июль – макушка лета

собрались блудные дети, оба ненадолго, ах, дела-дела, с матерью теперь по предварительной записи, только через секретаря, в рабочие часы приёма, в порядке живой очереди, возьмите талончик.

дома снова толпа, не повернуться, каждая комната занята, круглые сутки откуда-то обязательно шум, гам и молодецкое ржание. люди входят и выходят, продвигаются вперёд ©

старший раздался и заматерел, то ли кормят хорошо, то ли на трени подзабил, то ли и то, и другое. очень изменился, взрослый мужик уже, не парень. всё-таки совместная жизнь с женщиной, не перепихоны на вольном выгуле, очень меняет содержимое чердака. живут вроде хорошо, ровно и весело. хотя откуда мне знать. со стороны мне всё понравилось, в остальном сами разберутся.

общаться сейчас одно удовольствие, говорит открыто, на вопросы отвечает, побеседовали по душам за полночь пару раз.

помню его маленькой, весёлой, неугомонной пружинкой, помню жёстким, гневливым подростком, помню сухого, как струна натянутого, с глазами голодного волка, а сейчас…

какой-то сюр, где мой малыш…

средний в хорошей, красивой, уверенной поре. изменился тоже, по-другому изменился: помягчел, сбросил своё перманентное aloof, расслабился, снял забрало, чёлка на отлёте. подозреваю я, что не для матери в основном, конечно, эти пируэты прогнувшись, но всё же на разговоры о личном теперь не уходит в крысу как раньше, просто отшучивается легко и беззлобно. но я по традиции не настаиваю)

красивый.

вообще, что у него в жизни происходит, я походу узнаю последняя. и не от него.

в принципе, именно этот приезд показал, насколько они от меня отстыкованы во всех проекциях, и насколько я сама уже жизни с ними не представляю. разные биоритмы, разные бытовые привычки, векторы разные. может и лучше вот так видеться пару раз в год и глубже не пересекаться. не знаю…

братским коллективом спелись снова в тесный клубок. опылили и без того самостоятельного отрока романа духом мужественной независимости до абсурдного состояния. он даже заговариваться стал, бедный, независимый мальчик.

вчера, к примеру, этот самостоятельный отрок роман, мужественный наследник бабыаниных идей, заявил терпеливой матери своей: мать, научись стучать в дверь, пожалуйста. и можно было бы подумать, что матерь самостоятельного отрока – беспардонная корова, вламывающаяся в сакральное логово без пяти минут половозрелого мужчины, оборудованного кадыком, бас-баритоном и повсеместным оволосением. вот только малюююсенькая, незначительная деталь (хихихи): самостоятельный отрок и наследник идей в тот момент находился не у себя в комнате, а на кухне бабыаниной вписки.

хули бы он там делал самостоятельно, что матери надобно стучать в дверь собственной кухни, я не знаю, знаю только, что баба аня ржала минут 30 до судорожной икоты и под собственную икоту выпиливала отрока с кухни ласковыми пенделями. вдогонку ещё предупредила, что раз пошёл между нами такой чопорный, интеллигентный политес, жрать шоб приходил теперь в кухонный предбанник. и стучал. вежливо. и форму одежды имел парадную с галстуком. а не как сейчас – трусы-семейники и майка-алкоголичка.

отрок ржал тоже, шо это было, так и не пояснил, по-моему просто матрица у него свистанула на волне собственной независимой мужественности.

мелкий старших очень ждал, для приличия постеснялся с полчаса, повыглядывал из-за дверей, почему-то помяукал из-под диванов, а потом принёс на экспертное то все свои машины, вывалил ведро конструктора, беззаботно повис на шеях – разговоры мужские, мужские дела, порубить, починить, собрать, костёр, мужики, шашлыки ©

водят по очереди в садик, забирают, отводят на плаванье, беседуют о жизни, чему-то учат. немного, совсем немного ревнует роман, но к нему у абрама особое отношение, ни саша, ни олег настолько близки ему никогда не будут.

с сашиной лизой внезапно любовь и нежность: с ней ибраш чинно ходит за ручку, безропотно позволяет вытереть нос и натянуть панамку (которую так-то ненавидит каждым кончиком нервов), лезет на руки и секретничает. по-моему, она ему нравится. лиза каасивая © здесь уже трогательно и беззлобно ревнует немножко катя.

у самого абрама от обилия лиц и впечатлений чаще бывают психи, но куда ж без них – нервная система сама себя не прокачает, должны быть в жизни точки роста. а в большой семье не щёлкай клювом.

сама я в этом водовороте прожектов, стратегий, подколов, разборок, истерик и острот хожу нахлобученная, но как бы ни было шумно, нервно и суматошно вот-это-вот-всё, я гляжу на них вместе и не могу ими всеми надышаться, насмотреться, наслушаться. не успеваю наготовить всё, чем хотела угостить, расспросить всё, о чём переживала, наобнимать столько, сколько нужно мне.

ждёшь, когда вырастут, думаешь свободы дыхнуть, вот выросли, вот свобода, а не надо уже.

такое…

* * *

немножко фоточек для красоты:

домбай, аманауз со смотровой

эльбрусья попа из-за холмов плато шаджатмаз

эльбрусья попа из кисловодского парка на рассвете

эльбрус в полный рост с перевала гумбаши

серпантин по шаджатмазу

красивый закат

цветение нимфей на монастырском озере

монастырское озеро

лисичка на бештау

бесстрашная белочка

мой secret garden

некоторые розы моего сада

прекрасная императрица фарах

августа луиза

дабл делайт

эмейзинг грейс

пьер корден

клод брассёр

фри спирит

керио

разные красные розы

а тем временем пол-лета ещё впереди. отаке.