Что-то в городе, в воздухе, в текстах, местах и звонках.
Что-то сдвинулось с точки - Остара, весенняя радость.
На Никольской с утра говорят о крылатых волках, и крылатые волки невидимо шествуют рядом.
Что-то щёлкнуло - пальцами, в сердце, в часах вековых, и пошло, и поехало мимо всего, что не держит.
Мы своих узнаем не по скучному «кажется, вы», а по древнему чувству «я помню тебя без одежды».
Мы своих узнаем по походке и блеску в глазах, мощным лапам, ступающим тише луча или звука, мы своих узнаем до того, как об этом сказать, потому что однажды уже находили друг друга.
На Никольской с утра говорят о крылатых волках, люди смотрят наверх, но вопросы всегда о погоде.
Мнётся официант, и бариста наш медлит пока, и огромные крылья кому-то мешают в проходе.