Прошло почти 3 месяца с тех пор, как прозвучали фразы "рожай для себя", "если мы вместе жить не будем, то с ребенком ты остаешься сама", "алименты я платить не буду, т.к. мама из дома выгонит", "ты редкая гнида" и т.п., когда он снова объявился. Я была на работе и даже не подумала ничего дурного, когда на телефоне высветился неизвестный номер, поэтому спокойно взяла трубку. 
А там знакомый голос:
- Привет, узнала меня? Как у тебя дела?
И такая буря эмоций в душе поднялась... Как у меня дела??? Да зашибись просто! Какие могут быть дела у беременной, которая со всем вынуждена справляться в одиночку? Следующий вопрос вообще вывел меня из равновесия:
- Ты на каком месяце, получается?
Сначала я вспылила: уж ему-то должно быть известнее других. на каком я месяце. Участвовал ведь в процессе наравне! Но потом поняла, что это он так прощупывает почву - не сделала ли я аборт.
А дальше... Дальше пошли слезные жалобы о том, как тяжело ему жилось все эти месяцы, как он думал позвонить, но не решался, как душа болит за то, что не будет знать, что его ребенок ест, во что одет и т.д. Признаюсь, я даже на целую минуту в них поверила. Ну мало ли, человек одумался. Но затем снова началась все та же волынка...
- Мы с тобой погорячились *Это мы-то? Я ему гадостей не говорила вообще. не смотря ни на что* А теперь должны подумать о будущем.
По итогу все решить предлагалось мне единолично. Я попыталась унять гнев, призвать здравый смысл, и поговорить о материальной помощи - уж это лишним бы не было точно. А то этот орел, как будто реально садист:
- Ну кто тебе поможет? Ты ведь сама осталась.
Зачем такое спрашивать, когда прекрасно знаешь все ответы? Он в курсе, что помочь некому, что родственники мои ближайшие живут в Донецке, и им самим нужна помощь! Зачем такие вопросы задавать?
- Мы должны жить вместе с малышом.
Еще одно гениальное заявление. После предательства, того, как мне буквально плюнули в душу, он смеет предлагать такое? Как жить с человеком, котому не доверяешь, которого даже боишься? Я попыталась все свести к вопросу о деньгах, ведь он настойчиво предлагал помощь. Но в итоге снова услышала о том, что живя не со мной, особую поддержку оказать он мне не сможет. Поплакался о том,к ак ему тяжело, что прежней жизнью жить не может. Это он не может?? Когда я беременная сама хожу по больницам, трачу кучу денег, нервов, здоровья, прошла токсикоз, отеки, набор веса, и еще его жалобы слушать должна, когда он палец о палец не ударил, чтобы как-то помочь? Если уж мы заговорили о душевных страданиях, то и тут ему меня не переплюнуть! Это не он с расшатанным гормональным фоном и животом плакал ночами от жалости к самой себе и малышу. А теперь, оказывается, главный страдалец у нас он!
Одним словом, свела я все к вопросу о деньгах, и тут он в очередной раз сдулся. Снова пошли рассказы, что даст деньги, когда "зарплату получит" и т.д. Что ж он эти 3 месяца, пока ночами не спал, деньги то не откладывал на своего ребенка, раз так душа болела? Сказал мне, что позвонит еще на неделе. Вот только в помощь реальную верится с трудом. В очередной раз подумала, какая же я все-таки дура и как плохо разбираюсь в людях... Интересно, это какой-то общий анемнез у подобных мужчин? Проснулись остатки совести, которые вспышками нужно как-то гасить, при этом все также не напрягая себя? Что толку с пустых слов, за которыми нет ничего?
Теперь пугает, что он захочет предъявить права на ребенка. Мне нужно будет отказаться от каких-никаких, но гарантированных выплат матери-одиночки ради призрачной надежды его помощи, отнюдь не стабильной, и периодичных всплесков любви к дитю?
P.S. Очень интересовался полом ребенка. Странный интерес, ведь если бы хотел реально быть вовлеченным во все это, посетил хотя бы одно УЗИ из трех, что у меня были. Поэтому его радость по поводу сына кажется еще более лживой и лицемерной. Во время разговора он все призывал меня к спокойствию и не давал высказать все возмущение.
P.S. Ах да. Еще он заявил, что знает, что такое ответственность, т.к. командовал взводом. Трудно оценить масштабы ущербности мышления, которое сравнивает взвод здоровых самостоятельных ребят из спецназа с беременной девушкой и малышом.