НЕУЖЕЛИ ЭТО ПРОИЗОШЛО СО МНОЙ?

НЕУЖЕЛИ ЭТО ПРОИЗОШЛО СО МНОЙ?

Понять всю степень разрывающей душу скорби от утраты своего ребенка может лишь тот, кто это пережил. Прошло четыре года, а я до сих пор смотрю на могилу своей дочки - и не верю. Посещать собственного ребенка на кладбище - в этом есть что-то нереальное. Словно я покинула собственное тело и смотрю на кого-то чужого, незнакомого, который стоит там, кладет на землю цветы…

Неужели это я? Неужели это - моя жизнь?

Есть вещи, которые могут понять только родители: что такое мощнейшая связь между тобой ребенком, абсолютная, не ведающая смерти любовь и несокрушимая решимость, которая ревет внутри тебя, подобно открытому огню - решимость защитить свое дитя любой ценой. Расхожая фраза о том, что мать готова отдать жизнь за своего ребенка, становится до конца - на уровне эмоций - понятной лишь тогда, когда сама становишься матерью. Быть родителем - значит, носить свое сердце не внутри, а снаружи. Как бы вы ни представляли себе, что чувствует человек, потерявший ребенка, умножьте это в триллион раз - и этого все равно будет мало.

ПОДДЕРЖКА? ВАМ ЭТО ТОЛЬКО КАЖЕТСЯ

Кажется, что общество сочувствует людям, потерявшим детей и пребывающим в этой невыносимой печали, что окружающие всегда готовы поддержать их, поговорить с ними. Мой опыт таков: искреннее человеческое участие и доброта удивляли меня столько же раз, сколько их отсутствие.

Осиротевшим родителям очень важно говорить о своем горе, говорить открыто, без оглядки. Я обнаружила, что это - единственное, что хоть как-то облегчает боль.
Конечно, друзья и родственники поддерживали меня. Но - по крайней мере, так было в моем случае - их терпение, сочувствие, забота и помощь не могут длиться вечно. На самом деле, ситуация, в которую они вовлекаются, настолько трагична и эмоционально трудна, что в определенный момент находиться внутри нее становится просто невозможно.

После этого приходит осознание того, что близкие не могут тебе помочь справиться с твоим горем. Во-первых, потому, что даже они не видят света в конце тоннеля. А во-вторых потому что она мешает им быть счастливыми. Они не теряли своих детей, так почему же они должны проводить все свое время печалясь о твоем ребенке?

ДЕСЯТЬ СОВЕТОВ ДЛЯ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ

Поэтому, ради всех родителей, которые ждут помощи, протянув пустые руки, я напишу десять вещей, которые люди должны знать о потере ребенка. Быть может, эти десять пунктов изменят к лучшему жизнь хотя бы одного осиротевшего родителя.

1. Прошло четыре года, а я просыпаюсь каждое утро с тем же ощущением горя, какое испытывала в день смерти Эллы. Разница заключается лишь в том, что теперь я гораздо лучше научилась скрывать боль своего разодранного в клочья сердца. Шок потихоньку улегся, но я до сих пор не могу поверить в то, что это случилось. Мне всегда казалось, что такие вещи происходят с другими людьми - но только не со мной. Вы спрашивали меня, как я, а потом прекратили. Откуда у вас информация, что на такой-то неделе, в такой-то месяц после потери ребенка мать больше не нуждается в подобных вопросах и участии?

2. Пожалуйста, не говорите мне, будто все, о чем вы мечтаете - это чтобы я снова стала счастливой. Поверьте, никто на свете не желает этого так же сильно, как я. Но достичь этого в настоящее время я никак не могу. Самое сложное во всей этой истории, что я обязана найти какое-то другое счастье. То, которое я однажды испытала - чувство, что ты заботишься о любимом существе - никогда больше не придет ко мне во всей полноте. И в этой ситуации понимание и терпение со стороны близких людей может стать поистине спасительным.

3. Не похожа. И я никогда больше не стану прежней. Я теперь такая, какая есть. Если бы вы только знали, через какой ужас мне пришлось пройти, то поняли бы, что оставаться прежней - это выше человеческих сил. Потеря ребенка меняет вас как личность. Мне говорили, что у меня теперь глаза как у призрака. Довольно странно говорить такое скорбящей матери, но да, в каком-то смысле я - призрак, слабое отражение прежней себя. Мои взгляды на мир изменились, то, что было когда-то важным, больше таковым не является - и наоборот. Слыша про свои глаза, я чувствую, что вы хотите сказать мне две вещи. Во-первых, я вам не нравлюсь. А во-вторых, вы не видите больше во мне старой доброй Саманты, которая почему-то отказывается возвращаться. Но поверьте, никто не скучает по той Саманте больше, чем я!!! И я оплакиваю две потери: смерть моей дочери и смерть меня - такой, какой я была когда-то.

4. Если вы решили позвонить мне на первый день рождения моей дочки и первую годовщину ее смерти, почему вы не делаете это на вторую, на третью?.. Это ужасно и отвратительно. Неужели вы думаете, что каждая новая годовщина становится для меня менее печальной? А еще это молчание наглядно - словно огромная неоновая реклама - свидетельствует: вы живете своей жизнью и забыли о моей дочери.

5. Умоляю, прекратите постоянно рассказывать мне о том, как мне повезло, что у меня есть еще детки и, особенно, моя младшая дочь. Я говорила вам об этом? Тогда зачем вы рассказываете это мне? Я похоронила собственную дочь, и вы всерьез считаете, будто я - везунчик?

6. Неполезно плакать при детях? Ошибаетесь. Для них как раз очень полезно видеть, как я оплакиваю смерть их сестры. Когда кто-то умирает, плакать - это нормально. Ненормально будет, если мои дети вырастут и подумают: «Странно, а ведь я никогда не видел, как мама плачет из-за Эллы». Они могут научиться прятать эмоции, посчитав, что раз так поступала мама, значит это правильно - а это неправильно.

7. Не говорите, что у меня трое детей. У меня их четверо. Если вы не считаете Эллу моим ребенком только потому, что она умерла - дело ваше. Но только не при мне. Четверо, не трое!

8. Даже сейчас, по прошествии четырех лет, случаются дни, когда мне хочется спрятаться от всего мира и отдохнуть от постоянного притворства. В такие дни я не хочу делать вид, будто все у меня за-ме-ча-тель-но, и чувствую я себя на все сто. Не думайте, что я дала горю сломить себя или что у меня не в порядке с головой. Я по-прежнему знаю, что вышла замуж за самого завидного жениха столетия, мои дети - само совершенство и у меня прекрасный дом. Но при всем при том я - скорблю. Это очень тяжело, особенно, если при этом приходится воспитывать троих детей и поддерживать прочный и счастливый брак. Да будет вам известно, я переживаю не только свое собственное горе, но также - горе своего мужа и своих мальчиков. Будет лучше, если вы просто поздравите меня с тем, что моя семья пребывает в таком прекрасном состоянии, потому что сохранить ее целой, невредимой и счастливой было не так просто.

9. Я все заметила. Друзья и родственники, для которых вся эта история со смертью и моим горем оказалась слишком тяжелой, перестали приглашать нас на праздники, куда мы всегда были званы, и стали устраивать какие-то мероприятия втайне от нас. Думали, что я ничего не замечу. Я заметила. Но ничего не говорила лишь потому, что не хочу тратить своих слов на констатацию этого постыдного поведения. Но есть нечто, за что я благодарна: мне не пришлось тратить время на людей, способных на такую жестокость и равнодушие. Пожалуйста, не бойтесь. Я первой окажусь рядом с вами, если в вашей семье случится нечто подобное. И тогда вы поймете, насколько это жутко.

10. Скорбь по ребенку прекратится лишь тогда, когда вы увидите его снова. Это - пожизненно. Если вы задаете себе вопрос, как долго ваш знакомый или член семьи будет тосковать, вот ответ: всегда. Не подгоняйте их, не принижайте чувств, которые они испытывают, не заставляйте их чувствовать себя виноватыми за них. Откройте уши - и слушайте, слушайте то, что они рассказывают вам. Возможно, вы чему-нибудь научитесь. Не будьте настолько жестоки, чтобы оставлять их наедине с самими собой. Меня не один раз оставляли друзья, когда сердце мое было изнывало от горя. Друзья, которых я любила, которым доверяла, поворачивались ко мне спиной, относя меня к разряду тех, с кем слишком сложно, или, что гораздо тяжелее - сумасшедших. Прекращались телефонные звонки, смс-ки, комментарии в Фейсбуке. Каждый раз повторялось одно и то же: «Прости, дорогая, я как выжатый лимон», «Скоро увидимся, хорошо?», «Скучаю!» Это могло бы продолжаться вечно, но я все понимала. Я не склонна настаивать на дружбе с человеком, который сам того не хочет. У каждого - своя совесть. Я рада, то мне не надо жить с их совестью.