Душа поет

- К сожалению, «денья», только раз в годуууу.. - заводит Злата. (Это у нас слово день рождения никак на два не распадется. - прим.матери. )

- Жили у бабуси, два веселых гуся. Один - серый, другой - белый, два веселых гусяяяяяяяяя.. Мам, Антошку включай!

Злата запела. Талант и желание обрушились на нее пару недель назад и проявляются круглосуточно с перерывами на сон. При беспросветно тугоухой матери, не способной без визуального восприятия иной раз определить половую принадлежность поющего, и более-менее стройно выводящим рулады отце получилось нечто среднее, но не безнадежное.

И все бы ничего, если бы не пела она всего три вышеобозначенные песни, которые обязательно должны при этом играть на диске. Он крутится у нас почти каждое утро, день и, чтобы, не дай бог, не забыть слова, вечер. Мое предложение о смене репертуара заканчивается ничем.

- Львенка и черепашку?

- Антошку.

- Про мамонтенка?

- Антошку!!

- Давай Лепса про рюмку водки на столе? - безнадежно предлагаю я, зная результат.

Вместо ответа Злата молча тыкает кнопку «вкл» и заводит шарманку про гусей или Антошку почти на полную мощность и начинает подпевать, стараясь держать громкость.

- Я пою! - задыхаясь между песнями, оповещает довольная Злата.

- Конечно, зайка. Съешь сырое яйцо для связок, - медленно наматываю я прядь волос на палец, вглядываясь в пустоту.

Своим талантом дочь ежедневно осчастливливает не только меня, но и всех вокруг. Чтобы соседка снизу точно поняла, что терпит это беспредел не просто так, и через 35 лет получит автограф бесплатно.

А вообще так всегда. Любовь у Златы перманентная, но уж если ей что-то понравится - залюбит насмерть, зачитает до дыр, заслушает до хрипоты, а из наклеек сделает себе столько сережек и браслетов по периметру обоих ушей и рук, что цыгане обзавидуются. Но как в настоящей девочке постоянства в ней ни на грошь, поэтому периоды увлечения длятся от полутора до двух месяцев. А значит «жить» Антошке недолго осталось в магнитофоне. Такая любовь.