Архивная запись от 17 ноября 2015.
Сижу расстроенная. Молния ударила где-то очень близко. А после я обнаружила, что мое цифровое пианино не включается больше. Значит сгорело. Очень жаль. Очень-очень. Жаль.
Значит надо обычное покупать в следующий раз.
А вообще сегодня был такой хороший день. Валюша немножко вредничала и шалила, но в меру. Помогала мне с посудой, разбила стакан. Я уже давно не переживаю на этот счет, посуда пока есть. Лишь бы не порезалась.
Кстати, нацепляла опять заноз, на этот раз на ноги. Две я вытащила, а одна похоже очень глубоко засела. Видно только мутное пятно на коже. Вокруг покраснело. Придется к врачу везти, похоже. Гуляет в кроссовках, но один раз убежала в шлепанцах на холм. Может тогда и нацепляла.
В пятницу едем смотреть школу.
В четверг собираемся везти девчонок на прививки.
Сегодня приходил Немец, продолжил обустраивать вальер для собак. Валюша сразу побежала за ним, громко рыча. Она сейчас на всех рычит, потому что динозавр. Сегодня она карнотавром назвалась, хищник то бишь. Вот Немцу и досталось. Я ей распечатала раскраску с карнотавром, она ее разрисовала и унесла Немцу показывать.
Вдруг пошел дождь как из ведра. Немец и Валюша прибежали с холма, закрываясь каким-то драным куском целофана. Валюшу загнать домой не вышло, она пыталась ловить ртом дождевые капли с крыши. Пришлось объяснить ей, что крыша пыльная и прочее. Тогда она решила помыть под дождем голову. Земля от дождя размокла, привратившись в болото. Газон нам еще не настелили. Валюша в своих кроссовках залезла в эту грязищу по щиколотку. А потом давай шлепать по веранде. Я ее поймала, переобула, дала ведро с водой и щетку, чтобы кроссовки отмыть. Отмыла.
А потом я отмывала Валюшу.
Немец переждал сильный дождь под крышей и решил вернуться к работе. Но подъем на холм так развезло от грязи, что подняться по нему наверх стало нереальной задачей. Немец смешно скользил в своих хлипких кроссовках, весь извазюкался и вернулся к дому. Но он не сдался, а взял тяпку. Сим прогрессивным инструментом он цеплялся за землю, как скалолаз, и карабкался наверх, издавая такие звуки смешные, что мы с Валюшкой покатывались со смеху.
А дождь все льет. Жу должен вернуться поздно сегодня, часам к 11. Но его ждет сюрприз, ничего не работает. Ни интернет, ни телек. А без этих коммуникаций он становится нетрудоспособен и вообще не может существовать. Сразу падает и засыпает.
Еще сегодня я снова взялась за роспись. Рабочее место у меня на веранде. Только я села, как на меня налетели какие-то мелкие мошки и нещадно искусали. Теперь вся чешусь.
Сижу улыбаюсь нашим приключениям. Пью чай с мармеладками. Что еще вам рассказать. Про соседа?
Его зовут сеньор Абреу. Коротко сеу Абреу. Ему за шестьдесят. Живет в своем доме всю неделю один, а на выходные к нему приезжают жена и дети. Жена работает в Сан-Паулу, сеу Абреу на пенсии отдыхает. Через два года жена выйдет на пенсию тоже и переедет сюда насовсем.
У сеу Абреу есть три собаки. Старенький толстый Тор, худая и живая как ртуть Сафира (сапфир) и мелкая мочалка по имени Тони. Тони кусачий и вредный. Сафира прыгучая, а Тор все больше лежит.
Собаки - единственная компания сеу Абреу в будни. Но ему нравится одиночество. А еще ему нравится итальянская музыка, особенно Паваротти. Мне кажется, сеу Абреу нам симпатизирует, но он очень сдержанный человек (нетипично для бразильца) и выражает свою симпатию тем, что постоянно приносит нам всякие вкусняшки.
А еще сеу Абреу любит дождь. Чтобы гроза и сидеть дома в тепле и уюте, попивая чаек. В этом мы с ним похожи.
Сеу Абреу очень быстро пьянеет. С одного стакана пива его выносит в хлам. Поэтому мы ему много не наливаем. Пьяный он становится ужасно разговорчивым и веселым. Как все замкнутые люди, наверное.
Вот такой у нас сосед.
Немец - наш другой сосед. Его зовут Ривалду, но никто его не называет по имени. Немец и немец. Потому что светловолосый и голубоглазый. Мы его спросили как-то, были ли у него в роду немцы. Нет, не было, только итальянцы. Непонятно.
Немец - работяга. Он берется за любую физическую работу в районе. Живут они с женой и двумя взрослыми сыновьями в доме, который принадлежит какой-то японской секте. Он у этих японцов работает управляющим. К нам приходит пару раз в неделю, чтобы помочь по хозяйству - газон скосить, потаскать тяжести, построить вальер или курятник и т.д.
Немец тоже замкнутый и молчаливый. Его очень любят собаки. Они сходят с ума, когда его видят. Прыгают на него лапами, облизывают с ног до головы. От нас он всегда уходит грязный и в слюнях. Дети его тоже очень любят. Валюша, едва завидит его издалека, бежит к нему, крича «Лимон! лимон!». Немец на португальском - «Алемау», а лимон «Лимау». Так немец стал Лимоном.
Валюша ходит за ним по пятам. Он ничего не понимает, похоже, из ее щебета. Однажды она мне сказала по-русски - мам, он не очень любит разговаривать, да? Я перевела Немцу, он очень смеялся. Но так ничего и не сказал.
Вот.
18 ноября.
Интернета все еще нет.
Нога у Валюши покраснела и опухла еще сильнее, она ее все время чешет. Мы решили показать ее врачу, но везти Соню в скорую, где куча заразных детей, не лучшая идея. Поэтому Жу придумал другой план. Он взял Валюшу с собой на работу, так как у него с утра было важное совещание. Я положила им с собой стопку книг, карандаши и журналы, чтобы ей было чем заняться, пока папа будет занят. После обеда он везет ее к врачу.
Сижу волнуюсь. Уже больше года Валюша всегда со мной, кроме двух дней в роддоме, когда Соня родилась. Как она там? Что скажет врач? Вдруг будут резать ножку? А меня даже рядом нет. И интернет не работает, телефон тоже, после таких гроз всегда все перестает работать на день-два. Придется сходить на холм, может поймаю сигнал с телефона.
Без Валюши ужасно тихо и тоскливо дома. Надо еще детей.
Позже.
Сходила на холм, позвонила Жу. Говорит, не поймет на какой ноге проблема, ничего нету. Покраснение прошло, ребенок прыгает вовсю на диване. Может, просто укусил кто. Ну и слава Богу.
Интернет дали только сегодня.