Изречения преп. Амвросия Оптинского

ВНИМАНИЕ!!! ДОКЛАД БОЛЬШОЙ!)

Галина Петровна Черкасова,
Государственный Исторический музей (Москва)

И, зажегши свечу, не ставят ея под сосудом,
но на подсвечнике, и светит всем в доме.

Мф. 5, 15

Быстротекущая река времени приближает благословенную Оптину пустынь к двум знаменательным датам. В 2012 году исполнится 200 лет со дня рождения прп. Амвросия Оптинского, а в октябре будущего 2011 года, 120 лет его праведной кончины.

На Поместном Соборе Русской Православной Церкви 6-9 июня 1988 года, в год 1000-летия Крещения Руси, преподобный Амвросий, этот яркий светильник русской святости, был первым из собора преподобных отцов и старцев Оптинских причислен к лику святых для всероссийского почитания.

Обретенные в 1998 году мощи старца Амвросия покоятся во Введенском соборе возрожденной Оптиной Пустыни. Рядом расположен образ Божией Матери «Спорительница хлебов», написанный по благословению старца Амвросия в последний год его земной жизни. Здесь, в этой святой обители, 52 года «духом любви неотступно пребывал»[1] старец Амвросий, являясь «наставником монашествующих, всем же людям учителем ревностным»[2]. Поток верующих, чтущих великого старца и прибегающих к его благодатным молитвам, не удалось остановить ни лихим годам безверия, ни годам поругания и разорения Оптиной пустыни.

Расцвет и величие Оптиной пустыни приходится на век XIX, когда в ней в полной мере было восстановлено, как образ духовного руководства, преемственное старчество. Начало старческому руководству в Оптиной пустыни было положено иеросхимонахом Львом (Леонидом) (Наголкиным), который был учеником ученика Паисия Величковского, схимонаха Феодора (Пользикова †1822). В течение двенадцати лет, с 1829 по 1841 годы, старец Лев совместно со своим ближайшим учеником и сотаинником иеромонахом Макарием (Ивановым †1860) установили тот порядок иноческой жизни, который, благодаря укреплению и процветанию в ней старческого подвига, вывел Оптину пустынь на особое положение в русском обществе. До закрытия обители, почти столетие, в ней существовало преемственное старчество, явившее миру целый сонм замечательных старцев, исполненных духа Христова, а сама обитель, благодаря им, стала в XIX веке духовным сердцем России.

Старец Амвросий (в миру Александр Михайлович Гренков) был тем любвеобильным нервом, который заставлял это сердце биться; к нему влекло людей разных сословий и званий, мирских и монашествующих, богатых и бедных, простецов и мудрецов для разрешения своих как духовных, так и житейских вопросов. Старец Лев и старец Макарий, которому первый передал своего любимого молодого послушника Сашу «из полы в полу», тем самым, поручив его особому попечению, стояли у духовной колыбели великого старца Амвросия. Возросший духовно под их руководством о. Амвросий старчествовать начал рано, с 1848 года, но еще как бы прикровенно. А вот 8 мая 1852 года старец о. Макарий, уезжая из скита в Москву, поручает духовное назидание братии о. Амвросию. И до конца земного пути старца о. Макария отец Амвросий оставался помощником ему по старчеству. После кончины старца о. Макария, последовавшей 7 сентября 1860 года, о. Амвросий будет нести бремя старческого служения до конца своей земной жизни.

Почти 30 лет, до последнего отъезда старца о. Амвросия в июле 1890 года в Шамординскую женскую общину, двери его хибарки, расположенной вблизи скитской ограды, справа от колокольни, будут открыты. Открыты для всех душ, ищущих спасения - и в этом отличительная черта оптинского старчества: оно служило всему русскому народу, сюда шли со всех концов России, находя утешение и духовное просвещение. По словам о. Агапита, старец о. Амвросий «бодрено стоял на божественной страже, всею своею любящей душей предавшись служению ближним, входя во все человеческие скорби, печали и немощи, помогая словом, делом и дарованиями духовными»[3].

Живое общение с народом Божиим, общие благословения, и уединенные беседы, вопросы и его ответы в «самой простой, отрывочной и нередко шутливой» форме - сколько же их было за эти годы? Современник пишет так: «ни звание человека, ни состояние не имели никакого значения в его глазах. Ему нужна была только душа человека, которая настолько была дорога для него, что он, забывая себя, всеми силами старался спасти ее, поставить на истинный путь. С утра до вечера, удрученный недугом, старец принимал посетителей, подавая каждому по потребности. Слова его принимались с верой и были законом. Благословение его или особенное внимание считалось великим счастьем; и удостоившиеся этого выходили от него крестясь и благодаря Бога за полученное утешение»[4].

Впечатление от общения со старцем Амвросием хорошо передают многочисленные воспоминания его духовных чад и посетителей, сохраненные в нескольких жизнеописаниях старца. В них же мы находим и отдельные изречения[5] старца, которые тщательно записывались и сохранялись в памяти беседующих с ним. Сказанное в яркой и образной, иногда шутливой форме, слово его, «растворенное солию благодати Божией, имело особую силу и было могуче - действенно»[6].

Было и другое пастырское служение старца Амвросия - его переписка с многочисленными духовными чадами, как монашествующими, так и мирянами. Это эпистолярное наследие старца содержит много мудрых наставлений и духовных советов для души, ищущей спасения. В основе их лежит евангельское и святоотеческое учение. Сам старец объяснял это так: «я свое мнение основываю на словах Священного Писания, чтобы оно было твердо»[7]. В его письмах есть ответы на многие вопросы, и каждое его слово направлено к одной цели - к спасению души того, кто к нему обращается.

Эти два направления в пастырском служении старца Амвросия - духовное окормление общества и переписка с многочисленной паствой - были основными, показывающими всю полноту и величие его духа. Нам оставлены воспоминания о нем современников, его духовных чад и посетителей его хибарки; жизнеописания, составленные разными авторами, дающие возможность представить его облик, его живую речь, согретую отеческою любовью, и, наконец, бесценные письма старца - назидательные и показывающие верный путь к спасению души.

Духовное Наследие[8] преподобного Амвросия Оптинского включает в себя:

1. Письма, написанные им в течение его пастырской деятельности как ответы на вопросы монашествующих - 432 письма, из них 41 письмо - это общие праздничные приветствия, написанные к праздникам Рождества и Пасхи с 1870 по апрель 1891 года; и ответы на вопросы мирян - 236 письма; и выделенные отдельно четыре письма, из которых три[9] написаны старцем Амвросием в конце 50-х годов разным адресатам от имени старца Макария и, вероятно, поэтому выделенные, и одно - письмо старца Амвросия к К.Н. Леонтьеву, впервые опубликованное Сергием Четвериковым в 1912 году в составленном им жизнеописании старца Амвросия.

2. Изречения старца Амвросия, записанные его духовными детьми, которые помещались в его различных жизнеописаниях.

В данной статье сделана попытка прикоснуться к сокровищнице духовной мудрости, оставленной старцем Амвросием, содержащейся во второй части его Духовного Наследия - в изречениях.

Понимая термин «изречение» как поучение, правило и замечательную мысль, становится понятно, насколько серьезна поставленная задача.

Вероятно, правильнее не разделять письма, которые предназначались для духовной пользы адресата и в которых содержались советы и назидания, и изречения, присутствующие в жизнеописаниях, а рассматривать их вместе, тем более что такой опыт уже есть.

Так, в первом обзоре эпистолярного наследия преподобного Амвросия, который был сделан в 1969 году игуменом Иоанном (Масловым), как кандидатская диссертация на кафедре патрологии Московской Духовной Академии, в части III, использованы изречения старца Амвросия, взятые как из писем, так и жизнеописаний.[10]

Данную работу с жизнеописаниями старца Амвросия следует рассматривать как некоторый предварительный подход к этой большой теме.

Жизнеописания преподобного Амвросия, в которых помещались изречения, стали появляться сразу после кончины старца, последовавшей 10(23) октября 1891 года. В дореволюционное время их было несколько.

Уже в № 12 за 1891 год журнала «Душеполезное чтение» и далее, в 1892 году, вышло сочинение Е. Поселянина[11] «Отец Амвросий», которое явилось первой публикацией о старце агиографического характера. Кстати, в ней находим и несколько изречений старца Амвросия[12]. Но главное, на что стоит обратить внимание, это горячий призыв автора, который был преданным духовным чадом старца: «Придет время, когда об отце Амвросии заговорит весь крещенный мир Русской земли, и тогда всякая черта его жизни, его кратчайшее слово, станет дорого. Когда это будет, известно Богу. А пока - на всех лицах, которым послан был дар узнать отца Амвросия и прочувствовать его образ, лежит долг - не утаивать такого сокровища. Самым малым силам должно исполнить все, что возможно; тогда, из хора негромких голосов, выйдет великая похвала, и один из основных и совершеннейших образов народного русского духа подымется во всей своей красоте»[13].

Призыв был услышан, и современники откликнулись - в Оптину пустынь стали приходить письма личной переписки, которые в монастыре тщательно переписывались и отправлялись обратно адресату. И уже с 1892 года журнал «Душеполезное чтение» начинает публиковать письма старца Амвросия вплоть до 1915 года, когда было напечатано последнее письмо, встречающееся в этом журнале. Некоторые письма печатались и в других изданиях, но все они или публиковались в журнале «Душеполезное чтение», или вошли в сборники писем старца Амвросия, изданные Оптиной пустынью. Уже в 1906 году Оптина пустынь издает сборник писем к мирянам, а в 1908-1909 годах - два сборника писем к монашествующим.

В это же время, с конца 1891 года, журнал «Душеполезное чтение» публикует и «Изречения старца Амвросия Оптинского, записанные разными лицами себе на память, преимущественно сестрами Шамординской, устроенной старцем, общины». В течение 1892 года их было опубликовано 90 в следующих номерах журнала №№ 1, 2, 3, 5 и 10[14]. К сожалению, обещанные журналом дальнейшие публикации не были осуществлены.

В это же время появляется и еще одно жизнеописание старца Амвросия, написанное архимандритом Григорием (Борисоглебским)[15] и напечатанное сначала в журнале «Душеполезное чтение», а затем вышедшее и отдельной книгой[16].

Наконец, в 1900 году выходит из печати жизнеописание старца Амвросия, составленное архимандритом Агапитом (Беловидовым)[17]. По этому поводу в «Летописи скита Оптиной пустыни» сделаны две записи[18], а в предисловии к изданию о. Агапит писал: «Первою и главною побудительною причиною к составлению предлагаемого жизнеописания оптинского старца, батюшки иеросхимонаха Амвросия, послужил священный долг Оптинской обители сохранить благодарную память о своем родном дорогом старце и великом благодетеле, изливавшем милости свои не только на сожительствовавших с ним отцев и братий, но и на других очень-очень многих лиц, вдали от него живших. Во-вторых, желалось составить жизнеописание старца возможно полное, собрав разные о нем сведения, появлявшиеся в печати в разное время и в разных духовных журналах, а также и в рукописях, и устные о нем рассказы близких к нему лиц. Наконец, в-третьих, хотелось представить сведения о жизни старца тщательно проверенные, так как во всех, доселе вышедших жизнеописаниях его замечаются погрешности».

«Немеркнующим памятником русской агиографии начала века» назвал это сочинение Р. Багдасаров, готовящий репринт этого издания в 1992 году в издательстве «Посад». «Оно сочетает в себе исчерпывающий набор сведений, строгую продуманность изложения и боговдохновенную озаренность в осмыслении жития тогда еще не канонизированного святого. Это житие пастыря, написанное пастырем, житие старца - другим старцем»[19].

Архимандрит о. Агапит был одним из столпов оптинского благочестия. Старцы о. Нектарий (Тихонов) и о. Варсонофий (Плиханков) были в числе многих скитских братий, которые пользовались духовным окормлением у о. Агапита. Над жизнеописанием прп. Амвросия о. Агапит работал по соборному благословению оптинских старцев во главе с о. Иосифом (Литовкиным). Этот труд готовился как наиболее полный материал для грядущей канонизации святого, в которой тогда никто не сомневался. «Когда это будет, известно Богу.» - писал Е. Поселянин; это свершилось через сто лет, но свершилось, и Слава Богу!

К 100-летию со дня рождения старца Амвросия, в 1912 году, «старая» Оптина издает последнее дореволюционное жизнеописание старца, написанное протоиереем Сергием Четвериковым[20]. Кроме появления новых источников о старце Амвросии, а именно: писем, сообщений и пр., вышедших к этому времени, автор объясняет свое побуждение составить новое описание жизни старца своим «желанием пожить в лучах его духовного света, пережить шаг за шагом обстоятельства жизни Старца», и «найти себе и назидание, и утешение, и нравственную опору»[21].

Из перечисленных четырех жизнеописаний старца Амвросия особого внимания заслуживает «Жизнеописание в Бозе почившего оптинского старца иеросхимонаха Амвросия с его портретом и факсимиле, в двух частях» Схиархимандрита о.Агапита (Беловидова). Вышедшее тиражом 1900 экземпляров, издание быстро было распродано. Дважды это оптинское издание, в 1965 и 1990 годах, репринтно переиздавалось в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле (США, штат Нью-Йорк); и, наконец, в 1992 году репринтно переиздается издательством «Посад» при участии Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, а в 1997 году вновь издано Оптиной Пустынью[22].

Это жизнеописание готовилось как наиболее полный материал, который собирался и редактировался одним из братий скита. Существует предположение, что этим собирателем мог быть о.Варсонофий (Плиханков), старец Оптиной пустыни, который в эти годы исполнял послушание летописца[23].

Жизнеописание старца Амвросия, написанное схиархимандритом о. Агапитом, по замечанию о. Сергия (Сидорова)[24], отличается особой духовной ясностью, передает дух учения великого старца, сохраняет звуки его речи и его внешний облик, заставляя почитать его не только как мужа мудрого, но преисполненного любовью к грешникам, как святого.

Внимательное прочтение этого жизнеописания выявило 401 изречение старца Амвросия в различных обстоятельствах - на общих благословениях, в беседах с духовными детьми, рассказанных притчах и т. п.

Сравнивая их со списком изречений, записанных сестрами Шамординской обители и опубликованных в журнале «Душеполезное чтение», нетрудно заметить, что большая их часть, а именно 50 изречений, включены о. Агапитом в свое сочинение иногда в несколько иной редакции, но, главное, часто с объяснением смысла изречения.

В НИОР РГБ в архиве Оптиной пустыни существуют «Записки о Шамординском монастыре»[25], которые необходимо посмотреть. Возможно, и там есть изречения, записанные сестрами монастыря при общении со старцем Амвросием.

Вероятно, дальнейшая работа над изречениями старца Амвросия должна быть поставлена так: внимательный анализ текста остальных трех жизнеописаний, сравнение с тем, что включено в жизнеописание старца Амвросия о. Агапитом и постепенное приближение к наиболее полному количеству изречений, оставленному нам современниками старца. При этом очень важно сравнение разных редакций одного и того же изречения.

В дальнейшем, следует сгруппировать их по определенным темам, напр.:

Спасение и пути его достижения:

- исполнение заповедей Божиих;

- покаяние и очищение сердца от страстей (тщеславие и гордость, самолюбие, уныние, сребролюбие, осуждение, зависть);

- самоукорение и смирение как основа любой добродетели;

- терпение находящих скорбей;

- страх Божий;

- молитва и пр.

А пока вернемся к о. Агапиту, одному из замечательных оптинских агиографов. В жизнеописании старца Амвросия, составленном о. Агапитом, подробном и достоверном, такова оптинская традиция, мы видим живого старца Амвросия - болезненного, часто страдающего, но мужа мудрого и преисполненного великой любви к приходящим к нему людям. Собранные изречения - это «звуки его речи», дошедшие до нас. Каждый из нас, вслушиваясь в них, непременно найдет что-то важное для себя, полезное на пути спасения. Вот некоторые из них:

• Три степени для спасения. Сказано у св. Иоанна Златоуста: а) не грешить, б) согрешивши каяться, в) кто плохо кается, тому терпеть находящие скорби.

• Спасение наше должно содеваться между страхом и надеждою. Никому ни в каком случае не должно предаваться отчаянию, но не следует и надеяться чрезмерно.

• Отчего люди грешат? Или оттого, что не знают, что должно делать и чего избегать; или, если знают, то забывают; если же не забывают, то ленятся, унывают.

• Это три исполина - уныние или леность, забвение и неведение - от которых связан весь род человеческий нерушимыми узами. А за тем уже следует нерадение со всем сонмищем злых страстей.

• Грехи как грецкие орехи - скорлупу расколешь, а зерно выковырить трудно.

Страх Божий есть начало очищения совести.

• Креста для человека (т.е. очистительных страданий душевных и телесных) Бог не творит. И как ни тяжек бывает у иного человека крест, который несет он в жизни, а все же дерево, из которого он сделан, всегда вырастает на почве его сердца.

• Когда человек идет прямым путем, для него и креста нет. Но, когда отступит от него, и начнет бросаться то в ту, то в другую сторону, вот тогда являются разные обстоятельства, которые и толкают его опять на прямой путь. Эти толчки и составляют для человека крест. Они бывают, конечно, разные, кому какие нужны.

• Смирение состоит в том, чтобы уступать другим и считать себя хуже всех. Это гораздо покойнее будет.

• Кто уступает, тот больше приобретает.

• Смиряйся, и все дела твои пойдут.

• Скука унынию внука, а лени дочь. Чтобы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись; тогда и скука пройдет и усердие придет. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь.

• Тщеславие и гордость - одно и тоже. Тщеславие выказывает свои дела, чтобы люди видели, как ходишь, как ловко делаешь. А гордость после этого начинает презирать всех. Как червяк сперва ползает, изгибается, так и тщеславие. А когда вырастут у него крылья, возлетает наверх, так и гордость.

• Благое говорить - серебро рассыпать, а благоразумное молчание - золото.

• Неисполненное обещание все равно, что хорошее дерево без плода.

• Где просто, там ангелов со сто; а где мудрено, там ни одного.

• Не надо верить приметам, и не будут исполняться.

• Кто нас корит, тот нам дарит; а кто хвалит, тот у нас крадет.

• Отчего человек бывает плох? Оттого, что забывает, что над ним Бог.

Будем верить, что духовное наследие великого старца будет постоянно изучаться, и новые драгоценные жемчужины его мудрости будут помогать нам, как и его современникам, жить и спасаться, надеясь на милость Божию и помня слова старца Амвросия: «Смотрите, крепко беритесь и держитесь за мою мантию...».