Поехали с Лянкой забирать Лесю из садика. На самокате. И без слинга. Я, значит, еду, а Лянка (1 год и 10 месяцев) впереди стоит и за руль держится. Я Лянкины ножки одной ногой придерживаю, другой ногой отталкиваюсь, руками своими держу ее ручки в пухлых варежках. Едем, в общем. Наслаждаемся, по мере сил. Лянка так вообще, пищит "Уииии!" от восторга.
А всё почему так? А потому что Лянка доросла до возраста "я сяма!" и хочет одеваться "сяма", и в сад идти за сестрой тоже "сяма". Ножками. 1.5 километра, ага.
Сейчас, когда растаял снег, самокат самый быстрый способ доехать до сада. Минут за 8-10 доезжаем.
Но есть, конечно, другие варианты:
1. автобусом (идет в объезд, по прямой никак, ходит раз в полчаса, время до остановки 5 минут, время в пути 15 минут, время от конечной остановки до сада еще 5 минут). В общем, за час можно гарантированно доехать.
2. пешком. Пешком - это прекрасно! Я могу ходить пешком! Я постоянно хожу пешком!
Но идти пешком со скоростью маленьких Лянкиных ножек... В общем, это выльется в час-полтора. Притом, маленькие ножки иногда устают и хотят, чтобы их несли большие сильные руки. Большие сильные руки у нас только у папы и у деды, но эти руки работают работу по будням с рассвета и до заката, и еще немного ночью. А у меня маленькие сильные руки. Но ребенок в объемном комбинезоне, поднятый моими маленькими сильными руками, способен завалить меня не только морально, но и физически уже через полчаса моего бодрого шага.
3. пешком с коляской. Да я бы и рада! Мы так и проходили всю зиму. Но сейчас Лянка активно саботирует коляску, и, выходя в коридор, сразу мне сообщает, что пойдет только ножками. А если я вдруг не до конца ее поняла и пытаюсь запихнуть в коляску, то надо просто посильнее прогнуть спинку, раскинуть ручки-ножки и прибавить громкость на "АААААА! Ноооооожками!" Про рюкзак (он же рюкзак-переноска) и шарф (он же слинг) она думает всё то же самое. Фиг она даст себя замотать-пристегнуть! Ее не проведешь! Она быстрая и шустрая! Ее как завернешь, так и развернешь, вспотеешь, переоденешь себя и ребенка, помоешь холодной водой свою разбитую в кровь губу, нальешь воды, сломаешь голову, куда делась шапка и левая варежка, .вновь обуешься и станешь у двери.
Вот. В общем, из всех вариантов я выбрала этот самый провальный.
Доехали мы просто отлично, с ветерком. Доехали, Лесю забрали и передали самокат ей, значит. Потому что, объясняю я Лянке, "Мы ехали сюда, а сейчас Леся покатается, а мы потом"
"Да ладно?!" "АААААААААААААА!" - отвечает мне Лянка, всем своим видом и диапазоном как бы намекая, что я заблуждаюсь.
Я предлагаю Лесе компромисс, который на самом деле и не компромисс, а явное ущемление ее свобод. "ААААААААААА!" отвечает мне четырехлетняя Леся, забыв напрочь все остальные слова, отвечая на мое предложение "Поехать на самокате вместе с Лянкой"
Пока Леся кричит "ААААААААА!", Ляна увидела вдалеке черную большую собаку, пришедшую явно из ближайшего леса. "Гаф!" радостно кричит Ляна и весело бежит в сторону собаки. "Стой!" говорю я Лесе и убегаю вслед за Лянкой, которая уже почти скрылась вдали за редкими кустами то ли сирени, то ли смородины. Фиг разберешь что это по весне. Только малиновый цвет комбинезона отчетливо выделяет ее на грязновато-сером фоне.
Вот я настигла Лянку, которая еще не успела настигнуть собаку, как рядом с Лесей материализовалась незнакомая бабушка, готовая в любой момент спасти этого, без сомнения, потерявшегося ребенка. Алеся, на всякий случай, крепко держит самокат, подозревая, что бабушка может иметь на него виды, но с увлечением смотрит на большую черную собаку и меня, оттаскивающую брыкающуюся Лянку в сторону. Собака с интересом смотрит на всех нас. Бабушка не до конца понимает всей этой сцены и продолжает допрос "А где твоя мама?"
Прошла целая минута, с тех пор, как Лянка в первый раз увидела большую черную собаку. Что было, то прошло. Лянка уже не орет. Собака ушла по своим делам, Леся едет на самокате в нашу сторону.
А потом мы идем домой. Втроем. И у нас один самокат. Девочки едут по очереди. Потому что, Вы же понимаете, они ни в коем случае не могут ехать на этом большом самокате одновременно вдвоем, как я по глупости своей запланировала! В обычные дни с девочками можно разговаривать, но сегодня дурацкий день, чесс слово! Они не могут поделить этот самокат! Пять минут едет Леся - Ляна все это время кричит "АААААААА!", извиваясь на моих руках как змея, пять минут едем мы с Ляной - Леся в это время кричит "ААААААА!", падает на свежий весенний асфальт и барахтается там в свежей весенней пыли. Когда подходит ее очередь, она встает из пыли, подбегает к самокату и едет торжествующе свои пять минут.
Я пробовала с ними говорить. Я пробовала это много раз. Можно сказать, я постоянно говорила. Я делала это правильно. Я делала это своим обычным спокойным голосом, потому что, чтобы вывести меня из себя, нужно делать что-то уж совсем ужасное много, много , МНОГО часов подряд. Кричать, топать ногами и пронзительно кричать "ААААААА!", которое отражается в твоей голове как в огромной пещере эхом. Не идя ни на какой компромисс. И так долго, долго, ДОЛГО. Вот тогда, только тогда в моей голове вдруг что-то может треснуть.
А тем временем мы неминуемо едем к дому, девочки периодически выключают "АААААА!" при виде красивых больших оранжевых тракторов и маленьких собак в попонках. Но как только картинка уходит из виду, включают "ААААА!" вновь.
Когда наш дом показался на горизонте. Я забрала самокат у девчонок и сообщила им, что тот, кто плачет, ничего не получает. Они плачут, поэтому на самокате будет ездить мама. Лянка на удивление сразу с этим согласилась. "Не плачет. Мама." - объяснила она Лесе. Леся послушала ее, взглянула на меня на самокате и, выбрав место погрязнее, распласталась на асфальте.
Через вечность мы были дома.
Я хотела упасть на кровать и не шевелиться. Потому что половину пути я несла Лянку маленькими сильными руками.
Но дома нас ждал Тёма. И у него было заготовлено своё "АААААА!!!" для меня на сегодня...
