Злата такая девочка растет, что тушите, мальчики, свет. Не знаю, в чем ходят дома ваши дети, а мы рассекаем в парадном платье цвета шампанского, пару раз укладывались в нем спать и вытерли руки после тефтелей. Ей почему-то кажется, что платье настолько волшебно, что снесет даже такие издевательства и никаких пятен не останется. Само собой, в садик должно быть только платье. И муж, который чаще всего отвозит ее туда, уже сам вечером стал проверять пакет - если тем лежит не платье, то он в испуге округляет глаза и дрожащим голосом ставит меня в известность: «ЭТО я ей не надену». А потом молча убирает лосины и складывает платье. Сам. 
Апофеоз любви к женственности наступает во время примерки обуви. Вдохновенно распахивая шкаф, как будто она не по дому гулять собирается, а как минимум в оперу и что-то там понять, Злата первым делом достает кроксы. Потом подходит к зеркалу и придирчиво смотрит на себя.
- Мама, я невеста! - объявляет она так громко, что соседи начинают вздрагивать, хвататься за сердце и бьются об батареи.
И чтобы припечатать это, крепко целует свое отражение в зеркале или просто кладет две пятерни на его поверхность. У меня уже никакой «мистер мускул» с пятнами на зеркалах от ладошек не справляется. Понял, что бестолку и опустил свои мускулистые руки.
А я смотрю на все это и думаю, что если бы невесты выбирали вместо туфель кроксы, то к концу дня не кое-как вынимали онемевшие ступни из шпилек, отказываясь танцевать, а отплясывали бы до порванного в клочья корсета и спящих в салате гостей. А на фотографиях кроксы, выглядывающие из-под пышного платья смотрелись бы так, что сказка о Золушке могла бы закончиться раньше, додумайся автор до такого хода.
Мой внешний вид волнует Злату ничуть не меньше, чем собственный. Каждое утро я собираюсь на работу. И если она к тому моменту проснулась, то надетым брюкам конец. Она будет отчитывать меня голосом Фрекен Бок, ходить по пятам и требовать, чтобы я немедленно надела платье, лучше всего вечернее и с декольте. Таким, что мой чересчур правильный начальник будет чаще обычного забегать в кабинет, забудет, что женат, в конце-концов споткнется о край стола и лишит меня премии на ближайшие месяцы.
Еще Злата обязательно просит, чтобы я распустила волосы, и накрасила ногти. Красным или на худой конец оранжевым. А терпения у меня много, у меня же дочь Козерог, поэтому я терпеливо объясняю, почему это невозможно. Думаете, она обижается? Ничего подобного. Решение приходит молниеносно. Хорошо еще в один слой пока приходит.
