вчера после обеда резко испортилась наша волшебная, практически летняя погода, упало давление, небо заволокло тяжёлым свинцом. я как раз выходила с работы, когда начался дождь, но было ещё тепло, и в воздухе умопомрачительно пахло весенним озоном. к вечеру поднялся ветер, дождь перешёл в ливень, и температура упала с +25 до 0.
по случаю такой монументальной метеорологической истерики абрам устроил нам всем свою фирменную вальпургиеву ночь ©. роман сегодня писал региональную математику - даже сложно представить, что он там понаписал.
я встала вовремя, вовремя подняла романа, но мелкого будить не стала. в итоге он проснулся в начале 9-го уже недовольный. сначала расстроился, что пропустил брата, потом, что завтрак сервировали не на тех тарелках, потом, что творог положили горкой не той конфигурации, потом, что почистили банан, потом, что малину не дали выдавить на штору, потом просто потому, что мать - овца, жизнь - борьба, а у верблюда 2 горба.
после завтрака его замкнуло окончательно, и он наотрез отказался отпустить меня на работу. я перекинулась буквально парой фраз с уже пришедшей няней, но долго объясняться не пришлось (она прекрасна, я знаю её лет 10, может даже больше, она была у олега классной, вела и у саши, и у романа, потрясающая женщина, уволилась в ковид), и она ушла домой.
а я долго ещё сидела, мерно покачивалась и крепко обнимала, потому что, как можно идти на какую-то там работу, спокойно подписывать какие-то там документы, сдавать годовую отчётность, ворочать сделки и обсуждать договора, когда у человека разбито сердце, и слёзы, слёзы, настоящие слёзы величиной с горошину катятся по щекам. когда ты нужна здесь и сейчас как воздух, как солнце, как небо и звёзды. какая тут может быть, к собачим хуям, отчётность, скажите на милость, благородные доньи?
в итоге, немного поплакав, мы весело и задорно побегали по дому за котом и катей, потом, когда утих дождь, так же задорно, но не так же весело собрались на прогулку, попутно приняв волевое решение не месить грязь в огороде, а помесить её в лесу, шумно загрузились в шайтан-арбу и выдвинулись в курортную зону.
после обеда абрам спокойно и без уговоров пошёл спать, а я, не позволив себе после бессонной ночи по-стариковски поклевать носом, сразу погрузилась в упоительный мир высокой бухгалтерии и в принципе выполнила минимум того, что наметила на сегодня. и я знаю, что весь этот недосып, этот темп, бег, весь этот мультипас когда-нибудь могут выйти мне боком. но che si puo fare…
роман пришёл со школы поздно, на треню идти отказался, за математику что-то невнятное буркнул. ибра спал почти 3 часа и проснулся по итогу лучшей версией себя. роман при виде брата тоже заметно оттаял, и вечер был как вечер, даже рассказать нечего.
* * *
я всё вспоминаю дни, недели, те самые, первые, когда жизнь моя, устроенная и размеренная, в очередной раз в считанные минуты развалилась в шматы буквально у меня на глазах. всё сравниваю себя сегодняшнюю с той, испуганной и убитой, малодушной, раздавленной. всё хочу запомнить, записать на подкорку, выбить тату на сердце: и это пройдёт. пройдёт. пройдёт!
есть несколько выводов, которые я сделала из того, что с нами тогда случилось. мне было трудно, больно, плохо, потому что эти выводы не стали результатом прочтения философских трактатов и праздных размышлений о сути бытия. они рвали на мне мясо. это была лабораторная работа, не коллоквиум.
ненависть непродуктивна.
ненависть уродует жизнь только тому, кто ненавидит.
ненависть - это выбор.
бумерангов нет, есть только прощение.
прощение - это труд.
прощение нужно только тому, кто прощает.
только прощение способно притупить боль.
отаке.
* * *
пээс: двухгодовалый ребёнок ровно через 5 минут после выхода на прогулку в новеньком демисезонном комбинезончике:
благородные доньи, у меня всё. комменты дац.