Вуди Вудпекер или роль отвертки в нашей жизни.
Папа шел по дому. Иногда он останавливался, вытаскивал из кармана отвертку, привинчивал плинтус или розетку и шел дальше. Наконец он достиг цели своего путешествия - туалета. Дверь в туалет оказалась накрепко завинчена. Папино терпение переполнялось так же быстро, как и его мочевой пузырь.
- Антуан?! - взревел папа, - Ты опять?! Я не могу ходить в туалет каждый раз с дрелью!
Тут подбежала я, прижимая к груди любимую сувенирную лампу из Индии, разноцветного стекла, и, потрясая варварски отвинченным от лампы проводом, включилась вторым голосом в хор упреков.
- Эх, а ведь вам стоило сказать, спасибо, что правду сказал! - мрачно прервал нас Антуан.
Размазав нас авторитетом Толстого (чертовски хорошая память у мальчишки - мы эту "Азбуку" в прошлом году мимолетно читали), Антуан удалился в недра полуразвинченного дома. Мы даже не успели вырвать у него из рук отвертку.
Недавно вечером, одним из тех вечеров, когда дети настолько не желают спать, что готовы поддержать любую глубокомысленную беседу, речь у нас зашла о бессмертии. Придерживаясь правды во всем, что не касается заначки моего шоколада, я была вынуждена подтвердить детям плохие новости, что мы все умрем, но подсластила пилюлю тем, что:
- Бессмертие было бы скучным.
- Ну не знаю, мне никогда не бывает скучно, - возразил Антуан. Он приподнялся на подушке и заговорил тихо, вглядываясь в бесконечность, - Мир вокруг нас такой большой....
Я быстро допустила, что у меня сын индиго и по вторникам в нем просыпается голос самой предвечной мудрости. А Антуан продолжил:
- Этот мир такой большой, и в нем столько всего привинченного, что можно развинтить!
Это откровение пролило некоторый свет на то, отчего по дому последние месяцы мы перемещаемся с двумя вещами: с отверткой и с опаской. Перед обедом мы подвинчиваем стул (каждый свой). Перед сном - кровать. Если вы зайдете в туалет у нас в гостях, то не забудьте привинтить унитаз к полу.
Когда мы в очередной раз поймали сына с отверткой, наши возмущения натолкнулись на абсолютную логику:
- Ну как же я могу это собрать, если вначале не разберу!
Траты на игры-конструкторы стали напоминать ритуальные жертвоприношения прожорливым богам винта и отвертки. Очередной конструктор (на возраст от 3х лет, от 5, от 8, от 12) летел в горячие руки Антуана, и мы выдыхали облегченно, но через час или два тень с отверткой снова выходила на жатву.
Пока однажды я не купила сборную подставку для обуви. Тот вечер выдался спокойным!
С тех пор у нас появилось множество важных предметов мебели: ящик из серии "входит и выходит", этажерка, куда вообще ничего не входит, держатель для веника и подставка под зонтик-трость (жаль, что ни у кого из нас нет зонтика-трости).
Этим был охвачен весь нижний ценовой сегмент городского хозяйственного и все свободные углы в доме, но аппетит пятилетнего механика к анализу и синтезу остался не утолен. Даже еще разогрелся немного.
- Слушай, мы мебель собирались купить, - осенило моего мужа, - А давай в Икее закажем и пусть собирает!
Идея показалась соблазнительной. Муж немедленно побежал на сайт Икеи и заказал тысячу наименований. Я вычеркнула 990, а оставшиеся в корзине покупок 10 спустя неделю привез грузовик.
Увидев гору коробок, сын сверкнул глазами и завернул рукава с таким пылом, что я испугалась, не поднялась ли вместе с рукавами кожа.
- Вы, девочки, идите погуляйте! - взмолился Антуан, - А мы, мужчины, поработаем!
Мы с Лизой охотно послушались и уехали кататься на велосипеде. Ну то есть Лиза каталась, а я тянула ее за привязанный к рулю мой шарф. Когда, полтора часа спустя мы вернулись, дома пахло стружкой, что-то стучало и раздавался папин храп.
- Что, уже?! - с досадой отозвался сын голосом Вуди Вудпекера из-под горы картона и досок. На миг стук прекратился и тут же начался вновь.
До ужина Антуан собрал два комода и одну тумбочку, после ужина вторую тумбочку. И только факт забелевшей на небе луны убедил его сделать небольшую паузу на ночной сон. Пробираясь спать, мы стукались о новые комоды и констатировали, что Лего и "Юный механик" занимают все-таки меньше места, чем мебель из Икеи.
Назавтра сын разобрал выключатель на стене.
Мы с мужем утешаемся мыслью, что это жертвы во славу науки, но недавний случай показал, что не всякое развинчивание служит чистым научным интересам. Я прохлаждалась (точнее, горячилась) в славной пенной ванне (пожив в автономном доме на солнечной энергии, научаешься ценить простые вещи, вроде горячей - действительно горячей - воды). Наслаждалась я уже примерно восемь секунд и наконец-то понадобилась детям.
В дверь застучали. Я взяла саму себя в заложники и отрывать отказалась. Странно, но никто не настаивал. До меня донесся удаляющийся мышиный топот: ТОП, топ, топ по коридору. И тут же в обратную сторону: топ, топ, ТОП. Какой-то скрип. Дверная ручка начинается поворачиваться как в фильме ужасов. И вуаля! запертая изнутри дверь вдруг раскрывается, и на пороге рисуются радостные воссоединению с мамичкой детки. Один из них с отверткой в руке.
Но отвертка (и даже неосмотрительно подаренная сыну на пятилетие дрель-шуруповерт) не вытеснили бескорыстной любви к трубам из сердца . Недавно я отвела Антуана на тестирование в бассейн. Учитель плавания пригласил Антуана встать на край бортика и спрыгнуть в воду. Антуан разбежался и прыгнул. Это очень эффективное тестирование! Даже немного напоминает естественный отбор. По крайней мере не остается никаких сомнений в том, что никто из потонувших не умел плавать.
Антуан плавать не умел. Когда он, царапая по бортику ногтями, кое-как выбрался на поверхность, я была занята сосредоточенным обдумыванием экстренного обращения к психологу по вопросу пост-травматического расстройства у ребенка. Высунув из воды слегка посиневшую голову, Антуан произнес с восторгом:
- Я там такую трубу на дне увидел!
- Это могло стать последним, что ты увидел, - подумала я.
Антуан выбрался на бортик и нырнул еще раз.
Сегодня Антуан идет в этот бассейн без меня. Я уже второй день внушаю ему три важных правила: в бассейне нельзя бегать, нельзя тонуть и нельзя выходить на улицу без капюшона.
- Теперь, пожалуйста, сосредоточься! - с максимальной серьезностью попросила я, садясь утром перед Антуаном и показывая ему , где плавки, а где полотенце в его рюкзаке, - Послушай меня очень внимательно.
Антуан стоял и смотрел на меня со всем вниманием - по крайней мере большая его часть. Но правой рукой он истошно махал, как пропеллером.
- Почему ты крутишь рукой? - удручилась я.
- Просто выделяю кинетическую энергию, - пояснил он, - Я все понял, мама, надеть плавки, капюшон (Не одновременно, вставила я) и не потонуть. А вот если бы у меня в носу была батарея, то если б я махал вот так рукой, то в носу у меня бы загорался свет!
Господи, на тебя уповаю!
