Not Going Under

Слушали вчера с мужем музыку: всю подряд, которая попадалась в ленте новостей Вконтакте. И я попросила его оставить Evanescence. Он посмотрел на меня круглыми глазами и сказал: "Ты же такое не слушаешь? Ты же в машине мне всегда кричишь "фу, выключи это немедленно", если звучит что-то хоть мало-мальски тяжелое".

Я в ответ только усмехнулась. Он оставил, и я целый час слушала альбом Fallen, от начала и до конца. И такая прям ностальгия на меня навалилась - аж до мурашек. Я лежала и вспоминала, как купила диск с этим альбомом в 10 классе. Как заездила его в плеере чуть не до дыр. Вспоминала мой плеер: он мне тогда казался пределом мечтаний и когда родители подарили мне его на день рождения - я в прямом смысле расплакалась от счастья. Вспоминала, как мы с моей одноклассницей Дашкой искали тексты этих песен в интернете, распечатывали и сидели над переводом со словарем. Прикол был именно в том, чтоб перевести самим, а не сходить на сайт лингво-лаборатории Амальгама. Вспоминала, как шли встречать рассвет на выпускном и орали хором "My immortal", шагая по улице. Вспоминала себя: муж бы меня не узнал. Я тогда носила кроссовки под юбку и банданы, и было во мне ноль женственности. Все эти платья-каблуки-бантики в волосах пришли ко мне много-много позже. Я писала дневник - обыкновенный бумажный дневник в тетрадке, сбивчивым почерком. Писала по ночам и много, а потом перечитывала и плакала. Я вообще была критично настроена по отношению к себе и своему будущему, и почему-то всерьез считала, что никогда не выйду замуж. Если бы мне тогда хоть одним глазком разрешили заглянуть в мое будущее, посмотреть в щелочку сквозь призму дней на меня сегодняшнюю - я бы вряд ли поверила, что такое бывает. А если бы и поверила - то уж наверняка все вчерашние печали и огорчения показались бы мне ерундой и блажью. Я была несчастлива и неуверенна в себе, и песни Evanescence были зеркальным отражением моего внутреннего состояния.

Скоро у меня родится доченька, и я оглянуться не успею, как она войдет в этот трагический возраст полового созревания. Она тоже будет грустить, мечтать о большой и чистой, и так невозможно медленно и незаметно для неё самой превращаться из гадкого утенка в прекрасного лебедя. А я буду лишь наблюдать за всем этим, не в силах помочь, потому что слова о том, что всё пройдет и однажды ты обязательно станешь счастливой уверенной в себе взрослой женщиной – это всё звучит так неубедительно и сомнительно, как пустые ничего не значащие аффирмации в этом нежном ранимом переходном возрасте. Переходном – куда, зачем, к чему? Ничего не ясно.

I'm so tired of being here

Suppressed by all of my childish fears

Сегодня я засыпаю и просыпаюсь счастливой, лежа на плече любимого человека. Без него я – уже не я. Даже если года на три-четыре назад отмотать – это был совсем другой кто-то, но не я. Без него меня не было. Он – моя жизнь, во мне – жизнь, им рожденная, его ребенок. И это и есть все то, к чему я стремилась. Именно об этом я мечтала, молилась, плакала, когда слушала мрачные песни и выплескивала ежедневные эмоции в дневник. Мой земной рай – нашел меня, обнял, погрузил в себя. Но разве смогла бы я в полной мере оценить его и осознать, не будь у меня тех сложных и несчастливых лет взросления.

Now I will tell you what I 've done for you

50 thousand tears I've cried

Screaming deceiving and bleeding for you

Любой опыт важен и нужен. С недавних пор я взяла себе за правило: ни о чем не жалеть, ничего не мечтать вернуть. И слушая Evanescence, я лишь перебираю воспоминания о событиях тех дней, а потом убираю их подальше на полку шифоньера. Когда-нибудь я расскажу о них дочке. А пока – они сделали всё, что от них зависело.