Снится ноябрь, день, когда родилась моя знакомая, с которой мы давно не общаемся. Я вроде в селе и собираюсь с мужем привезти пару мешков картошки в город (200 км расстояние). 
Думаю, успею ещё к подруге на День Рождения. Тут ни с того ни с сего появляется какая-то женщина и плачется, что она в ** часов и 40 минут должна быть в другом районе села под названием Лепестинья, а автобус только привозит в это время только в центр. Я вызываюсь помочь и отвезти женщину. Я на машине, я быстрее, нам по дороге, мне не жалко (в реальной жизни я тоже всегда подвезу). Набираю в спешке картошку в мешок и мы поехали. Как всегда во сне я боюсь не успеть, но не могу контролировать время. Приезжаем мы в село, моё село. Почему-то привезли картошку не с села в город, а с села в село (не важно). Стемнело. На улице ни души, дорогу не видно. На часах вот-вот минутная стрелка достигнет отметки «40 минут», а я ещё не отвезла женщину, как и обещала, в Лепестинью. Пытаюсь написать это слово в навигаторе, который показал какое-то не то место в другой области, а не поблизости. Не то, не может быть так далеко. Нужно название улицы, спрашиваю женщину, она не знает. Дальше тороплюсь найти это место и слово «Лепестинья», для этого выдавливаю огромным шприцом желейную массу с синим красителем на дороге. Буквы, в итоге, смазываются. Понимаю, что время теряю и женщина пешком могла бы дойти. А на улице темно, хоть глаз выколи. Хочу довезти, решаю ехать и пусть она сама дорогу показывает, и ... просыпаюсь.
Я никогда не слышала слово Лепестинья. Искала в интернете, оказалось, что это не район, не город, а старинное женское имя, которое происходит от славяно-татарского имени. По телику не могла услышать, у нас только немецкое телевидение. Странно. На окраине моего села, куда я хотела отвезти женщину, есть кладбище. Через год-два, когда поеду и навещу могилки родственников, надо будет почитать имена на надгробных памятниках. Хочу запомнить это имя, не знаю, зачем, вдруг пригодится.
