Весна 1997.
После того как температура снизилась, я перестала узнавать своего ребёнка. Ранее весёлый и постоянно улыбающийся Дениска превратился в строгую несмеяну, опасающегося всего чего только можно. за неделю болезни потерялись все приобретённые навыки. Перестал ходить, говорить, интересоваться игрушками. Отказывался кушать. Приходилось кормить силой.
Появился мышечный тонус в ногах и руках. Кулачки не возможно было разжать даже взрослому. Ступни всегда были вытянуты, как если бы Денис ходил на носочках. Я растирала ноги и руки, как могла, как умела. После 15 минут массажа, руки и ноги не много отпускало. Руками Денис практически перестал брать предметы.
Появились ночные судороги. Просыпался, плакал, мы с мужем растирали ноги и руки в течении минут 20, потом Денис писал и успокаивался. За ночь это могло повториться раза 2-3.
Педиатр, невролог из районной поликлиники услышав от меня, что так повлияла прививка, стали меня разубеждать, что дескать я раньше этих проблем не замечала. И обвинили меня в том, что я не ухаживаю должным образом за ребёнком. Больше у этих специалистов я не появлялась.
Когда Денису было 1.3 родилась моя дочь Марина.
Т.к. мне тяжело было с двумя не ходячими детьми ездить куда либо, вызвали невролога из Симашко. Она тоже отрацала, что это последствия прививки. Но назначила противосудорожные препараты. Назначила обследование.
Препараты снизили количество судорог, но не избавили от них.
Энцефалограмма показала внутречерепное давление.
Походы по специалистам и различным клиникам продолжался. Не всегда можно было вызвать доктора на дом. Приходилось ездить к ним. Муж работал, бабушка работала. С Мариной не кого было оставлять. И я приспособилась. Марину сажала в кенгуру, сзади на себя вешала рюкзак со все возможными припасами, салфетками, бутылочками, игрушками, а сбоку на бедро, верхом сажала Дениса. Так и передвигались.
Не буду врать, что мне было легко и я чудесным образом переносила все эти поездки, как морально так и физически. Но вот как то не особо задумывалась об этом. Надо...Собиралась и шла.
Сейчас конечно на много легче передвигаться по городу, метро, городскому транспорту с детьми. Можно легко ездить с коляской. Много подьёмников, троллейбусы и автобусы с низкой посадкой.
Я уже стала набираться какого то опыта и решила, что если лечение не помогает в течении месяца, то надо искать другое лечение. Конечно же я не рассчитывала, что за месяц Денис поправится и станет прежним. Но ведь должен быть хоть какой то положительный результат, положительная динамика.
Так прошли четыре месяца. Мы жили в коммунальной квартире. У моей мамы тоже была комната в коммуналке и мы решили, что надо эти две комнаты объединить и обменять их на отдельную квартиру. Сказано-сделано. Нашлись знакомые, которые занимались недвижимостью, стали предлагать варианты обмена. Мы посмотрели несколько вариантов и остановились на двухкомнатной квартире в Гольяново. Через месяц переехали.
После того как температура снизилась, я перестала узнавать своего ребёнка. Ранее весёлый и постоянно улыбающийся Дениска превратился в строгую несмеяну, опасающегося всего чего только можно. за неделю болезни потерялись все приобретённые навыки. Перестал ходить, говорить, интересоваться игрушками. Отказывался кушать. Приходилось кормить силой.
Появился мышечный тонус в ногах и руках. Кулачки не возможно было разжать даже взрослому. Ступни всегда были вытянуты, как если бы Денис ходил на носочках. Я растирала ноги и руки, как могла, как умела. После 15 минут массажа, руки и ноги не много отпускало. Руками Денис практически перестал брать предметы.
Появились ночные судороги. Просыпался, плакал, мы с мужем растирали ноги и руки в течении минут 20, потом Денис писал и успокаивался. За ночь это могло повториться раза 2-3.
Педиатр, невролог из районной поликлиники услышав от меня, что так повлияла прививка, стали меня разубеждать, что дескать я раньше этих проблем не замечала. И обвинили меня в том, что я не ухаживаю должным образом за ребёнком. Больше у этих специалистов я не появлялась.
Когда Денису было 1.3 родилась моя дочь Марина.
Т.к. мне тяжело было с двумя не ходячими детьми ездить куда либо, вызвали невролога из Симашко. Она тоже отрацала, что это последствия прививки. Но назначила противосудорожные препараты. Назначила обследование.
Препараты снизили количество судорог, но не избавили от них.
Энцефалограмма показала внутречерепное давление.
Походы по специалистам и различным клиникам продолжался. Не всегда можно было вызвать доктора на дом. Приходилось ездить к ним. Муж работал, бабушка работала. С Мариной не кого было оставлять. И я приспособилась. Марину сажала в кенгуру, сзади на себя вешала рюкзак со все возможными припасами, салфетками, бутылочками, игрушками, а сбоку на бедро, верхом сажала Дениса. Так и передвигались.
Не буду врать, что мне было легко и я чудесным образом переносила все эти поездки, как морально так и физически. Но вот как то не особо задумывалась об этом. Надо...Собиралась и шла.
Сейчас конечно на много легче передвигаться по городу, метро, городскому транспорту с детьми. Можно легко ездить с коляской. Много подьёмников, троллейбусы и автобусы с низкой посадкой.
Я уже стала набираться какого то опыта и решила, что если лечение не помогает в течении месяца, то надо искать другое лечение. Конечно же я не рассчитывала, что за месяц Денис поправится и станет прежним. Но ведь должен быть хоть какой то положительный результат, положительная динамика.
Так прошли четыре месяца. Мы жили в коммунальной квартире. У моей мамы тоже была комната в коммуналке и мы решили, что надо эти две комнаты объединить и обменять их на отдельную квартиру. Сказано-сделано. Нашлись знакомые, которые занимались недвижимостью, стали предлагать варианты обмена. Мы посмотрели несколько вариантов и остановились на двухкомнатной квартире в Гольяново. Через месяц переехали.
