........Еще один день без тебя....

Еще один день без тебя…

- Не уходи, я прошу, останься. Еще всего на одну ночь. Или навсегда. Мне будет страшно одной. – прошептала я и зарылась поглубже в одеяло, все еще хранившее остатки твоего тепла. – Мне уже одиноко. Не уходи.

- Я не могу, ты ведь знаешь. – в твоих глазах мелькнуло раздражение, смешанное с бесконечной усталостью от моих вечных просьб и жалоб. – я позвоню на днях.

Ты вышел в коридор, и я услышала, как глубоко ты вздохнул. Надел свою мягкую кожаную куртку, которая мне так нравится. Она пахнет тобой, морозным вечером и немного сигаретами. Пусть ты и не думаешь, что я знаю о том, что ты куришь втайне от меня. Я так и не приучила тебя за эти годы говорить мне правду. «Нам нужно на время расстаться» - эти слова до сих пор звучат в моем измученном сознании. Давят невыносимой тяжестью мне на грудь. Ты вышел и тихо притворил за собой тяжелую металлическую дверь. Вышел из моей жизни, оставив недопитый кофе на столе и следы растаявшего снега от твоих ботинок. Я неохотно поднялась с постели. В последнее время постоянно хочется спать, наверное, зима так влияет… Кого я хочу обмануть? У меня просто нет сил подниматься каждое утро, красить глаза, губы, укладывать волосы в гладкую прическу, как тебе когда-то нравилось… Я так устала. Босыми ногами я проследовала по коридору на кухню. Пол холодный. Когда-то ты собирался устроить в нашей квартире теплые полы, но не дошли руки. Вокруг полный разгром: ворох нестиранных вещей, полная раковина грязной посуды, кипы рабочих документов в беспорядке свалены на столе. Глаза бы все это не видели… На столе в большой кружке стоит твой кофе. Крепкий. А когда мы еще только встречались, ты не любил кофе и всегда запрещал мне пить крепкий. Еще одна из моих многочисленных привычек, незаметно перекочевавших к тебе. Странная закономерность, как только какая-то моя черта проявлялась в тебе, она сразу переставала мне нравиться, больше я не испытывала удовольствия от нее.

- Господи, на кого я похожа… - с ужасом подумала я, когда увидела себя в зеркало: тусклые волосы, убранные в пучок на затылке, серая кожа, сутулые плечи, и даже глаза-хамелеоны, некогда пронзительные и задорные, теперь словно зимнее мрачное небо…

Хотелось снова вернуться в постель и попытаться уснуть. На часах начало одиннадцатого. Я прошлепала к кровати, расправила сбившуюся простынь и села на самый краешек. Спать не хотелось, не хотелось ни есть, ни пить, ничего менять тоже не хотелось. Не хотелось жить. Еще раз угрюмым взором я обвела опостылевшую комнату, в которой все напоминало о тебе. В темноте беспорядок был почти незаметным. Набрала полные легкие воздуха, но будто он не прошел в меня… Снова начинаю задыхаться, видимо это от одиночества. Отпила пару глотков воды из стакана, сиротливо покоившегося на прикроватном столике. Даже не верится, что ты ушел. Раскопала в ворохе покрывал свой мобильник. Темный экран ни о чем не сигнализировал. Мне захотелось написать тебе сообщение – нежное и длинное, как раньше. Но мне кажется, тебя это еще больше выведет из себя – очередная пластинка в калейдоскопе моих слабостей… Я набрала: «Прости… мне без тебя плохо. Я не могу снова найти колею, по которой нужно идти дальше. Ты мне нужен. Чтобы дышать, чтобы жить. Вернись, ты еще недалеко ушел.» Ты все еще сохранен в моем телефоне, как мой любимый муж. Привычные 10 цифр твоего номера я помню наизусть. Отчет пришел сразу. Странно, ты же знал, что буду донимать сообщениями. Значит ждал. Или ждал не моих сообщений… Я почувствовала слабость во всем теле, легла на подушку, натянула на себя любимый меховой плед. Все равно холодно. На кухне горит свет.  В спальне полумрак. Мне больно и одиноко. Стараюсь сдержать слезы. Получается плохо, но от них только теплее щекам. Я задремала, но тишину комнаты нарушил звук колокольчика – новый message. Я удивленно резко села на постели. Не может быть, чтобы ты ответил! Вмиг ослабшей рукой тянусь к телефону. «Я не хочу быть с тобой из жалости, ты достойна большего. Ты для меня перестала быть смыслом жизни, а по-другому быть с женщиной я не могу. Спасибо за все тебе. Просто дальше наши с тобой пути расходятся. Постарайся правильно меня понять.»

Вот это здорово! Чего угодно можно было от него ожидать, но вот чтобы так пафосно… Я бы посмеялась, если бы не было так больно! Сон как рукой сняло. Чем бы заняться? Не хочу отвечать. Не от души писал, как чужой человек. Включу DVD. На какой там я в последний раз остановилась части? 4? Раньше мы смотрели вместе этот сериал. Ты его терпеть не мог, но иногда все же смотрел, смешил меня своими комментариями. В последнее время ты считал, что я на нем помешалась. Ты никак не хотел понять, что ты включаешь телевизор как фон, а я этот сериал. Так было легче думать, легче переживать, легче переставать плакать. Как же мне тебя не хватает! Я снова поднялась с кровати. Теперь комната озарялась голубоватым светом экрана, еще больше подчеркивая беспорядок. Стало противно, как я могла запустить так себя и помещение, в котором нахожусь?! Сколько я уже здесь нахожусь? Сколько уже не выходила на улицу? Я босая и почти раздетая вышла на балкон. На улице сильный мороз, снег покрылся тонкой корочкой льда. За минуту я продрогла до костей, но ледяной ветер, как ни странно взбодрил меня. Я снова зашла на кухню. Подошла к шкафу, достала большой и прочный пакет. Зачем окружать себя вещами, причиняющими боль? Я стала ссыпать в него все, что хоть немного напоминало мне о муже. Грязная посуда, из которой ты ел, твои тюбики и баночки с полочки в душе, домашние тапочки, провода от твоего телефона, шурупы и гвоздики, которые ты всегда везде разбрасывал. Большой мешок я кое-как вытащила в прихожую. Вынесет брат, когда придет в следующий раз. Час ночи. Я сделала себе чашку чая, достав новую чашку из сервиза, подаренного мамой перед нашей свадьбой. На полупустой кухне стало сразу просторнее. Я зашла в ванную, включила горячую воду, достала из шкафчика новый гель для душа и свежее полотенце. В спальне стащила с кровати бесчисленное количество покрывал и подушек, постелила новое льняное белье. Жесткое, но приятное на ощупь. Красивое. Все остальное завязала в узел и оттащила в ванную. Забила стиральную машину и погрузилась в горячую душистую спасительную воду. По коже сразу пробежали мурашки. Как же давно я не испытывала таких приятных ощущений от купания.

Чистая и словно обновленная после ванны я легла в постель. Она была необычайно гостеприимной, как никогда. Едва коснувшись головой подушки, я уснула. Меня разбудил солнечный свет, пробивавшийся сквозь тяжелые портьеры на окне. Солнечный луч настойчиво светил мне прямо в глаза. Раздалась знакомая трель телефона. Я сонно потянулась и села на постели. Звонили с работы. Исполнительный директор моей фирмы.

- Да. Я слушаю. – я попыталась, чтобы голос мой звучал как можно бодрее, но предательская хрипотца выдавала, что я только что проснулась.

- Доброе утро, Александра Михайловна, вы просили не беспокоить вас некоторое время, но сегодня последний рабочий день месяца, вы будете в офисе? Необходимо решить кое-какие вопросы, касающиеся технологического раздела проектной документации по «Майорке». Требуется ваше присутствие. – рапортовал новый, еще пока усердный и исполнительный работник Владимир.

- После обеда я подъеду.

Я знала, что все мои сотрудники в курсе моей личной жизни. В офисе всегда происходят бурные обсуждения всех свежих происшествий… От этого никак не спрятаться, все люди любят покопаться в чужом грязном белье, пусть себе трещат, если это их единственная радость в жизни. Хотя и не совсем приятно переносить сочувственные взгляды со стороны подчиненных – мол, бедняжка, и муж-то ее бросил, и никому она теперь не нужна…

Я опустила ноги на пол, нашла под кроватью теплые меховые тапочки и подошла к окну. Раздвинула портьеры, и солнце теплой волной ударило по отвыкшим глазам. Я несколько раз моргнула, и на лице невольно расплылась дурацкая улыбка – на меня всегда так действовал свежевыпавший снег. Я включила чайник, умылась, отметила, что пора покупать зубную пасту. Налила полную кружку обжигающего язык кипятка, опустила туда один пакетик серого английского чая с цитрусом, который полюбила в последнее время и одну ложечку элитного тростникового сахара. Вкусно и как-то по-новому. Сегодня все будто в первый раз, как-то по-другому. Включила музыку и подошла к платяному шкафу. Как всегда – нечего надеть. Все-таки выбрала светло-серую шелковую рубашку, синий брючный костюм и серьги. Твои любимые. Наряжаюсь как для тебя. Привычка. Ты моя привычка. Подхожу к письменному столу и беру в руки ежедневник – там все расписано еще на неделю вперед. Деловая… Собираю документы в папку. Допила чай. Еле нашла мобильник среди подушек. Надела шубу, которую подарила себе на прошлый новый год. Я ее очень люблю! Если бы было можно, я носила бы ее круглый год, хотя раньше никак не могла понять почему женщины так хотят шубу… Но один раз ощутив на себе ее тяжесть и одновременно легкость, ее роскошную нежность и почувствовав как дорогой мех перетекает у меня между пальцев, я не смогла устоять. Шуба – это не предмет роскоши – это первая вещь, благодаря которой я смогла ощутить себя по-настоящему шикарной женщиной! Я оглядела квартиру, все еще находившуюся в состоянии разрухи, посмотрела на себя в зеркало и отметила, что тональный крем хорошо скрыл круги под глазами, а благодаря затяжному заточению, я похудела, и костюм сидел на мне лучше. В прихожей на столике я обнаружила ключи от квартиры и от машины. Спустившись в подземный гараж, я обнаружила свой автомобиль там, где я его и оставила почти 2 недели назад. Я нажала на брелок сигнализации и села за руль. В машине было прохладно и пусто. Как будто она стала больше. Машин на дорогах было пруд пруди, предновогодняя суета советских граждан действовала на нервы. Они закупали мандарины и сосны, Ростовское шампанское и дешевые конфеты и считали себя счастливыми в новогоднюю ночь.

Я припарковала свой BMV прямо у входа в офисное здание. Оно напоминало одно из зданий, которые мы каждый день видим в новостях SNN – бетон, металл и стекло и совершенно невообразимая закрученная форма. Охранники приветствовали меня с таким выражением лица, точно я только что оторвала их от операции захвата Пентагона. Вышколенные, одинаковые на первый взгляд, амбалы не вызывали у меня никаких других ассоциаций, кроме как врагов из бесконечных фильмов про шпионов и захватчиков. Прозрачный стеклянный лифт возносил меня на 19 этаж мягко и бесшумно. Я и забыла как люблю это ощущение причастности. Секретарь встретила меня приветливой улыбкой, я прошла через длинный коридор и вошла в свой кабинет. Здесь все осталось так же, как я и запомнила. Только я поменялась, подумала я с грустной улыбкой.

- Кофе, Александра Михайловна? – бодро поинтересовалась моя ассистентка?

- Нет. Больше я не пью кофе. Лучше принеси распечатку звонков и позови Владимира Сергеевича.

- Владимир Сергеевич на конференции по новейшим строительным технологиям.

О! Звучит так, будто он сейчас на станции «Байконур» готовится к запуску ракеты. Подчиненные изо всех сил старались походить на своих европейских коллег и рьяно исполняли поручения, даже ввели корпоративный стиль общения и дресс-код, хотя я никогда не настаивала. Требовала только своевременного и грамотного исполнения поручений.

- Зайди ко мне.

Виктория бойко докладывала обо всех изменениях и новостях. Я шла рядом с ней и слушала в пол-уха. Я уже наметила план действий на сегодняшний день. В общем офисе царила предпраздничная обстановка и даже пахло пресловутыми мандаринами. Мне нравится мой офис. На каждом столе стоял компьютер, творился творческий беспорядок, всюду были расклеены и развешаны цветные бумажки, вырезки из журналов, какие-то схемы и диаграммы, распечатки и фотографии. Это гораздо ярче свидетельствовало о продуктивной работе и заинтересованности моих сотрудников в том, чем они занимаются, чем девственно чистые столы и каменные лица. Шум сразу прекратился и все обратили ко мне свои любопытные и заинтересованные лица, пытаясь прочитать у меня на лице исход моей семейной драмы. Не дождетесь! Дерзко выкрикнула я про себя.

- Добрый день! – я любезно улыбнулась и обвела всех доброжелательным взглядом.

- Добрый день, Александра Михайловна, - проскандировали они будто дети на празднике в честь нового года в детском саду.

– Не буду никого отвлекать от рабочего процесса, продолжайте. – я спокойно обошла все столы, а раньше я ощущала неловкость от того, что эти люди – мои подчиненные.

Я вернулась в свой кабинет, разложила в стопки кипу бумаг, которые Виктория сложила на моем столе. Спустя минут 40 в моем кабинете появился Владимир. Как всегда – собранный и подтянутый. При взгляде на него казалось, что этот мальчик в душе успешно разыгрывает из себя большого и серьезного дяденьку. Мы долго обсуждали накопившиеся вопросы, и освободилась я только тогда, когда на улице уже начинало смеркаться. Я со спокойной душой отпустила сотрудников на новогодние каникулы, еще раз пересмотрела документы, чтобы убедиться, что я ничего не пропустила. Порылась в ящике стола, где еще 3 недели назад спрятала подарок, который давно заказала для тебя в ювелирном салоне. Цепочка и крест из белого золота с двумя бриллиантами. Сзади гравировка – береги себя. Красиво и очень благородно. Тебе бы очень понравилось. Со вкусом. Впрочем, этим я всегда отличалась. Никогда не любила массивных вещиц, обильно усыпанных бриллиантами, так и кричащих – я богат и могу себе позволить носить до неприличия дорогие побрякушки. Я тоже не нуждаюсь, но, тем не менее, мой достаток элегантен и не висит на необъятной шее в виде трехкилограммового креста на собачьей цепи. Я вздохнула и подумала о том, как теперь некстати этот подарок. Я, конечно, тебе его презентую, но не будет тех блестящих глаз, которые я так люблю в тебе! Я спустилась на том же бесшумном лифте на морозную улицу, запахнула получше шубу и побрела к машине. Ну и где теперь это ощущение причастности?! Жизнь снова проходит мимо меня. Я заехала по пути в наш любимый ресторан, официантка радостно встретила меня и разместила в укромном местечке за кадкой с цветком. Мне нравился этот столик на двоих, нравился сервис и нежнейшие булочки с кунжутом. Дорогой фарфор и серебряные приборы поднимали настроение, напоминали о том, что я самодостаточна. Я заказала салат с морепродуктами и медальоны из говядины. У повара они получались особенно изысканными. В ожидании заказа я стала разглядывать людей сидящих поблизости. Пара у окна здесь не в первый раз, я их уже видела. Средних лет мужчина выглядел так, словно не мог дождаться, пока его почтенная сухопарая супруга, наконец, дожует кусок мяса, разрезанного на тысячу микроскопических кусочков. Мужчины справа явно обсуждали дела бизнеса. Они беседовали чинно и вежливо, но мне со стороны было заметны их алчные выражения лиц и желание отхватить куш побольше. И я была уверена, что под их модными сиреневыми рубашками висят трехкилограммовые кресты. Недалеко от дверей сидела гламурного вида девушка с одним бокалом вина на столе и пожирала глазами бизнесменов, надеясь поймать олигарха в свои сети. За ближайшим от меня столиком сидел мужчина, лицо его закрывала большая газета, явно иностранной публикации. Мне принесли заказ, неторопливо пережевывая пищу, я анализировала отношения с собственным мужем, которые окончательно прекратились прошедшей ночью. Мы были женаты почти 7 лет. За это время многое переменилось. Мы с тобой многого добились в жизни, так получилось, что с самого начала все пошло как по маслу. У нас ладились любые дела, бизнес разворачивался на глазах. У меня получилось открыть небольшую архитектурно-проектную организацию, потом мы выиграли несколько крупных тендеров, успешно их реализовали, фирма требовала расширения, в прошлом году мы перебрались на 19 этаж самого знаменитого бизнес – центра, расположенного в деловой части города. Но чем лучше развивался мой бизнес, тем хуже и хуже становились наши отношения. Ты занимался своими делами, я – своими. Складывалось впечатление, что наши отношения – это цена за успешно развивающийся бизнес. Я не стала бессердечной и циничной бизнес – леди, нет. Дома я продолжала оставаться безрассудно наивной дурой. Моя любовь к тебе ломала меня, подчиняла меня тебе. Невольно я стала рабой собственных чувств. Я знала, как жить с тобой, я знаю тебя лучше всех. Но я пока не знаю, как жить без тебя. Я в тебе пока нуждаюсь и не знаю, как себя от тебя отучать. А твоя любовь ко мне превратилась в жалость, даже не в привычку. Сильная женщина по жизни, рядом с тобой становилась манипулируемой марионеткой. 2 недели назад я ехала домой в предвкушении встречи с тобой. Войдя в квартиру, я обнаружила у порога 2 твоих серых чемодана. «Нам надо расстаться на время. Я так больше не могу. Ты слишком предсказуема в своей любви. Я от тебя устал. Тебя слишком много. Ты везде. Ты мне дышать не даешь. И я даже знаю, что ты сейчас скажешь. Поэтому я прошу тебя - молчи.» И ты ушел. А я так и осталась сидеть на пороге. Глупое выражение лица, растерянность, обида, и дальше бесконечная неизвестность. Я достала из бара начатую тобой на годовщину нашего знакомства бутылку виски и отпила прямо из горлышка. Обжигающая жидкость прочертила во мне дорожку. Я снова бессильно опустилась на пол. На следующий день я позвонила Володе и сказала, что подхватила простуду и буду лечиться дома. Было безумное желание позвонить тебе, поговорить, все объяснить, но телефон был все время недоступен. А вчера ты приехал. Сам. Без предупреждения, будто знал, что я буду дома, что  я тебя жду. С порога ты набросился на меня как голодный зверь. Резко, до боли сжал в своих объятиях, впился в губы неистовым поцелуем. Я думала, я умру от боли и от любви к тебе. Мне хотелось тебя убить и хотелось, чтобы ты больше никогда не уходил. И ты любил меня. Страстно и долго, как когда-то давно. Но потом будто ты очнулся и снова натянул на себя маску раздражительности и презрения ко мне. Хотя ты любил меня как любимую женщину, а не из жалости. Как женщину, по которой ты по-прежнему сходишь с ума…

Я расплатилась по счету и вышла из ресторана. Я чувствовала, что сейчас ты один. Недолго думая, чтобы не передумать, я набрала твой номер телефона. Гудок. Второй. Третий. Ты уже заметил, но еще не решил стоит ли отвечать, думаешь, что я закачу тебе истерику или буду умолять о встрече… Четвертый. Пятый. Сколько там положено по этикету? Шесть? Буду отключаться, ты не ответишь. Ты привык быть хозяином ситуации.

- Алло. – торопливое и решительное, - что ты хотела?

- Привет. Я ужинала тут неподалеку. У меня для тебя подарок, я купила еще до того как ты ушел. Разреши тебе его отдать. Это важно. Это специально для тебя.

- Не стоило. Не хочу быть обязанным. – холодно, но заинтересованно.

Ты всегда любил подарки…

- Встретимся через четверть часа в кофейне на углу?

- Я буду раньше. Я спешу.

- Хорошо. Я сейчас подъеду. – ты как всегда первый повесил трубку. – я соскучилась. – сказала я в тишину.

Ты как всегда отменно выглядишь. Стройный, роскошный, ухоженный. Чисто выбрит. Вкусно пахнешь. Так странно – вроде мой муж, а я даже поцеловать не могу. Ты заметно нервничаешь. Видимо, тебе неловко, что ты вчера проявил слабость и приехал ко мне, что показал, что тебе без меня плохо.

- Привет. Еще раз. – я рада тебя видеть, но если я скажу об этом, ты снова решишь, что я тряпка, и поэтому я молчу.

- Привет. Я спешу. Тебе не стоило утруждаться. – ты пытался быть вежливым.

- Я заказала это специально для тебя еще давно, поэтому будет глупо не подарить. Ведь эта вещь не виновата в том, что у нас не сложилось. – я достала из сумки черный бархатный футляр и протянула тебе. Ты удивленно посмотрел на меня, что бы это могло быть – пронеслось у тебя в голове.

Ты медленно развязал шелковый шнурок и открыл футляр. Ты давно носишь одну и ту же цепочку. Даже не помню уже сколько лет. Мне хотелось, чтобы этот крест напоминал тебе обо мне, хранил тебя. Ты не ожидал увидеть именно такой подарок.

- Спасибо. Неожиданно. Мне приятно.

- Ты будешь его носить?

- Да. Не вижу причин, чтобы отказаться. Очень красиво. Мне неудобно, что так вышло. Я не готовил никаких подарков.

- Я бы тоже не готовила. Просто так получилось.

- Еще раз спасибо. Ладно, я спешу. Я позвоню. Нужно решить вопрос о будущем. Ну ты понимаешь.

Я понимала. Ты говоришь о разводе. Ты расплатился за нас обоих – по-джентельменски – и вышел на улицу. Я тоже оделась и вышла. Не хотелось выглядеть глупо. Было начало девятого. Домой не хотелось. Я знала, что вернусь туда и снова погружусь в глубочайшую депрессию. Я до последнего думала, что у тебя это все пройдет, что ты успокоишься, поймешь, что я нужна тебе и вернешься. Но, похоже, что ты и не думал возвращаться. Сама не заметила, как подъехала к дому. Здесь все как всегда. Респектабельный район, теплый свет льется из окон, обеспеченные родители вывели на вечернюю прогулку своих младших отпрысков. Мы переехали в эту квартиру 3 года назад. Мы надеялись, что у нас наконец-то получится зачать ребенка. Но вот уже 7 лет ничего не выходит. Сначала я нервничала и плакала, изводилась сама и изводила тебя, потом мы долго лечились оба, потом еще целый год я молила Бога о ребенке. Но уже полтора года, как я смирилась с тем, что нам не суждено стать родителями. Мне кажется, что ты смирился уже давно. И видя неудачные примеры своих друзей, в глубине души даже рад, что у нас не получилось завести детей.

В квартире по-прежнему был жуткий бардак. Я устало присела на спинку кресла, сняла серьги, пиджак, расстегнула пуговицы на рубашке. Включила телевизор. Надела белую футболку, голубые байковые брюки, они мне так нравятся. И тебе… Я замечаю, что все делаю так, чтобы тебе понравилось. Я смела весь мусор, валявшийся на полу, протерла тряпкой пыль, сложила чистые вещи в шкаф. Квартира на глазах приобретала опрятный вид.

Я вышла на балкон. Воздух был морозным и прозрачным. Город сиял как новогодняя елка. Последние прохожие торопились домой, чтобы проводить с близкими уходящий год. Новый год я буду встречать одна. На столе уютно расположились бутылочка моего любимого мартини, сверкающий холодным блеском хрустальный бокал и кисточка турецкого винограда.

- Неужели ты больше никогда не вернешься? – произнесла я вслух, не обращаясь конкретно ни к кому. То ли мне было жаль себя прежнюю, то ли того, что моя семья разрушена, то ли что год заканчивается на такой печальной ноте, но я заплакала навзрыд. Так умеют плакать лишь дети. И я. Без тебя.

- Я не могу без тебя! – всхлипывая, пробормотала я и погрузилась в блаженный сон.

Мне снилось, что ты пришел. Как обычно громко шумел в коридоре и струсил снег с ботинок прямо на наш персидский коврик перед дверью. Тихо прошел в комнату и опустился на колени перед кроватью. Я спала и все еще тяжело дышала во сне. Ты долго смотрел на меня, целовал ладони, плечи, волосы. Потом разделся и лег рядом со мной. Как хорошо! И не хочется просыпаться! Я даже во сне ощущаю твой запах, и что-то металлическое холодит лопатку. Твой новый крестик. Я прижимаюсь к тебе крепче и шепчу:

- Я не могу без тебя…

- И я без тебя…