Билет -
щелк.
Щека -
чмок.
Свисток -
и рванулись туда мы,
куда,
как сельди,
в сети чулок
плывут
кругосветные дамы.
Сегодня приедет -
уродом-урод,
а завтра -
узнать посмейте-ка:
в одно
разубран
и город и рот -
помады,
огней косметика.
Веселых
тянет в эту вот даль.
В Париже грустить?
Едва ли!
В Париже
площадь
и та Этуаль,
а звезды -
так сплошь этуали.
Засвистывай,
трись,
врезайся и режь
сквозь Льежи
и об Брюссели.
Но нож
и Париж,
и Брюссель,
и Льеж -
тому,
кто, как я, обрусели.
Сейчас бы
в сани
с ногами -
в снегу,
как в газетном листе б...
Свисти,
заноси снегами
меня,
прихерсонская степь...
Вечер,
поле,
огоньки,
дальняя дорога,-
сердце рвется от тоски,
а в груди -
тревога.
Эх, раз,
еще раз,
стих - в пляс.
Эх, раз,
еще раз,
рифм хряск.
Эх, раз,
еще раз,
еще много, много раз...
Люди
разных стран и рас,
копая порядков грядки,
увидев,
как я
себя протряс,
скажут:
в лихорадке.
1925
Владимир Маяковский.