Мама моя родила меня сыном, Но только родила меня ни в чем. И вот лежал раздетый я — мужчина, А женщины одетые кругом. Эх, были б зубы — я бы крепко стиснул. Слова бы знать — чего-нибудь сказал, Но нет зубов и слов, и я не пискнул, Чем очень удивил медперсонал. Лежу молчу, как куколка в коробке, Весь красный от обиды и стыда. Но очень больно шлепнули по попке, Не выдержал, заплакал я тогда. Взглянул я на часы у акушерки И вижу, до обеда долгий срок. И взвесили меня, и сняли мерку, А лучше б посадили на горшок. Мне ярлычок на руку прицепили, Что в нем, не дали даже прочитать. Пеленкой туго-натуго скрутили — Ногой не дрыгнуть, нос не почесать. Мне толком рассмотреть не дали маму, Боюсь, подменят, отдадут чужой. Конечно же, я здесь хороший самый И спрос, понятно, на меня большой. В палату отнесли, а там девчонки И даже, очень многие, не спят. У некоторых мокрые пеленки, Но чистый и такой приятный взгляд. В глазах их столько нежности и ласки, Но только я представиться хотел —. Суёт мне соску тетя в белой маске. Так ничего сказать и не успел. Ох, как же не люблю я соску эту, Ее мне станут тыкать день и ночь. Мне сделали молочную диету, А я бы и борща поесть не прочь. Я терпеливым был, не корчил рожи И вот увидел мамочку свою. Ух, до чего же мамы здесь похожи — Все в белом, будто ангелы в раю. И лишь моя — само очарование! Пришла ко мне любовь, вот чудеса! И назначать я начал ей свидания Так часто, через каждых три часа. И стала жизнь моя подобна чуду, Судьбой своей доволен я вполне. Знакомиться я завтра с папой буду; Его в окно покажет мама мне. Приятно будет с папой повидаться, Он очень счастлив, видно по всему. Посмотрим, как он будет улыбаться, Когда я ночью спать не дам ему!
Нижний Новгород