Мэссэдж для некоторых мам.
Домодедово, раннее утро, зал вылета, кафе на втором этаже. За соседним
столиком брутальный красавчик с мальчиком лет пяти. Мальчик едва слышно
что-то шепчет, наклоняясь к тарелке. Папашин рев заставляет меня
вздрогнуть:
— Куда в туалет??! Куда в туалет?? Я тебя спрашивал 5
минут назад — ты что сказал? Ты что мне сказал, я тебя спрашиваю? Ссысь в
штаны теперь, давай, в туалет ему!!
Я внимательно
смотрю на отца. Он орет так, что брызжет слюна, орет долго и матом,
краснеет и сжимает кулаки. Мальчик становится пунцовым и еще ниже
наклоняет голову.
Я тихо говорю:
— Дети этого возраста еще не могут предсказать, когда они захотят в туалет.
Отец
свирепо смотрит на меня, я на него. Через секунду он бросает мальчику —
«Пошли!!» и уводит так и не поднявшего голову сына из кафе.
***
Тель-Авив,
полдень, набережная, толпы народа. Я расслабленно иду,собираясь купить
мороженое. Вдруг слышу — крики, у парапета,огораживающего пляж,
собирается небольшая толпа. Я заглядываю вниз. На дорожке возле
раздевалок стоит жуткий мужской крик,надрывный:
-Отойди от меня!
Отойди от меня, я с-сказал! Я тебе что сказал — ты не понимаешь?? Ты
сейчас получишь у меня! Иди рядом! Отойди!
Мужик в трусах и
шлепанцах орет, трясясь и подскакивая, на девочку лет пяти. По-русски.
Девочка испуганно стоит перед ним, втягивая голову в плечи. Я ничего не
понимаю. Люди на набережной тоже. Он двигается вперед, девочка семенит
рядом. Крик, совершенно ненормальный, надрывный, агрессивный,
продолжается. «Отойди,я сказал! Иди рядом! Ты не слышишь! Ты не
понимаешь что ли? Тебе врезать что ли?!!» Лица девочки не видно, ее
голова втянута в плечи. К нему подходит женщина, трогает за плечо. Он
отскакивает. «Еще раз крикните — позову полицию», — говорит она. «Пшла
нахуй! — орет мужик. — Это мой ребенок!!» Но крик замолкает и они
уходят- он размашисто и нервно, девочка торопливо рядом. Мне дико стыдно
за то, что все это происходит по-русски. Толпа разноцветных иностранцев
шепчется и переглядывается.
***
Домодедово, ночь, зал прилета,
паспортный контроль. Очередь. Дети изнывают от ожидания. Мальчик лет
пяти прыгает — из очереди — и обратно в очередь, к маме поближе.
В какой-то момент она с силой дергает его за руку так, что он отлетает в сторону и назад.
-Я
тебе что сказала??? — голосит мать. — Стой спокойно! Еще раз
шевельнешься- я тебя сдам в милицию! Тебя заберут!! Сейчас я им скажу,
что ты плохо себя ведешь!!
Мальчик испуганно озирается на проходящего мимо пограничника и стоит как вкопанный какое-то время.
Спустя
5 минут в соседней очереди раздается вопль. Вопит хрупкая,красивая,
хорошо одетая блондинка, непрерывно дергая за руку своего сына, совсем
маленького, лет 3-4-х:
— Ты устал??? ты устал??? Ты домой хочешь?? А
я, по-твоему, не хочу?? Я тебя спрашиваю?? Ответь мне — я, по-твоему,
не хочу??? Тебе не стыдно? Я не устала? Где я тебе возьму домой? Он
устал,а мама не устала!!!
Она вопит, брызгая слюной и тряся своего
сына, каждый раз при рывке стараясь его развернуть к себе лицом. Мальчик
втягивает голову в плечи и старается не встречаться с ней глазами.
***
Вы
читаете пособия по женским оргазмам и по тому, как поймать и удержать
мужика. Почитайте хоть что-нибудь про детскую психологию. Про то, как
уметь утешать ребенка, а не пугать его до энуреза и заикания. Про то,
что такое психологическое и эмоциональное насилие. Про то, как
запуганные дети учатся навсегда подавлять свои потребности, и это
значит, что у них, выросших, внутри блуждает огромный объем агрессии.
Про то, как эти выросшие дети на приеме у психолога плачут, вспоминая
вас, ненавидя вас, ощущая свое бессилие перед вами, уже состарившимися.
Прочитайте
про возрастные нормы. Про то, что маленькие дети не знают, когда они
захотят в туалет — предлагать им «"ссать в штаны» в публичном месте,
громко- это навсегда вбить в голову ощущение стыда и унижения. Про то,
что здоровый пятилетний мальчик в норме не может стоять спокойно- ему
надо вертеться и двигаться. И девочке тоже. Про то, что 4-х летка не
знает, что такое «долго», что такое«полчаса», что такое «паспортный
контроль», он может ощущать только,что именно он внезапно стал виноват в
том, что мама устала и что ему,малышу, в таком случае самому устать —
почему-то стыдно. Что девочка ни в пять, ни в 35 не способна
одновременно выполнить команды «отойди» и «иди рядом», выкрикнутые
чокнутым отцом.
Вы предлагаете ребенку испытать стыд, вину и
унижение в экстремальной для него ситуации — вместо поддержки, утешения и
помощи. Вы, взрослые сукины дети, в этот момент усыновляетесь и
удочеряетесь к своим детям — они видят, что взрослые — это не вы,потому
что взрослый справляется, а вы не справляетесь. И тогда ваши дети
пытаются с трех лет вести себя по-взрослому с вами, чтобы вас,такого
хрупкого и не владеющего собой, не разозлить, не напугать и не
расстроить. Вы угрожаете своему ребенку, угрожаете побоями,милицией,
детдомом, — вы, тот, от которого он ожидает защиты. Родители — это не
те, которые защищают. Это — те, которые накажут и подставят, когда и так
плохо.
Вы орете, когда ощущаете бессилие, усталость, раздражение и
гнев. В этот момент ваш ребенок ощущает парализующий страх, стыд, вину и
беспомощность. Кроме этого, он не сможет научиться, как это- поддержать
и помочь, пожалеть, утешить и успокоить, позаботиться и быть
внимательным. Он вырастает в такого же родителя и партнера- не знающего,
как помочь своему ребенку или близкому, но умеет угрожать, пугать,
ругать, стыдить и винить.
Я не знаю, когда иссякнут поколения полу
чокнутых агрессивных отцов и истеричных, крикливых, дергающих своих
детей по каждому поводу матерей. Поверьте мне — даже если все эти
описанные мною реальные персонажи где-то там внутри любят своих детей,
их выросшим детям будет очень тяжело в это поверить.
