней за 1945–1955 годы под названием «Шепот пепла». Письма самой Петкевич к Гавронскому не сохранились — в условиях обысков он был вынужден сжечь их ради ее безопасности. Эта книга стала памятником человеку, который, пройдя через 20 лет лагерей, сумел сохранить в себе и передать другим огонь истинной культуры.