Размышляю...

Сделала опрос про спящего инструктора, почитала комментарии, а потом пошла рубашки гладить) Стою, глажу, и думаю… Думала, думала, и решила бросить эти рубашки и записать мысли, пока не улетучились из головы.

Я вспомнила, как еще будучи студенткой, устроилась на работу в супермаркет кассиром. Первые дни нас за кассу не сажали, мы занимались товаром. А в первый день, когда меня посадили на кассу, со мной случился нервный срыв. Работала я, естественно, очень медленно, и много всякого услышала в свой адрес. Когда слезы застилали глаза, и я напрочь забыла, как работать с кассовым аппаратом, один дедушка с очень хмурым лицом обругал меня за то, что еле копаюсь.

Вечером того же дня я плакала дома от обиды и унижения, а на следующий день просто не поехала на работу. Я даже за расчетом не смогла вернуться. Сейчас я понимаю, что такая реакция - это от самолюбия, и ничего хорошего в ней нет, но по-другому не могла реагировать тогда, я еще была неверующая. Да и сейчас в подобной ситуации буду чувствовать себя так же, как тогда. Каждое обидное слово бьет больно.

С тех пор я никогда не ругаюсь на продавцов) Но это не значит, что я вообще никогда не ругаюсь. И ругаться я научилась только в Бразилии. В России людей хлебом не корми, дай поругаться, а некоторые делают это просто мастерски, виртуозно, я бы даже сказала. В Бразилии же люди ругаются очень редко, это не принято. А потому они особо и не умеют это делать. Как правило люди здесь повторяют одну какую-нибудь фразу много раз. Один оппонент - одну фразу, а второй - другую) И продолжаться это может до бесконечности долго:

- Я заплатил, имею право!

- Я не могу всех одновременно обслуживать!

- Но я заплатил, имею право!

- А я не могу всех одновременно обслуживать!

- Но я заплатил...

- Я не могу!

И так далее) К тому же здесь нет мата как такового. Есть пара ругательных слов, но каких-то эмоционально невыразительных. Их не сравнить с русским матом, который бьет хлестко, режет ухо и ранит сердце.

Я почувствовала, наверное, безответность местных. При всем моем скудном словарном запасе, я умею ругаться более выразительно, чем они, потому что у меня все же больше опыта. Иначе я не могу объяснить, почему именно в Бразилии мне вдруг захотелось ругаться. Не скажу, что я это делаю часто, но бывали ситуации, когда я могла, например, отчитать таксиста, если он меня не туда вез, или официанта в ресторане, если он не выполнял мои требования, а бразильцы вообще народ довольно легкомысленный. Они постоянно косячат на работе и считают это нормой. Может, они просто не придают такое значение мелочам, как мы, и мелочами считают то, что для нас, русских, важно. Но суть не в этом. А в том, что я ругаюсь. И сейчас, когда я вспомнила тот случай в супермаркет, мне стало стыдно.

Ведь почему я ругаюсь? Потому что хочу доказать, что права. И вот я такая вся правая, а человек… расстроился. Я не знаю, как пройдет его день потом, и почему он накосячил. Может быть огромное количество разнообразных «может»:

Может, у него болеет ребенок и он не может об этом перестать думать, а потому стал рассеянным.

Может, он узнал, что жена ему изменила.

Может, он плохо себя чувствует.

Может, с утра ему нахамили и испортили настроение, он об этом думает и отвлекся.

Может, три дня назад у него умерла мама.

Может, вчера его жена попала в аварию.

Может, он безответно влюблен.

Может, у него депрессия от постоянной нехватки денег.

Может, может, может...

Ну и да, может, он просто безответственный работник, легкомысленный человек, который наплевал на всех и вся с высокой колокольни. Но это просто одно из «может», которых очень и очень много. И я никогда не узнаю, какое из «может» имеет место быть. Но когда у меня вдруг случается подобное «может», я хочу встретить среди окружающих тепло и понимание. Это естественное желание. И если вдруг кто-то меня понять не хочет, то мое самолюбие задето! Как же так! У людей нет сочувствия! Какой цинизм, какая черствость.

А потом я не могу собственный язык удержать от зла… И надо непременно остаться правой. Во что бы то ни стало, оставить последнее слово за собой. И еще задеть при этом побольнее. А это чувство собственной правоты, чувство куража, так быстро проходит и оставляет в душе мертвую пустоту, выжженную пустыню. И ничего не радует уже, и эта правота - кому она нужна в итоге? Если в сердце нет любви и все умирает.

Я вспомнила Его, Спасителя. Как Он ходил и говорил с народом. И никогда Он не искал правоты. Говорил, если хотели слушать. А если не хотели, разворачивался и уходил в другое место. А ведь Он мог все, в Его руках была вся власть мира. Мог рвать и метать, доказать им всем, что Он - истинна! Мог всех неправых повергнуть в пыль у Своих ног! Но он кротко уходил. Не спорил, не доказывал, никого не пытался переубедить. И смиренно дался в руки Своих убийц. А когда Его допрашивали, задавая провокационные вопросы, Он молчал. Потому что знал, что все равно не поймут, не услышат.

Да, все-таки важнее быть не правым, а любящим. Всегда и со всеми. Как это сложно. Эх)

Пойду доглажу рубашки)