Сказка-повесть для усыновлённых деток и их родителей

Приключения ёжика Бафи, медвежонка Там-Тама и совушки Лу.
Часть 1

Глава1

Аист Том или как все началось.

Гроза разыгралась не на шутку. Порывы ветра гнули к земле тонкие березы и срывали лепестки с ромашек. Среди черных тяжелых туч то и дело сверкали молнии, и рокотал гром.
Сложив крылья, белый длинноногий аист обошел покрытый мхом пень и осторожно поддел клювом неподвижный колючий комочек.
-Малыш, ты потерялся?
Ежик с подозрением высунул из колючек розовый нос и принюхался.
-Не знаю... Вы кто? - тихо спросил он, пошевелив затекшими лапками.
-Аист Том. А тебя как зовут?
-Не знаю, мне пока никто не сказал.
-Ох... - недовольно покачал головой аист. Он не любил выдумывать имена ничейным ежикам. - Хочешь быть Бафи?
Ежонок задумался. Имя ему понравилось.
-Хочу!
-Ну, тогда здравствуй, ежик Бафи, добро пожаловать в Лес.
-А что такое Лес? - растерялся ежик.
Аист устало вздохнул и указал клювом на чернеющий неподалеку густой ельник.
-Теперь это твой временный дом, маленький Бафи.
-А что такое дом?
-Дом - это место, где тебя любят и ждут. Но хватит вопросов, нам пора лететь, скоро начнется дождь.
Попросив ежонка пригладить колючки, аист легко подхватил его и взлетел. Понедельник заканчивался, и ему пора было возвращаться в свое гнездо. День выдался тяжелым - Бафи стал для старого аиста сто первым ничейным ежонком, а сколько ничейных котят, утят, лисят, барсучат и медвежат он отнес за годы своей службы - было уже и не вспомнить.
-Почему вы сказали, что Лес - это временный дом? - спросил малыш, стараясь не смотреть на проплывающие под ними фиолетовые тучи.
Аист Том недовольно щелкнул клювом. Сто первый ежик попался слишком любопытным.
-Понимаешь, Бафи, - ответил он, чуть задумавшись, - когда еж с ежихой понимают, что им пришла пора стать родителями, они готовят светлую комнату для ежат. Но иногда ежата так спешат появиться на свет, что рождаются не вовремя и комната еще не готова... Тогда прилетаем мы, аисты и относим малышей во временный дом, чтобы им было, где жить, пока за ними не придут те, в чьих сердцах вспыхнет Звездный свет.
-А как же еж с ежихой?
-Наверное, они сразу забывают, что у них родились ежата, потому что были совсем к этому не готовы. А возможно, поспешившие ежики просто слишком любопытны и как-то ненароком падают с небес совсем не в ту семью, где их на самом деле ждут. Вот и приходится нам, аистам, исправлять их шалости.
Маленький ежонок устало зевнул и закрыл глаза. Ему казалось, что он слышит далекий не знакомый голос, шепчущий ему, что он обязательно найдет настоящий дом, где его будут любить и ждать, и не важно, кто будет жить в этом доме - ежики или белые аисты, или те странные незнакомые звери, которые пробегали мимо, когда он спал возле своего пня.
Когда аист Том приземлился на небольшую зеленую полянку, из пряничного домика к нему навстречу вышел толстый добродушный барсук по имени Нянь. Барсук был уже старым, поэтому очень любил ворчать, если что-то делалось не так, как он хотел. Вот и теперь, увидев аиста, он нахмурился и принялся укорять, что он прилетел поздно и ужин уже остыл.
-Ну, прости, прости, брат, - улыбнулся аист, подтолкнув проснувшегося ежонка к домику. - Этот малыш мог замерзнуть ночью, если бы я его не нашел. Думаю, он такой голодный, что съест и холодный ужин.
-Правда? - спросил барсук, погладив ежика по розовому носу.
Бафи согласно кивнул, ему очень хотелось и есть, и спать, и скорее осмотреть это странное место, которое аист назвал временным домом.
Подождав, пока ежонок и старый барсук скроются за пряничной дверью, аист Том взмахнул крыльями и взлетел в ночное пасмурное небо. До гнезда было несколько часов пути и, наверное, его птенцы уже давно спали под крылом своей мамы. Он вспомнил вдруг дни своего птичьего детства. Мама Барсучиха, нашедшая в лесу одинокое яйцо, подарила ему и дом, и любовь и задорного брата-барсучонка, родившегося чуть позже. Именно благодаря маме, аист решил, что не станет, как другие его сородичи доставлять малышей в уютные комнаты, а будет искать таких же как он, потерянных, заблудившихся, пришедших в этот Лес, когда никто их не ждал.
"Желаю тебе, малыш Бафи, скорее найти маму твоего сердца и большую-большую семью", - подумал аист Том, в последний раз оглянувшись на крошечный пряничный домик.

***
Когда на ясном небе взошло ярко-желтое солнце, маленький ежик потянулся и открыл глаза.
-Ой! - вскрикнул кто-то сбоку. - Ты уколол меня!
Моргнув, Бафи удивленно посмотрел на толстого белого медвежонка, который обиженно потирал свою лапу и сердито хмурился.
-Ты кто? - спросил ежик, на всякий случай отодвигаясь подальше.
-Там-там... - махнув лапой, пробурчал медвежонок.
-Нет, я хотел узнать твое имя, а не что там...
-Это и есть мое имя - Там-там! Аист Том принес нас вчера днем - меня и вон ту, пушистую!
Ежик повернулся туда, куда указывал лапой медвежонок и увидел на полу серый взъерошенный комочек перьев. Комочек странно дрожал и всхлипывал.
-Эй, - осторожно позвал Бафи, - а ты кто?
Из вороха перьев показался маленький клюв.
-Та, которая снесла мое яйцо, была совой, наверное, я тоже сова.
-Ты ее помнишь? - удивился медвежонок. - Разве так бывает? Ты же ничейная!
-Не знаю, - честно призналась маленькая сова. - Когда я была еще в скорлупе, то слышала, как она жаловалась, что у нее слишком много яиц... Она говорила, что совам положено иметь только одно, редко два, а у нее получилось целых три. Потом я долго катилась куда-то, а когда вылупилась, увидела аиста. Он сказал, что я ничейная и назвал меня Лу. Но я помнила, что сова.
-Сова Лу, - улыбнулся ежик и погладил лапкой комок перьев. - Не переживай! Наверное, ты просто поспешила родиться и попала не к той сове. Как я, и Там-там. Ничего страшного, мы немного подождем и обязательно найдемся!
-Ты так думаешь? - с надеждой спросила Лу.
-Конечно! - одновременно ответили ежик и медвежонок, и все трое звонко рассмеялись.

Глава 2.

Однажды, это случилось через два или три дня после того, как в пряничном домике посреди лесной поляны появились новые малыши, медвежонок Там-там заболел. Наверное, он съел слишком много меда или же застудил лапки, забыв надеть теплые тапочки, но ему было очень плохо.
-Где же дядя Барсук? - жаловалась встревоженная совушка Лу, то и дело, поглядывая за окно. - Уже вечер, а его все нет...
-Нас много, - печально ответил ей ежик, кивнув на расставленные вдоль стены кроватки, в которых спали ничейные малыши, - а он один, и у него дома еще трое барсучат, они тоже скучают по папе. Подожди, вот зажгутся звезды, он вернется и принесет лекарство.
Действительно, как только на небе показались первые звезды, из леса вышел большой Барсук. Он шел, опираясь на толстую палку, и держал в руке фонарик. Рядом с Барсуком важно шагал какой-то незнакомый высокий зверь.
-Это доктор олень... - шепнула подошедшая к друзьям белочка, - наверное, он пришел к медвежонку!
-Да-да! - обрадовано ухнула совушка, взмахнув маленькими крылышками. - Теперь все будет хорошо.
Услышав, что к нему идет врач, медвежонок Там-там перестал стонать и открыл свои круглые черные глаза. Вокруг него столпились непохожие друг на друга малыши. Тут были и бельчата, и котята, и ушастые серые зайчата, и птенчики, и даже один маленький зеленый крокодильчик из Африки. Всем им было жаль медвежонка, а еще они немного волновались, потому что когда в пряничный домик приходил взрослый, в них загоралась надежда, что он пришел за одним из них... Иногда так и на самом деле случалось, хотя порой некоторые малыши так долго ждали, что успевали вырасти и сами становились взрослыми. Тогда они уходили в Лес самостоятельно и строили свой дом, готовя столько комнат, чтобы хватило даже ничейным малышам. Так им объяснял Барсук.
Олень Дамби, который приходился внуком того самого легендарного Бемби, вошел в комнату, едва не задевая потолок ветвистыми рогами.
-Ну, где у вас больной? - оглядев застывших зверят, спросил он.
Малыши послушно расступились, пропуская доктора к медвежонку. Пока Дамби смотрел у Там-Тама горлышко и слушал специально трубкой его сердце, стояла тишина - все очень боялись помешать, поэтому молчали и не шевелились. Наконец, олень дал медвежонку микстуру и с улыбкой сказал подошедшему Барсуку, что медвежонок просто простудился и скоро поправиться. Все вздохнули с облегчением.
-Здравствуйте! - раздался вдруг звонки детский голосок, и доктор вздрогнул, едва не выронив градусник.
-Здравствуй, малышка, - обернувшись к смущенной белочке, вежливо ответил Дамби и улыбнулся. - Как тебя зовут?
-Сессиль, - сказала белочка, обернувшись своим пушистым рыжим хвостом, потому что очень волновалась.
-Какое красивое у тебя имя, Сессиль, - кивнул олень, и ежику Бафи, который в этот момент очень внимательно наблюдал за ним, показалось, что в больших глазах доктора вдруг вспыхнула и тут же погасла яркая звездочка. - Уже поздно, дети, - моргнув, продолжил Дамби, - вам все давно пора спать. Спокойной ночи.
Малыши послушно разошлись по кроваткам, а добрый Барсук проводил доктора до самого Леса. Постепенно, свет в ночниках погас, и в комнате стало совсем темно, только в маленькое окошко приветливо заглядывали звезды. Маленький медвежонок крепко спал, свернувшись под теплым одеялом. Рядом, на спинке его постели дремала совушка Лу (ей удобнее было спать сидя, она ведь была птицей), а на мягком коврике, который Барсук сплел специально для ежонка, лежал без сна ежик Бафи. Он с грустью слушал, как тихо плакала в темноте белочка, и думал, что за странный свет сверкнул тогда в глазах доктора оленя, и почему ему казалось, что произошло какое-то чудо...
Наутро, не выспавшегося ежонка разбудило радостное уханье совушки Лу. Размахивая маленькими крылышками, птичка в волнение перелетала со спинки кровати на стул и обратно, и никак не могла остановиться.
-Что случилось? - потирая глаза, спросил сонный Бафи, с удивлением глядя на улыбки проснувшихся зверят, которые снова столпились у окна.
-Случилось! Случилось! - не переставая, продолжала ухать Лу. - Посмотри сам!
Подойдя к окну вместе с медвежонком, ежик взглянул вниз. Возле дверей пряничного домика стоял олень Дамби со своей женой оленихой, и разговаривал с улыбающимся Барсуком.
-Я же говорил тебе, Сессиль! - промурлыкал серый котенок, погладив лапкой изумленную белочку. - Мы сразу поняли, когда он посмотрел на тебя - это был взгляд сердца, ты ведь тоже его узнала!
-Я почувствовала тепло, - созналась белочка, - но боялась поверить, что это мой папа... Он такой большой! И совсем не похож на меня!
-Аист Том говорил, что так часто бывает, - с важным видом фыркнул медвежонок, не сводя взгляда с оленей под окном. Было видно, что ему тоже хотелось оказаться на месте белочки.
Через несколько минут, Барсук позвал маленькую Сессиль вниз, и больше малыши ее никогда не видели - только один раз в окно удалось разглядеть, как уходили в Лес радостные олень с оленихой, а рядом с ними по зеленой траве прыгал рыжий счастливый комочек.
***
Чем дольше ежик Бафи, медвежонок Там-Там и совушка Лу жили в пряничном домике, тем больше они убеждались, как много в этом мире настоящих чудес.
Время от времени, аист Том прилетал с очередным ничейным малышом или приносил Барсуку странные маленькие конверты разных цветов. В этих конвертах, как объяснили друзьям блезняшки-синички, живущие в домике не первый год, находились письма от зверей, которые искали потерявшихся малышей. Барсук Нянь внимательно изучал каждое такое письмо и потом долго думал, кого же из его маленьких подопечных разыскивали написавшие его мама и папа. Иногда он понимал это сразу, а иногда с грустью сообщал, что таких зверят, каких они хотят, пока нет. Чаще всего почему-то искали маленьких птичек и непременно певчих, что очень расстраивало совушку Лу, потому как петь она совсем не умела.
К счастью, когда в пряничный домик приходили гости и все малыши надеждой и радостью выбегали им навстречу, получалось не совсем так, как планировал Барсук или сами звери. Стоило какому-нибудь малышу зажечь в глазах гостя Звездный свет, как все сразу решалось, и счастливые мама и папа забывали, что пришли за певчей птичкой, а не за худеньким волчонком. Так вот и выходило, то лиса уносила в люльке маленького медвежонка, ласково называя его сыночком, хотя мечтала найти дочку-лисичку; огромный лось подталкивал к лесу, едва стоявшего от радости на ногах олененка, а зайчиха с гордостью уводила за собой сразу трех рыжих котят. Случалось, правда, что пришедший на поиски тигр находил очень похожего на себя тигренка, но так происходило гораздо реже. Впрочем, как начал понимать ежик Бафи, главным было счастье в глазах малышей, которые наконец-то встречали своих мам и пап.

Глава 3.

Проходили дни, луна сменяла солнце, и ежик, медвежонок и маленькая сова все сильнее привязывались друг к другу. Малышам было весело играть на лугу, бегать под теплым летним дождем, строить замки из песка и собирать сочную красную землянику. Им было хорошо вместе, но они не понимали, насколько сильно связала их дружба, пока не произошло одно очень страшное событие.
Совушка Лу, которая вылупилась из яйца совсем недавно, как и любой птенец не умела, но очень хотела научиться летать. Каждый вечер она выходили из домика, и делала на лугу зарядку, тренируя маленькие крылышки. Медвежонок Там-Там, который тоже мечтал вырасти большим и сильным, всегда присоединялся к ней, а ежик Бафи любил наблюдать за ними со стороны и подбадривать, время от времени выкрикивая:
-Молодец, Там-Там! - или: - У тебя здорово получается, Лу!
Однажды, в обычный тихий вечер, еще до захода красного, как спелая вишня, солнца, над поляной появился большой орел. Малыши подумали, что он прилетел к Барсуку, поэтому не обратили на него никакого внимания и продолжили свою обычную игру. Тем временем орел не улетал, а продолжал плавно кружиться над их головами. Вдруг, сложив крылья и вытянув веред острые когти, он камнем полетел вниз, прямо малышку Лу.
Первым заметив опасность, медвежонок Там-Там, оттолкнул сову в сторону и угрожающе привстал на задние лапы, надеясь испугать хищную птицу. Но орел и не думал пугаться. Тогда, фыркнув, что было сил, ежик Бафи свернулся в колючий клубок и кинулся прямо в острые когти.
Схватив игольчатый шар, орел возмущенно вскрикнул от боли и, взмахнув крыльями, взмыл в небо. В тот же миг из пряничной двери выбежал добрый Барсук и, погрозив вслед разбойнику большой палкой, увел перепуганных зверят в дом. С того дня, трое друзей решили, что стали друг другу не просто друзьями, а братьями и сестрой, и дали торжественное обещание никогда не расставаться.
***
Ежик Бафи очень любил грибы. Ну, просто очень-очень! Каждый раз, когда барсук Нянь выпускал всех ничейных малышей порезвиться на лугу, ежонок сразу же принюхивался и начинал искать на опушки смешные пузатые подосиновики и тоненькие опята. Конечно же, как и любой воспитанный ежик, если он вдруг находил гриб, то делился им со своими друзьями. Впрочем, ни медвежонок, ни совушка Лу, грибы не любили и вежливо отказывались, но им было приятно.
Однажды, когда ежик как обычно предложил Там-Таму аппетитную семейку опят, выросшую на старом пне, подошедший к ним кабаненок презрительно фыркнул:
-Зачем делиться, это ведь ты нашел, значит грибы теперь твои!
Медвежонок, который уже привык считать ежика и совушку своими братом и сестрой, нахмурился, но промолчал, а вот Бафи молчать не захотел, ему стало обидно.
-Затем, - ответил он, - что Там-Там и Лу - моя семья!
Кабанчик засмеялся.
-Вот уж не выдумывай! Сова - это птица, у нее есть крылья, а ты колючий еж и можешь только бегать по земле. Вон даже медвежонок и тот умеет лазить. Вы - разные, и не можете быть семьей!
-Как это не можем? - удивился Бафи. - Разве ты не видел, как счастлива была белочка с оленями или лисичка, которую забрал лось? Не обязательно быть похожими, чтобы любить друг друга, а то что мы родились не в одном гнезде или берлоге - так уж ли это важно? Главное, мы встретились и нам хорошо вместе!
-Да! - важно кивнул Там-Там, подвигаясь поближе к ежонку.
-Ерунда, - упрямо пробубнил кабанчик, насупившись, - никто не захочет забрать сразу трех таких непохожих зверят, вы навсегда тут останетесь!
-А вот и нет! - возразил Бафи.
-А вот и да!
Подошедший на шум Барсук, недовольно посмотрел на расшумевшихся малышей и велел им идти в домик - он очень не любил, когда ссорились и спорили. Зверятам пришлось послушаться.
***
Медвежонок Там-Там родился на свет белым как снег, только нос и глаза у него были черными. Если он зажмуривался и закрывал лапами нос, казалось, что на зеленой траве лежит настоящий сугроб. В последние дни лета, Там-Там часто лежал возле пряничного домика и грустил. Он хотел, чтобы его тоже забрали в настоящий дом, как других малышей, но ни один взрослый пока даже не взглянул на медвежонка.
Совушка Лу, которая за прошедшее время заметно выросла и даже научилась летать, сочувствовала своему другу, но как помочь - не знала, ведь и ей хотелось того же. А вот ежик Бафи знал и даже придумал самый настоящий план спасения их маленького дружеского союза, потому что, хотя и надеялся, что однажды его заберут домой, расставаться с друзьями ни за что не желал.
Ранним осенним утром, когда обитатели пряничного домика еще спали крепким сном, ежонок вышел на луг и стал ждать, когда прилетит аист Том. И вот, стоило только солнцу показаться из-за верхушек старых елей, в воздухе раздалось хлопанье крыльев.
Аккуратно положив на землю маленького, еще слепого котенка, аист Том уже хотел позвать брата-Барсука, как вдруг услышал тоненький голосок.
-Здравствуйте, - вежливо поздоровался Бафи.
-А, это ты, - улыбнулся ежонку аист. - Как живешь, как твои друзья?
-Наверное хорошо... Только очень грустно.
Аист Том удивился.
-Это почему же вам грустно? - спросил он, щелкнув клювом.
-Потому что кабанчик сказал, что никто из зверей не захочет взять нас троих одновременно, а расставаться нам ни за что нельзя!
-Вот как... - задумчиво протянул аист. - Боюсь, кабанчик прав, такое бывает очень редко. Прости, малыш, я ничем не могу вам помочь.
Ежик грустно вздохнул и покачал головой.
-Нет, можете, - тихо-тихо сказал он, внимательно взглянув в глаза Тому. - Покажите мне письма, которые пишут Барсуку звери. Возможно, если я сам отвечу на них и расскажу нашу историю, кто-нибудь захочет полюбить одного ежика, одного медвежонка и маленькую сову.
-Вообще-то, так не положено, - нахмурился аист, но потом подумал и протянул ежику перевязанные ленточкой конверты. - Но один раз я могу сделать исключение. Прочитай их все и выбери одно, а остальные отдай Барсуку. Только если ничего не выйдет, не говори, что я тебя не предупреждал.
Радостно подпрыгнув, ежик поцеловал аиста в щеку и побежал в домик. Он верил, что у него все получиться, ведь в мире было столько чудес!

Глава 4.

Весь следующий день ежик Бафи провел на чердаке пряничного домика за чтением писем. Друзья, которым, конечно, он все рассказал, старались его не беспокоить, только занесли два спелых яблока и одну румяную булочку. Конечно, им было очень интересно узнать, что писали ничейные мамы и папы, но ежонок очень серьезно попросил их не подглядывать, потому что он еще не решил, какое из писем выбрать, чтобы написать ответ. А это было очень-очень важно.
Поскольку Бафи умел читать еще не очень хорошо, к полудню он сумел отложить только четыре конверта, но и этого хватило, чтобы глаза маленького ежика стали влажными от слез. Письма зверей, которые хотели забрать из пряничного домика малыша, были совсем не веселыми. Только одно, которое пахло молоком, вызвало у Бафи улыбку, но оно, увы, совсем не годилось для задуманного им чуда.
"Здравствуйте", - писала белая Полярная лиса красивым почерком, я мама шестерых лисят и все мы живем дружно и весело. У нас просторная нора, у каждого лисенка есть своя комната, а папа-Лис всегда приносит домой столько подарков, что один непременно остается лишним. Мы очень надеемся, что где-нибудь нас ждет маленький ничейный лисенок, который бы мог принять свое сердце кусочек нашей любви, потому что ее намного больше, чем могут вместить шестеро его будущих братьев и сестер. И ничего страшного, если он будет рыжий, мы купим ему на зиму белую шубку, и он тоже сможет прятаться в сугробах!"
Отложив пахнущий молоком конверт, ежик зажмурился и прошептал вслух:
-Как хорошо было бы, если бы Барсук рассказал им о Веточке - маленькой рыжей лисичке, которая уже целых три лета ждала, когда ее найдут. Она как раз мечтала о такой большой дружной семье!
В следующем конверте лежало очень длинное письмо и пахло оно липовым цветом и карамелью.
"Уважаемый Барсук", - писала Курица, - "Вот уже девять лет мы с Петухом ждем, когда в курятнике запищат солнышки-цеплята. Что мы только ни делали: и вили гнездо, как у певчих птиц, и выстилали его мягким пухом, и ходили к доброму ветеринару - ничего не помогло! Все яички по-прежнему пустые, без цыплят. Нам очень-очень грустно жить одним, прошу вас, поищите в пряничном домике, быть может наши цыплята решили вылупиться у других птиц, которые их совсем не ждали? Напишите нам скорее, мы будем ждать и надеется..."
-Бедная Курочка, - всхлипнул Бафи, бережно кладя письмо в конверт, - у нас в домике пока нет походящих птичек, но обязательно будут! Обязательно!
Третье письмо было из далекой Африки. Его написала слониха по имени Цветочек. Она была очень одинокой и жила одна, потому что еще в детстве отстала от своего стада и потерялась. "Дорогой Барсук", - спрашивала слониха, - "это ведь ничего, что у малыша буду только я, мама? Я обещаю, что обязательно справлюсь, сумею вырастить и защитить его от всех опасностей. А еще буду очень его любить, и мне совершенно все равно, каким он будет - маленьким или большим, пушистым или нет. Я согласна на любого, кроме, разве что мышонка, потому что с детства очень боюсь мышей. Ответьте мне поскорее!"
-И ваш малыш обязательно найдется, - уверенно сказал Бафи. - Но нас троих для одной мамы-слонихи будет, наверное, многовато... Неужели нет такой семьи, куда бы мы поместились?
Откусив сочный кусочек от принесенного друзьями яблока, ежик развернул следующее письмо и вдруг замер - от белой бумаги пахло земляникой и лесом. Сердце Бафи застучало так сильно, что, казалось, было готово выпрыгнуть из груди.
"С наступлением лета вас, друг Барсук", - писала рысь, - "наконец-то мы с мужем решились обратиться к вам за помощью. Вы знаете, сколько лет мы ждали, что в нашем большом доме появятся рысята, но их все нет, и, наверное, уже не будет. Две светлые комнаты с зелеными обоями из душистых трав стоят пустыми, а в моем сердце давно уже поселилась печаль. Вечером мы с мужем часто сидим за большим столом и мечтаем, что когда-нибудь случиться чудо и в доме все-таки зазвучит детский смех. Пожалуйста, помогите, чтобы наши надежды сбылись! Мы бы очень хотели найти двух малышей, которым нужны мама и папа, потому больше не можем жить без них!"
-Двоих... Они ищут только двоих, а нас трое... - погрустнев, пробормотал ежик и задумался. - Но ведь совушка Лу - птица, да еще ночная! Мы могли бы сделать для нее комнатку на чердаке, поближе к небу! Ведь наверняка в большом доме есть чердак, как же иначе?
Радостно подскочив, Бафи взял перышко, которое из собственного хвоста выдернула маленькая Лу и, закусив язычок, написал:
"Уважаемая тетя Рысь, простите, что пишу вам сам, потому что аист Том сказал, что это не положено. Но мне, ежику, и моим брату и сестре, очень сильно нужна семья, а кабанчик говорит, что поскольку нас трое, никто не решиться стать нам мамой и папой. Я знаю, вы хотели только двух малышей, но моя сестренка Лу - сова и ей совсем не нужна комната, да и ест она мало. И я тоже мало ем. А вот медвежонок поесть любит, но зато он белый как снег и очень добрый. Прошу вас, не пугайтесь сразу, что нас так много, приезжайте познакомиться, может быть, мы все вам понравимс!, А если вы все же испугаетесь, я могу остаться в пряничном домике. Вы ведь, наверное, разрешите приходить ненадолго в гости и навещать медвежонка и Лу? Подумайте, мы будем вас очень ждать!"
Закончив письмо, ежонок смахнул с глаз набежавшие слезы - он очень переволновался, ведь так трудно было найти те самые нужные слова, которые могли бы совершить чудо! Но, как показалось спрятавшейся под потолком летучей мыши, которая хоть и спала, но все слышала и видела - Бафи это все же удалось. Да и разве могло быть иначе?

Глава 5

Время тянулось медленно. Аист Том каждый понедельник приносил новые письма, добрый барсук Нянь старательно писал на них ответы, готовя выбранных малышей к встрече с будущими родителями, а трое друзей каждый день, от рассвета до заката, все ждали, ждали и ждали...
Наступила уже середина осени. Дождик постепенно срывал с деревьев красные и желтые листья, и рисовал на лугу круглые лужи. Ничейных малышей перед наступлением зимы стало так много, что кроваток уже не хватало. К счастью, один раз мимо пряничного домика пробегало стадо северных оленей, а на них, словно на автобусах, ехали барсуки. Увидев своих сородичей, добрый барсук Нянь вышел на порог и приветливо замахал лапами.
В тот день, кажется, это было воскресенье, Звездный свет изливался с неба нескончаемым потоком. Дело в том, что все барсуки от природы очень любопытны, а потому, конечно же, попросили оленей остановиться, чтобы полюбоваться на пряничный домик. В этот момент, все ничейные малыши, подумав, что это приехали за кем-нибудь из них, выбежали навстречу гостям.
-Посмотрите на меня, посмотрите! - тараторила маленькая мускусная крыса, в волнении прыгая перед удивленным барсуком.
-И на меня, и на меня! - обиженно пищал ушастый мышонок.
Конечно же, барсуки выполняли просьбы малышей, ведь им не хотелось показаться невежливыми. Так и получалось, что, то в одних черных глазах, то в других, вдруг вспыхивали звезды, а на мордочках ничейных зверят расцветали улыбки. Конечно, это было чудом, видимо, волшебный Лес специально запутал оленей, чтобы они проскакали возле пряничного домика и его маленьких обитателей. В итоге, почти все малыши, которым удалось заглянуть в глаза барсукам, уехали с ними на спинах северных оленей в далекую страну, а в домике вновь стало просторно.
-Как ты думаешь, - спросила совушка Лу, продолжая махать крылышком, хотя олени уже давно скрылись за деревьями, - может быть, нам тоже стоило спуститься вниз и познакомиться с барсуками?
Медвежонок Там-Там грустно вздохнул.
-Нет-нет, - поспешил успокоить друзей ежик Бафи, - я уверен, что тетя Рысь обязательно ответит на письмо!
-Откуда ты знаешь? - перестав махать, спросила совушка Лу.
-Знаю и все, - улыбнулся ежик и прижал лапку к своей груди, где билось под мягкой шерсткой его сердце. - Чувствую - вот тут!
Они немного помолчали, любуясь на радугу, которая перекинулась от одного края леса до другого и переливалась всеми семью цветами: красным, оранжевым, желтым, зеленым, голубым, синим и даже фиолетовым!
-Надо же, дождика не было, а небо радуется, - проворчал добрый барсук, прибирая освободившиеся кроватки. На самом деле он был очень доволен, что его маленькие подопечные неожиданно нашли семьи, просто любил поворчать - это была особенность всех барсуков.
Пришла зима. За окном уже кружился первый снег, и в пряничном домике потихоньку готовились к Новому году. Рыжие белочки золотили еловые шишки, зайчики вырезали из бумаги снежинки, а ежик Бафи с радостью помогал своему названному брату-медвежонку и маленькой Лу раскладывать по коробочкам пряники - это были подарки для малышей, ведь они, как и все дети, очень любили сладости!
-Как ты думаешь, Бафи, - спросил Там-Там, пряча в сундук последнюю коробочку. - А на кого похожа тетя Рысь? Какая она?
Ежик с сожалением посмотрел на сундук и, подумав, что до Нового года осталась всего неделя, вздохнул.
-Мне кажется она добрая... И намного красивее других зверей.
-Я тоже так думаю! - ухнула совушка. - А еще она не спит по ночам - как я!
-И как я, - улыбнулся ежик.
Медвежонок с укором посмотрел на друзей, ведь он-то как раз ночью спал, причем очень крепко, и даже храпел иногда.
-Зато она умеет лазать по деревьям, - ворчливо сказал он. - Как я!
Малыши дружно рассмеялись. В преддверие праздника ожидать чудо было как-то легче, поэтому в их разговорах теперь непременно упоминалось об отправленном письме и Рыси, а еще о доме, в котором они хотели бы вместе жить. Один раз зверята даже попробовали нарисовать его, и потом очень удивлялись, сравнивая свои рисунки. Совушка Лу нарисовала большое гнездо, медвежонок - заваленную снегом берлогу, а ежик и подавно что-то невероятное - большой пень со множеством окошек и круглой дверью.
-Мне кажется, - глубокомысленно заметил медвежонок, - что таких пней-теремков не бывает, а если и бывают, я в него вряд ли помещусь, разве что на крышу. Да и в гнездо мне никак не сесть...
-Ух, - согласилась совушка.
-Тогда остается берлога, - пожал плечами ежонок и остальные согласно кивнули, ведь на самом деле им было все равно, каким именно будет их дом, ведь главное, что бы в нем их любили и ждали.

***
Лучик солнца упал на нос спящего Бафи, и, убедившись, что ежонок не подглядывает, весело попрыгал на его торчащих в разные стороны усах. Это был самый непослушный и озорной лучик солнца - он всегда безобразничал, если удавалось забраться в чью-нибудь комнату.
Чихнув, Бафи проснулся и огляделся. Во сне ему показалось, что кто-то тихо позвал его, а потом дернул за усы. Сначала ежик подумал, что это совушка, но птичка дремала на спинки кровати, спрятав голову под крыло. Медвежонок тоже спал и сосал во сне лапу. Наверное, ему снова снилась бочка меда...
Потянувшись и умывшись лапкой, Бафи подошел к окну. Утро позолотило заснеженный лес и разлило желтую краску по всему зимнему лугу. Наступил последний день старого года - особенный, волшебный день, когда все звери наряжали елки и пекли душистые пироги с ежевикой и малиной.
Сладко зевнув, Бафи взглянул вниз и удивленно замер. По заснеженной тропинке шла большая Рысь. Недоверчиво протерев глазки, ежик снова взглянул на тропинку. Словно почувствовав его взгляд, кошка подняла голову, посмотрела в самое верхнее окно пряничного домика и улыбнулась.
-Вставайте! - толкнув белого медвежонка в бок, прошептал ежонок. - Вставайте скорее!
Едва не упав, совушка Лу щелкнула клювом.
-Что случилось, Бафи? - спросонья спросила птичка.
-Она пришла! Пришла! - в волнении ответил ежик и, не выдержав, побежал вниз.
Забыв пригладить перышки (совушка была очень аккуратной малышкой), Лу ухнула и полетела вслед за Бафи и медвежонком.
Увидев выкатившийся на тропинку колючий шарик, а за ним и белый шарик побольше (за осень медвежонок так потолстел, что напоминал пушистую елочную игрушку) Рысь остановилась и села. Стоять ей было трудно, она тоже очень волновалась.
-Бафи? - осторожно спросила кошка, наклонившись к смущенному ежику.
Ежонок кивнул и посмотрел в ее желтые глаза.
-Мама... - прошептал Бафи, уткнувшись мордочкой в пушистую лапу Рыси.
-Мама? - робко спросил медвежонок.
-Мама! - радостно закружилась в воздухе маленькая совушка Лу, чувствуя, как в ее сердце загорается солнце.
Аист Том стоял рядом с братом-Барсуком по имени Нянь и улыбался, глядя на Звездный свет, пылающий на заснеженной поляне рядом с пряничным домиком, где спали ничейные малыши в ожидании Нового года.
-А я-то думал, - проворчал Барсук, строго посмотрев на аиста, - что это они шептались все время! Снова твоя работа?
-Ага, - довольно кивнул аист Том.
-Ай-ай-ай! Мог бы и сказать, я уже все обыскал, думал одно письмо потерялось...
-Такие письма не теряются, они всегда находят адресата. Иди лучше, собери малышей в дорогу, наверняка они захотят встретить Новый год дома.
-И то верно, - заохал Барсук и поспешил обратно в домик, успев подумать, что, для маленького Бафи, Там-Тама и Лу главное чудо наступающего праздника уже произошло.
-Счастья вам! - прошептал аист Том и, взмахнув крыльями, улетел, пока Рысь и теперь уже ее дети его не заметили. Он не любил прощаться.


Маленькая глава о Доме, в котором хочется петь.

Пушистая зеленая елка росла прямо из пола. Когда-то, когда она была еще маленькой, родители мамы-Рыси построили вокруг деревца стены. Получился необычный дом с елью посреди гостиной. Со временем, елочка вытянулась, и каждый год приходилось спиливать ее верхушку, чтобы не делать в крыше дырку.
Ежик Бафи, медвежонок Там-Там и совушка Лу свой первый вечер в настоящем доме с настоящими Мамой и Папой провели, наряжая зеленые ветви ели большими стеклянными шариками, золотыми шишками и ажурными гирляндами из паутинки. Зверята немного робели и стеснялись родителей, постоянно оглядываясь на них, чтобы убедиться, что делают все правильно. Мама и Папа ободряюще кивали им, любуясь их улыбками, и радовались, что в их семью, наконец-то пришло счастье.
Когда часы над камином пробили девять вечера, Рысь проводила малышей на второй этаж и уложила их в мягкие постельки. В первую ночь ежик Бафи, Там-Там и Лу решили поспать в одной комнате, потому что так им было привычнее, а назавтра их ждали заветные двери спален, которые Мама и Папа приготовили для каждого из них.
Когда дверь за Рысью закрылась, совушка Лу выбралась из-под одеяла и, взлетев, села на спинку кровати. Ей так было удобнее, но птица пока решила не говорить об этом Маме, ведь Мама была зверем, а не птицей и потому не могла сразу угадать, что лучше для Лу.
-Я боюсь, - прошептал в темноте ежик, - что завтра мы проснемся, и все это окажется сном...
-Да, - согласилась совушка, - я тоже. Трудно, когда не знаешь, что случиться через несколько часов... В пряничном домике было так привычно и понятно: завтрак, уборка, прогулка, сон, обед... И ложились мы раньше, да?
-И здесь так тихо... - Бафи повернулся и натянул одеяло на голову. Зацепившись за иголки, пододеяльник порвался. - Ой, ну вот... - расстроился ежонок и замер, боясь шевелиться. Ему, как и совушке, неудобно было спать на кровати.
-А мне не трудно, - отозвался из темноты Там-Там, которому как раз нравилась и подушка, и мягкий матрас, и пушистое одеяло. - Я знаю, что будет завтра.
-Что? - хором спросили его друзья.
-Завтра, - глубокомысленно ответил медвежонок, - будут подарки!
"А ведь и правда", - подумала совушка Лу, пряча голову под крыло, - "Новый год ведь..."
Когда в окне показалась полная луна, дверь в комнату тихо отворилась. Стараясь не шуметь, Мама Рысь и Папа Рысь вошли и, убедившись, что малыши крепко спят, легли на пол возле кроваток. Они тоже волновались, ведь их жизнь теперь должна была совершенно измениться. Не так-то просто вдруг перестать быть ничейными малышами и родителями - для этого тоже следовало учиться и ни где-нибудь, а в школе жизни. Но маленькие звездочки, которые всю ночь подглядывали в окно, были абсолютно уверены, что в этом доме любовь сможет победить любые трудности.
Медвежонок оказался прав. Наутро под пушистой вечнозеленой елкой лежала целая гора разноцветных подарков. Малыши еще никогда не видели столько разных игрушек, конфет и книжек, но самым большим счастьем было видеть радостные улыбки родителей. Этот Новый год стал для них самым волнующим и замечательным праздником, потому что наконец-то они были дома и вместе.
-Теперь мы по-настоящему брат и сестра, - надевая красивые бусы из земляники, ухнула совушка Лу, посмотрев на улыбающегося медвежонка.
-Ага, - ответил медвежонок, прижимая к груди маленький бочонок с липовым медом.
-Ага, - эхом вторил ему ежик, высунув нос из-под теплой Маминой лапы, которая, не боясь уколоться, крепко его обнимала.
-Ну, а теперь, - строго сказал Папа рысь, - мойте руки и за стол. Пора завтракать!
На этом мне бы очень хотелось закончить нашу сказку, сказав, что с того дня большая семья Рысей жила спокойно и счастлива. Впрочем, так оно, конечно, и получилось в итоге, но прежде и Маме с Папой и их непохожим малышам пришлось преодолеть множество испытаний, и выучить два самых главных урока. Но это уже совсем другая история.